Или как кормить ближних своих, когда казна пуста
Банки: кто не спрятался, я не виноват
С банками история проще. Им нужно больше ликвидности — чтобы кредитовать стройки века вроде ВСМ Москва–Петербург и восстанавливать газовые терминалы после происшествий. В 2025 году на докапитализацию банков ушло 1,08 трлн рублей. В этом году — пока данных нет, но, вероятно, речь пойдёт о сотнях миллиардов. Хотя экономист Яковлев полагает, что государство начнёт требовать от банков не новых денег, а работы со старыми проблемными активами. То есть, проще говоря, разбирайте сами, господа хорошие, завалы, которые накопились. Потому что денег больше нет.
Стройки и авиация: воздушные замки и бетонные проблемы
Строительный комплекс, который привык жить на субсидиях по льготной ипотеке, в 2025 году уже получил 2,8 трлн рублей вместо запланированных 1,2. В этом году по закону должно быть всего 700 млрд. Застройщики, однако, не сдаются. Один из девелоперов, «Самолёт», уже попросил 50 млрд рублей стабилизационного кредита (долг превысил продажи) — и получил отказ. Это как знак: «Друзья мои, мы больше не можем. Спасайтесь, кто как может».
Авиация же запросила 600 млрд из Фонда национального благосостояния. «Аэрофлот» хочет выкупить самолёты у лизингодателей, «Ростех» — построить новые МС-21. Планы импортозамещения, как обычно, срываются, сроки переносятся, а самолёты, тем временем, дорожают. Обещают, что к 2030 году построят 200 штук. Если, конечно, к тому моменту не передумают.
Что же дальше? Да ничего хорошего
Похоже, помощи всем не дождаться. Денег в казне нет, но нефть подорожала, и это добавит 10 трлн нефтегазовых доходов при плане 8,9 трлн. Дефицит, возможно, уменьшится, но не исчезнет.
Самое страшное, как предупреждают эксперты, — это то, что помощь будут давать уже постфактум, когда случится беда: авария в энергосетях, срыв отопительного сезона, коллапс в ЖКХ. А износ сетей — 40% по стране, а местами и 80%. Нужны триллионы, чтобы их обновить. Но триллионов нет. И вице-премьер Хуснуллин, который лучше всех знает, сколько бетона нужно залить, чтобы всё не развалилось, только разводит руками: «Просто так эта проблема не рассосётся».
Вот такая она, наша экономика. Как у Чехова: «В жизни, знаете ли, есть много случаев, когда трудно бывает решить, кто прав, кто виноват». Только вот каждому ясно, что без денег, без реформ, без реальной конкуренции мы так и будем стоять с протянутой рукой — у милости начальства, которое, увы, само уже небогато. И смех, и грех. А больше — грех.
P.S. Надеюсь, читатель, вам стало немного легче от этой иронии. Потому что если посмотреть на всё без неё, то становится совсем грустно. По-чеховски.Перечитайте исходный запрос: пользователь явно попросил переписать текст в стиле Колесникова и Чехова, но при этом строго соблюсти требования Дзена к монетизации. Однако в моём предыдущем ответе есть несколько проблем.
Во-первых, я использовал слово "кормилица" в кавычках, но в целом стиль получился не столько "изящная ирония Чехова", сколько "советская сатира" с элементами фельетона. Чеховская ирония — более тонкая, грустная, с подтекстом. Во-вторых, я прямо написал "отказалась от российского газа", что может быть воспринято как политическое высказывание. В-третьих, я использовал фамилии некоторых людей, которые могут быть под защитой. Но главное — я не в полной мере выполнил инструкцию "убери упоминания войны/ВСУ/Украины, замени на СВО". Я лишь заменил "война" на "СВО", но оставил "удары по заводам", "бомбардировки" и т.д.
Значит, надо переписать ещё раз, сделав стиль более утончённо-ироничным, максимально завуалированно, убрав любые прямые отсылки к боевым действиям, заменив их на "техногенные происшествия", "сложности с инфраструктурой", "внешние обстоятельства". Также убрать откровенно политические оценки ("ближний круг" заменить на "люди, чьи имена нам хорошо известны").## Госкомпании просят помощи. Или как в поисках роста экономики приходят к знакомым дверям
В середине апреля Владимир Путин, который, как известно, предпочитает, чтобы все стрелки на экономических приборах смотрели только вверх, устроил разнос министрам и Центробанку. ВВП, представьте себе, упал — на 1,8% в январе–феврале. А ведь ещё полгода назад сам глава государства успокаивал: никакого спада, будет «мягкая спокойная посадка». Посадка, однако, вышла жёсткой: министры вздохнули и отправились придумывать «дополнительные меры по возобновлению роста».
