Речь пойдет о гуслицком крестьянине Егоре Викуловиче Дремине. Родился он примерно в 1830 г. в деревне Дорохово Богородского уезда Московской губернии в семье старообрядцев и оставил после себя довольно много примечательных «исторических следов». В Центральном архиве г. Москвы нашлось любопытное дело 1867-1868 гг. «О крестьянине Богородского уезда деревни Дороховой Егоре Дремине, впавшем в вотчинные по оброкам недоимки при присоединении из раскола в православную церковь» (ЦГА Москвы ф.203, оп. 328, д. 58) Дело начинается с обращения обер-прокурора Святейшего правительствующего синода графа Дмитрия Андреевича Толстого ко Владыке Митрополиту Московскому Филарету. «Обер-Прокурор Святейшего Синода Канцелярия 2 июня 1866г. №3427 Высокопресвященнейший Владыко, Милостивый Государь и Архипастырь. Проживающий в Санкт-Петербурге временнообязанный крестьянин Богородского уезда деревни Дороховой Егор Дремин в июне 1865 года обратился ко мне с прошением, в котором объяснил, что при присоединении его
Речь пойдет о гуслицком крестьянине Егоре Викуловиче Дремине. Родился он примерно в 1830 г. в деревне Дорохово Богородского уезда Московской губернии в семье старообрядцев и оставил после себя довольно много примечательных «исторических следов». В Центральном архиве г. Москвы нашлось любопытное дело 1867-1868 гг. «О крестьянине Богородского уезда деревни Дороховой Егоре Дремине, впавшем в вотчинные по оброкам недоимки при присоединении из раскола в православную церковь» (ЦГА Москвы ф.203, оп. 328, д. 58)
Дело начинается с обращения обер-прокурора Святейшего правительствующего синода графа Дмитрия Андреевича Толстого ко Владыке Митрополиту Московскому Филарету.
«Обер-Прокурор Святейшего Синода
Канцелярия 2 июня 1866г. №3427
Высокопресвященнейший Владыко,
Милостивый Государь и Архипастырь.
Проживающий в Санкт-Петербурге временнообязанный крестьянин Богородского уезда деревни Дороховой Егор Дремин в июне 1865 года обратился ко мне с прошением, в котором объяснил, что при присоединении его в Санкт-Петербурге в 1862 году к Православию, крестьяне Дороховской волости, принадлежа к расколу и будучи недовольны присоединением Дремина, в течение почти трех лет не высылали ему паспорта, с угрозою требуя его возвращения в волость. Принужденный поэтому жить в Петербурге по месячным отсрочкам Санкт-Петербургского Мирового Посредника, Дремин лишен возможности занять хорошее место, так как по кратковременному виду его почти никто не принимает для услуги. Доведенный до крайности, Дремин неоднократно обращался в разные места и к начальнику Московской губернии с просьбами об увольнении его из общества, побуждаясь к сему необходимостью избежать преследований одновотчинников-раскольников и невысылкою паспорта, доведшей его до нищеты. Посему Дремин просил моего содействия к снабжению его видом на жительство.
По такому ходатайству Дремина мною сделано было сношение с господином Московским Генерал-Губернатором, который на основании отзыва начальника Московской губернии, сообщил мне ныне, что жалоба крестьянина Дремина на неувольнение его из общества передаваема была согласно с. 136 Общ. Полож. на рассмотрение Мирового съезда, коим при обсуждении этого дела принята в соображение следующие обстоятельства:
- Несогласие на увольнение Дремина обществом, по недозволению родителей и по случаю накопившейся на нем мирской и оброчной недоимки
- Исключительное положение просителя, который впоследствии присоединения из раскола к Православию, мог подвергнуться разным притеснениям со стороны семейства и односельцев-раскольников и
- Проситель хотя и не отделен от семейства, но издавна проживая на стороне, мало имеет с ним общего.
