Один богатый человек по имени Омар из Магриба отправился с караваном в Египет. Он нагрузил полные тюки специями, благовониями, керамикой, ценной древесиной, коврами ручной работы и отправился в путь. Был он уже не молод, имел нескольких жен, множество слуг и роскошный дом на берегу океана. Но не могло его богатство насытить сердечную тоску, которая с каждым годом становилась все сильнее. И вот, чтобы развеяться, он решил сам отправиться во главе каравана в Египет, где, согласно молве, жили мудрые люди. Он надеялся найти лекарство от съедающей его ежедневно тоски.
Однажды на привале Омар долго лежал и не мог заснуть, глядя в звездное небо, усеянное миллиардами огней, размышлял о вечности и своем месте в ней. Он совсем не заметил как провалился в сон. Магрибинец оказался в древнем храме. Вдалеке слышался шум реки и лягушачий хор разрезал тишину ночи. Пели цикады, придавая атмосфере еще большую таинственность. Посреди храма стоял алтарь из белого мрамора, на нем сиял драгоценный рубин. Мягкий свет падал откуда-то сверху на красный как кровь камень.
Магрибинец приблизился к алтарю и протянул руку к рубину, но вздрогнул от неожиданности: на столе, прямо перед камнем, сидела большая лягушка. Она периодически надувала свои щеки и смотрела выпученными глазами на незваного гостя. Омар захотел смахнуть мерзавку с алтаря и только занес руку как с ужасом для себя обнаружил уже не лягушку, а грозную кобру, готовую в стремительной атаке бросится на него. Магрибинец оцепенел от ужаса и проснулся. Некоторое время ему казалось, что его душа в спешке пытается влезть в маленькое неудобное тело, постепенно принимая привычные размеры.
Над пустыней занимался рассвет и первые лучи солнца возвещали начало нового дня. Погонщики готовили верблюдов в путь, купец сидел у костра в раздумье, пытаясь разгадать свое ночное сновидение, впечатавшееся намертво в каждую клеточку его души. К вечеру они достигли оазиса, который был последним привалом перед прибытием в Каир.
В оазисе кипела жизнь, повсюду сновали торговцы едой, уставшие путники располагались на ночлег. Магрибинец сидел у костра, потягивая кальян, как вдруг к нему подошел незнакомец. Выглядел он молодо, одет в простую холщевую одежду, по годам он был младше Омара лет на 20.
Это был красивый человек с правильными чертами лица, глаза которого источали невероятную доброту и внутренний свет так и лился из них. Молодого незнакомца звали Аслан, он попросился на ночлег в лагерь магрибинца. Гость сразу расположил к себе купца и тот поделился своей нелегкой судьбой и тоской от пресыщения мирскими удовольствиями.
Они беседовали о жизни всю ночь и под утро Омар ощущал себя так, словно напился в засуху свежей родниковой воды. Купец повеселел и мысли его были о том, чтобы взять к себе в помощники этого человека и держать его у самого сердца.
Магрибинец узнал, что Аслан не был богат и странствовал по миру без гроша за душой. У Омара не было никаких сомнений в том, что он может осчастливить этого человека своей щедростью, назначив ему хорошее жалование и предоставив престижную работу. Аслан внимательно выслушал предложение купца и, покачав головой, с легкой грустью сказал, что не может согласиться. Он не гоняется за земными благами и истинное сокровище – рубин его сердца всегда находится при нём, в храме его духа, куда бы он ни направился. Магрибинец, пораженный мудростью и вспомнив о своем сновидении, упал на колени перед странником и попросил стать его учителем.
Аслан вежливо наклонился, поднял Омара и сказал, что он согласен взять его в ученики при одном условии: тому придется сейчас же оставить свой караван и следовать за ним в поисках священного Грааля. При этих словах, тоска снова наполнила сердце купца, а затем и негодование к этому безмозглому мальчишке, который посмел отказать ему, богатейшему человеку Магриба, в его благородной просьбе.
Гнев настолько одолел его, что он хотел приказать схватить и силой заставить незнакомца идти с собой, сделать его своим слугою. Внезапно он вздрогнул от того, что краем глаза заметил какое-то движение на песке: неподалеку от него стояла в стойке, грозно шипя, королевская кобра. Вдруг, словно молния, его пронзило глубокое понимание происходящего: и сон и явь все слилось в единый сюжет. Все это время Аслан внимательно наблюдал за магрибинцем и, казалось, с легкой улыбкой читал его мысли.
Брат мой, ласково сказал незнакомец, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Придёт время, мы снова встретимся с тобой, а сейчас мне пора, ты слишком привязан к своему состоянию и материальным удовольствиям. Это не богатство, а цепи, мешающие твоему духу развернуться и рубину твоего сердца сиять в полную силу. Иди с миром и помни мои наставления, о которых я говорил тебе ночью. Легче верблюду пройти через игольное ушко, чем богачу попасть в храм своего сердца. С этими словами Аслан растаял, словно пустынный мираж, а магрибинец очнулся в холодном поту, сидя у тлеющего костра.
На улице также как и тысячи лет назад светили звезды, а где-то там, далеко, ветер заметал следы богача, уносящего в неведомую даль сияющий рубин своего сердца, чтобы им освещать путь заблудившимся в пустыне жизни караванам.