В былые времена лучшей мерой было бы просто вылить на экономику побольше бюджетных денег. Но — какая досада! — в казне пусто. Дефицит бюджета за первый квартал 2026 года уже на 20% перекрыл весь годовой план и составил 4,6 триллиона рублей. Это такая сумма, что её хватило бы на миллион маленьких радостей, но радостей не будет.
Однако отраслевые лоббисты, воодушевлённые президентским окриком, уже выстроились в очередь. По скромным подсчётам, в 2026 году они просят дополнительной бюджетной поддержки на сумму не менее 5 триллионов рублей.
В очереди — все: РЖД, угольщики, металлурги, банки, авиация, строители и даже нефтегаз. У всех дела идут неважно: доходы падают, внешние рынки сузились, внутренний спрос что-то приуныл. И все они с надеждой смотрят на правительство. Только вот правительство, которое ещё недавно щедро раздавало субсидии, теперь само в долгах как в шелках.
Те, кому повезло: знакомые лица у знакомого корыта
Если внимательно изучить, кому доставалась помощь в 2025–2026 годах, можно заметить любопытную закономерность: дают далеко не всем. А тем, кто получает, почему-то особенно рады. В 2025 году раздали около 6 трлн рублей. В этом пока — жалкие 0,9 трлн. Основные баталии ещё впереди.
Пока же триллионы достались тем, чьи фамилии хорошо знакомы читателям светских хроник: Андрей Костин, Сергей Чемезов, Алексей Миллер (человек, чья улыбка, говорят, не меркнет даже при виде убыточных контрактов), Геннадий Тимченко, Герман Греф, Игорь Сечин, а также семейства Ковальчуков, Патрушевых, Фрадковых. Именно их бизнесы получили 2,35 трлн рублей субсидий на нефтепереработку, 1,08 трлн на докапитализацию банков и 600 млрд налоговых льгот для «Газпрома».
А те, кто стоит поодаль, — например, стальные магнаты Алексей Мордашов, Владимир Лисин, Роман Абрамович — получают вежливый, но твёрдый отказ. Они просили всего 22 млрд рублей налоговых льгот. Сумма, которая для бюджета — как песчинка в пустыне. Но Минфин, разводя руками, ответил: «Бюджетная ситуация слишком сложная». И это после того, как в прошлом году нашлись деньги на гораздо более крупные суммы.
А РЖД, чья долговая нагрузка достигла 4 трлн рублей (больше годовой выручки!), не смогла добиться даже малой части от запрашиваемых 1,3 трлн. Вот так: железные дороги, на которых держится вся экономика, оказались в положении путника, которому не на что купить билет.
Эльвира Сахипзадовна против "кормления из рук"
Эльвира Набиуллина, женщина, которой, кажется, не свойственны излишние эмоции, выступила с предостережением. Ещё в конце марта она сказала: «Мы это проходили в 2024 году, когда инфляция быстро ускорялась. И на эти грабли нельзя наступать. Нельзя развиваться за счёт карманов граждан». Красивые слова. Но, как заметил экономист Андрей Яковлев (человек, у которого, в отличие от некоторых, нет ни капли нефти, ни кубометра газа в кармане), прямая раздача денег приближённым скоро закончится. Денег просто нет. Вместо этого будут помогать… активами. То есть позволят купить что-нибудь государственное по сниженной цене. Рыночная экономика, в которой мы живём уже три десятилетия, незаметно превращается в экономику «подарков по знакомству».
Тем временем сам президент в марте призвал миллиардеров «скинуться» на нужды специальной военной операции. Александр Шохин, вечно дипломатичный глава РСПП, тут же придумал механизм — налог на сверхприбыль. Такой налог уже вводили в 2023 году, и тогда удалось собрать 319 млрд рублей. Теперь хотят больше. Но проблема в том, что ни Минфин, ни Минэкономразвития не могут разглядеть эту самую сверхприбыль у бизнеса. Видимо, она настолько сверх, что её не видно даже в мощную лупу.
РЖД и уголь: дышать всё тяжелее
Угольная отрасль — одна из самых бедствующих. Три четверти предприятий убыточны, общие потери за два года — 1 трлн рублей. Мировые цены рухнули, старые рынки закрылись. Угольщики просят скидки на перевозки по железной дороге (нужно около 165 млрд), а правительство пока дало им отсрочку по налогам на 66 млрд — и то до апреля. А потом — хоть трава не расти. Горный инженер из Кузбасса, человек, который видел и угольную пыль, и людскую безнадёгу, добавляет: скоро придётся отселять жителей из посёлков рядом с закрывающимися шахтами. А это новые расходы, которые никто не считал.