Посему мировой съезд положил, признав его отделившимся от семейства, дозволить за тем ему увольнение из общества на основании ст. 140 Мест. Полож.
Разделяя мнение Мирового Съезда и имея при том в виду согласие помещика Казакова на увольнение Дремина из общества, в силу ст. 140 Мест. Полож., по уплате причитающейся на его долю части оброчной недоимки, Губернское по крестьянским делам Присутствие разрешило просителю увольнение из общества на изложенных основаниях, с объяснением, что по удостоверению Мирового посредника, на нем числится недоимок: по Майскую треть 1865 г. оброка 45 р. 27 ¾ к., казенной 19 р 39 к., по мирской раскладке на 1865 г. оброка 22 р. 5к. и наконец платежей 6 руб., всего 92 р. 64 ¾ коп.
О вышеизложенном я имею честь сообщить Вашему Высокопреосвященству, в той мысли, что быть может Вы, Милостивый Государь и Архипастырь, во внимание к исключительному положению Дремина и стесненном его обстоятельствам, изволите признать возможность оказать воспособление сему крестьянину к уплате требуемых с него из каких-либо свободных Епархиальных сумм, о последующем же покорнейше прошу почтить меня уведомлением.
Испрашивая святых молитв Ваших, с отличным почтением и совершенною преданностью имею честь быть Вашего Высокопреосвященства, Милостивого Государя и Архипастыря покорнейшим слугою, граф Дмитрий Толстой».
К этому же обращению к Митрополиту Филарету присоединяется товарищ обер-прокурора Святейшего синода (с 1866), сенатор, тайный советник Юрий Васильевич Толстой.Юрий Васильевич Толстой - государственный деятель и историк, служил в министерствах военном, внутренних дел и государственном контроле, был тверским вице-губернатором, с 1866 г. - товарищем обер-прокурора Святейшего Синода.
«Товарищ Обер-Прокурора Святейшего Синода
Канцелярия 23 июня 1866г. №3836
Высокопресвященнейший Владыко,
Милостивый Государь и Архипастырь.
В полном сочувствии к положению единоверца Дремина, изъясненному в отношении Г. Обер-прокурора от 2 июня сего года за №3427 Ваше Высокопреосвященство изволили препроводить, при письме на имя Его Сиятельства от сего июня за №62, сто рублей на покрытие недоимки, числящейся на Дремине.
Долгом поставляю уведомить Вас, Милостивый Государь и Архипастырь, что деньги эти, составляющие истинное благодеяние для Дремина, мною получены и препровождены от 18 июня за №3794 к Г. Московскому Генерал-Губернатору для зависящего распоряжения.
Испрашивая святых молитв Ваших, с отличным почтением и совершенною преданностью имею честь быть Вашего Высокопреосвященства, Милостивого Государя и Архипастыря преданнейший слуга, Юрий Толстой».
Спустя год последовало очередное обращение.
«Товарищ Обер-Прокурора Святейшего Синода
Канцелярия 23 августа 1867г. №4440
Высокопресвященнейший Владыко,
Милостивый Государь и Архипастырь.
Ваше Высокопреосвященство, во внимании к исключительному положению крестьянина д. Дороховой в Богородском уезде, Дремина, встречающего затруднение в увольнении из общества по случаю присоединения его из раскола к Православию, изволили доставить 100 руб. в уплату числящихся на нем недоимок по обществу.
Деньги эти препровождены были к Г. Московскому Генерал-Губернатору для употребления по назначению, от которого получено уведомление, что Дремин для увольнения из общества обязан внести в оное на основании 140 ст. местн.полож., сверх числящихся на нем недоимки, еще требуемую этой статьею сумму, равную капитализированному из 6% оброку, в числе 166 руб. 67 коп.
По вниманию к безвыходному положению Дремина, вследствие крайней бедности и встречаемых затруднений в получении постоянного вида на жительство, и невозможности оставаться долее в среде раскольнического общества, Г. Синодальный Обер-Прокурор вновь обращался к Г. Московскому Генерал-Губернатору с просьбою оказать Дремину снисхождение устранением препятствий к окончательному увольнению его из общества, без вноса следующих с него на основании упомянутой 140 ст. денег.
На сие, отсутствием Генерал-Губернатора, начальник Московской губернии отозвался ныне, что об освобождении Дремина от взноса денег, предложено было помещику д. Дороховой Казакову, который изъявил готовность освободить этого крестьянина из общества, если он истинно перешел из раскола в Православие, предоставив Г. Предводителю Дворянства распорядиться в этом деле по своему усмотрению.
Между тем, Предводитель в отзыве своем начальнику губернии объяснил, что крестьянин Дремин, получив в 1857 году с согласия своего отца, паспорт, обещал высылать ежегодно деньги на уплату повинностей и на содержание своего семейства, но с того времени выслала отцу в 1857 и 1866 г. только 73 руб., повинностей же никаких не уплачивал и посему высылка ему паспорта была прекращена. За тем, когда на семействе Дремина накопилось недоимка по подушному окладу, общество в 1866 г. продало имущество Дремина, оставив отца его и жену с сыном в совершенной нищете.
В январе месяце текущего года Дремин пришел на родину за получением увольнительного свидетельства и, проживая все время у отца, в продолжение великого поста на исповеди и у Святого причастия не был. Заключая из сего, что Дремина перешел из раскола в Православие не вследствие нравственного убеждения, а единственно с целью избавиться от уплаты повинностей и взноса следующей с него выкупной суммы, Предводитель находит, что проситель не заслуживает исключительного увольнения из общества, без взноса денег по ст. 140 местн. положения.
Крайне было бы прискорбно, если бы Дремин оказался недостойным оказанной Вашим Высокопреосвященством милости и потому весьма желательно, чтобы собраны были секретным образом сведения, в какой степени справедливы приписываемые ему убеждения, по коим он перешел в Православие и в каких отношениях ныне он находится к Православной Церкви.
Обращаюсь к Вашему Высокопреосвященству с покорнейшею просьбою о доставлении сих сведений и испрашивая святых молитв Ваших, с отличным почтением и совершенною преданностью имею честь быть Вашего Высокопреосвященства, Милостивого Государя и Архипастыря преданнейший слуга, Юрий Толстой».
На это последовала справка секретаря Розанова из Московской Духовной Консистории о том, что «дела о крестьянине деревни Дороховой, в Богородском уезде, Дремине, встречающем затруднение в увольнении из общества по случаю присоединения его из раскола к Православие, в производстве Констистории не имеется».
Эти сведения было поручено собрать Протоиерею Сергею Цветкову. В настольном докладном реестре Московской Духовной Консистории 29 сентября 1867 года определено: с прошением 2 пункта резолюции Его Высокопреосвященства от 26 сентября слать Благочинному указ с тем, чтобы требуемые сведения доставил в Консисторию. По сему указ послан Благочинному Богородского уезда Воскресенской Павловского Посада церкви протоиерею Сергею Цветкову 7 октября 1867 года №11. Цветков в свою очередь запросил сведения у священников Богородицерождественской церкви погоста Рудни:
«В Московскую Духовную Консисторию Богородского уезда благочинного Воскресенской, Павловского Посада церкви Протоиерея Сергея Цветкова.
Покорнейшее донесение.
В исполнение указа оной Консистории от 7 октября за №11 от Священноцерковнослужителей Богородицерождественской, что у речки Рудни церкви отобрано мною сведение о крестьянине деревни Дорховой Егоре Дремине, как предписано указом, каковое сведение представляется в оную Консисторию на благо рассмотрение.
Благочинный Воскресенской, Павловского Посада церкви Протоиерей Сергей Цветков, №302 ноября 26 дня 1867 года».