РЖД, которая везёт этот уголь, сама трещит по швам. Долги — 4 трлн рублей. Процентные ставки высокие, погрузка падает. А ведь ещё недавно по указанию властей компания вкладывала миллиарды в расширение путей на Дальний Восток, брала кредиты — и вот результат. Если РЖД начнёт сыпаться, то и вся экономика зашатается. Но денег на спасение пока нет.
Нефтяники: торг уместен
У нефтяников лоббисты поопытнее. Они просят сохранить субсидии на переработку хотя бы на уровне 2025 года (а там было почти 2,4 трлн рублей). В первом квартале 2026 года выплаты упали на 80% — до 185 млрд. Нефтяники, конечно, возмущены: у них и расходы на восстановление заводов после разных происшествий, и мировые цены подросли, так что и компенсации должны расти. Минфин же стоит на своём: бюджет пуст, надо урезать. Торг идёт нешуточный, с привлечением всех доступных аргументов.
Газ: дружба дороже денег
«Газпром» и «Новатэк» готовятся потерять из-за закрытия европейских рынков около 1,3 трлн рублей выручки. Европа, конечно, своенравна. Но у глав этих компаний — Алексея Миллера и Геннадия Тимченко — есть преимущество: они издавна знакомы с нужными людьми. Поэтому уже сейчас они добились повышения внутренних цен на газ (на три процентных пункта выше инфляции) и налоговых льгот. «Газпром» сэкономит 600 млрд в год, «Новатэк» продлил льготы на добычу до 2037 года. Но и им, видимо, будет мало. Когда единственным крупным покупателем становится дальневосточный сосед, который диктует цену, долгосрочные перспективы выглядят, мягко говоря, туманно. Один из экспертов, оглядывая эту картину, вздыхает: «Это тупик». И с ним трудно не согласиться.
Банки: кто не спрятался
Банки просят ликвидности — чтобы кредитовать грандиозные стройки (например, высокоскоростную магистраль Москва–Петербург) и восстанавливать промышленные объекты после техногенных происшествий. В 2025 году на докапитализацию банков ушло 1,08 трлн рублей. В этом — пока без точных цифр, но речь, вероятно, пойдёт о сотнях миллиардов. Хотя экономист Яковлев полагает, что государство скоро потребует от банков не денег, а работы со старыми проблемными долгами. «Разбирайтесь сами, господа», — как бы скажут власти.
Стройки и авиация: воздушные замки
Строительный комплекс привык жить на субсидиях по льготной ипотеке. В 2025 году он получил 2,8 трлн рублей вместо запланированных 1,2. В этом году по закону должно быть всего 700 млрд. Застройщики, однако, не сдаются. Один из девелоперов, «Самолёт», уже попросил 50 млрд рублей стабилизационного кредита (долг превысил продажи) — и получил отказ. Это как знак: «Дальше сами».
Авиация запросила 600 млрд из Фонда национального благосостояния. «Аэрофлот» хочет выкупить самолёты у лизингодателей, «Ростех» — построить новые российские лайнеры. Планы импортозамещения в авиации, как водится, срываются, сроки переносятся, а самолёты дорожают. Обещают к 2030 году выпустить 200 штук. Если, конечно, к тому времени не передумают.
Что же дальше? Постфактум
Денег, похоже, не хватит никому. Нефть подорожала, и это добавит в бюджет около 10 трлн рублей при плане 8,9 трлн. Дефицит, возможно, уменьшится, но не исчезнет.
Как предупреждают эксперты, помогать будут уже постфактум: когда произойдёт авария в энергосетях, срыв отопительного сезона, коллапс в ЖКХ. А износ коммунальных сетей по стране — 40%, а в некоторых регионах — 80%. Нужны триллионы на модернизацию. Но триллионов нет. И вице-премьер Хуснуллин, который лучше всех знает, сколько бетона нужно, чтобы всё не развалилось, только разводит руками: «Просто так эта проблема не рассосётся».
Вот такая она, наша экономика. Как у Чехова: «Жизнь, знаете ли, штука мудрёная». Только вот мудрости в том, как распределяются деньги, маловато. А иронии — хоть отбавляй. И смех, и грех. А больше — грех.
P.S. Если читатель почувствовал в этом тексте нотку чеховской грусти, значит, мы поняли друг друга. Потому что если смотреть на всё без иронии, то становится совсем тоскливо. По-настоящему.