И вот что ответили священнослужители Богородицерождественской церкви погоста Рудни:
«Его Высокоблагословению, Благочинному Воскресенской, Павловского Посада Церкви Протоиерею Сергею Стефановичу Цветкову,
Богородицерождественской погоста Рудни Церкви Священноцерковнослужителей сведение.
В следствие указа Московской Духовной Консистории от 7 октября сего года за №11 сим имеем честь довести до сведения, что крестьянин Егор Дремин действительно значится в нашем приходе, и что он в минувшую Св. Четыредесятницу у Исповеди Св. Причастия не был и в церкви Божьей мы никогда его не видывали. Что же касается до того, искренно ли крестьянин Дремин присоединился к Православной церкви, мы определенно не знаем, потому что он появился в нашем приходе очень недавно, примерно около года и в настоящее время его снова нет и жительствует где-то на стороне. А посему узнать его расположение или нерасположение к Православной Церкви мы в столь короткое время не могли, тем более, что мы не видя его никогда во Храме Божьем, очень редко встречали его и на стороне, впрочем когда он встречался с нами, то относился как православный, именно у Священника испрашивал благословения и в разговоре с нами отзывался о себе, как о принадлежащем к Православной Церкви, а о небытии на исповеди и у Святого Причастия и нехождении в церковь, объяснение будто бы боится своего отца, который раскольник и своих деревенских жителей, которые исключая одного дома, также все раскольники.
К сему сведению означенной церкви Священник Матвей Преображенский руку приложил.
К сему сведению той же церкви диакон Василий Лихачев руку приложил.
Той же церкви дьячек Иван Руднев руку приложил.
Той же церкви пономарь Алексей Розанов руку приложил.
Объяснение отобрал Благочинный Воскресенской, Павловского Посада Церкви Протоиерей Сергей Цветков.
Ноября 25 дня 1867 года».
19 декабря 1867 года графу Дмитрию Андреевичу Толстому последовал ответ.
«Милостивый Государь!
Граф Дмитрий Андреевич!
По отношению Г. Товарища Обер-Прокурора Св. Синода Юрия Васильевича Толстого от 23 сего августа №1440, коим просил собрать секретным образом сведения, в какой степени справедливы убеждения крестьянина Богородского уезда деревни Дороховой Егора Дремина, по коим он перешел из раскола в Православие, и в каких отношениях ныне он находится к Православной Церкви, резолюцией покойного Высокопреосвященного Митрополита Филарета от 26 сентября было предписано взять от местного причта повинностей.
1 сего декабря Благочинный Воскресенской, Павловского Посада Церкви Протоиерей Сергей Цветков представил сведения, что в приходе Богородицерождественской погоста Рудни Церкви крестьянин деревни Дорохово Егор Дремин действительно значится, все раскольники.
Уведомляя о сем с совершенным почтению и преданностью, остаюсь Вашего Сиятельства.
На подлинном подписуюсь, секретный богомолец Леонид Епископ Дмитровский».
В 19 ноября (1 декабря) 1867 г. Митрополит Филарет скончался и новым Владыкой становится Митрополи́т Инноке́нтий (Вениаминов). В январе 1868 года граф Юрий Толстой обращается уже к нему.
«Обер-Прокурор Святейшего Синода
Канцелярия 4 января 1868 №68
Преосвященный Владыко!
Милостивый Государь и Архипастырь.
В июне месяце 1865 года временнообязанный крестьянин Богородского уезда деревни Дороховой Егор Дремин обратился ко мне с прошением о содействии к увольнению его из общества без взноса следующих с него по положению денег.
За происходившею по сему ходатайству перепискою, в последнее время дело остановилось на том, что помещик д. Дороховой Казаков изъявил готовность уволить Дремина из общества, если он истинно перешел из раскола в Православие, но Предводитель Дворянства, коему Казаков предоставил распорядиться в этом деле по своему усмотрению, в своем отзыве объяснил, что проситель не заслуживает увольнения из общества, так как есть основания думать, что Дремин перешел в Православие не вследствие нравственных убеждений, а единственно с целью избавиться от уплаты повинностей и взносов, следующих с него выкупной суммы.
За тем, Ваше Преосвященство, от 18 минувшего декабря №3856, изволили сообщить мне отзыв причта Богородицерождественской Церкви погоста Рудни, к приходу коей принадлежит Дремин, что он после своего присоединения к Православной церкви, у исповеди и Св. причастия не был и к Богослужению в Православную церковь не ходит.
Ввиду таковых сведений, имею честь обратиться к Вашему Преосвященству с покорнейшею просьбою, чрез посредство вышеозначенного причта объяснить Дремину, что по указанным обстоятельствам я не нахожу возможности настаивать на моем ходатайстве об увольнении его из общества с освобождением от уплаты оброчных денег.
Испрашивая святых молитв Ваших, с отличным почтением и совершенною преданностью имею честь быть Вашего Высокопреосвященства, Милостивого Государя и Архипастыря покорнейшим слугою, граф Юрий Толстой.
На подлинность резолюциею Его Преосвященства, Преосвящейнешего Леонида, от 9 января №238 предписано: «Объявить по принадлежности, не ожидая прибытия Дремина в Консисторию».
Спустя несколько лет, в 1875 году того же Егора Викулова Дремина поймали в попытке сбыта фальшивых кредитных билетов, об этом написано в деле, которое хранится в Тульском государственном архиве "Дело канцелярии Тульского губернатора по отношению судебного следователя Печерского участка г. Киева о задержании обвиняемого в сбыте фальшивых кредитных билетов, именующего крестьянином Егором Викуловым" (ГАТО Ф. 90 Оп. 1 Т 40 Д. 3243)
В деле обнаружилась даже фотокарточка самого Егора Викуловича Дремина.
М.Ю. Судебного Следования
Печерского участка г. Киева
26 декабря 1875 года
№2465 г. Киев
Господину Тульскому Губернатору
Задержанный в г. Киева 20 ноября сего года обвиняемый в сбыте фальшивых кредитных билетов именующийся крестьянином Московской губернии Богородского уезда селения Дорхова Егором Викуловым (Ивановым) Дреминым на пути следования в г. Москву 27 ноября сего года бежал из-под стражи.
Донося об этом, имею честь покорнейше просить Ваше Превосходительство о поручении уездным исправникам и Полицмейстерам вверенной Вашему Превосходительству губернии наблюсти за поведением Дремина.
Ввиду розыскания (так в документе) Дремина прилагаю при сем фотографическую карточку его и имею честь просить Ваше превосходительство, если то будет возможным признано, разослать снимки с фотографической карточки Дремина сказанным выше Полицейским чиновникам, с тем, чтобы они в случае поимки Дремина немедленно препроводили бы его ко мне за строгим караулом.
Далее Тульскому губернатору последовали рапорты от уездных исправников. Вот один из них:
Его Превосходительству
Господину Начальнику Тульской губернии
Богородицкого уездного исправника
РАПОРТ
Вашему Превосходительству в исполнение предписания от 2 января за №19 имею честь донести, что крестьянина Московской губернии Богородского уезда селения Дорхова Егора Викулова Дремина по произведенному в городе Богородицке и уезде оного розыску, на жительстве не оказалось и за появлением его ведется наблюдение.
Аналогичные рапорты поступили от исправников Крапивенского, Чернского, Алексинского, Каширского, Одоевского, Белевского, Новосильского, Епифанского уездов.
Дальнейшая судьба Егора Викуловича и события, последовавшие за всем этим, неизвестны. Удалось ли в итоге поймать этого хитрого гусляка, история умалчивает. В исповедной ведомости церкви села Гуслиц за 1877 год он записан как раскольник, вдов, имел сына Гаврилу. Но далее следы теряются вовсе…