На ночных кустах ветки трогая,
Выхожу один да на дорогу я.
Темнота кругом несусветная,
Замолчала ночь беспредметная.
Что ж ты, ночь, молчишь, не шевелишься,
На взаимную любовь не надеешься?
Распускается сирень за заборами,
Псы голодные орут за которыми.
Не решу никак незадачу я:
Отчего у собак жизнь собачая?
Знать хозяин их хуже Каина,
Убежать бы им от хозяина,
От хозяина - злого жадины,
Не зазря же им клички дадены!..
Эх, душа моя косолапая,
Ты чего болишь, кровью капая,
Кровью капая в пыль дорожную?
Не случится со мной невозможное!
Без любви прожить не получится,
А зазря любить - только мучиться...
Не смотри ж ты, ночь, исподлобия,
Злого недруга наподобие,
Не смотри ж ты, ночь, не подглядывай,
За мою судьбу не загадывай!
Я услышала кусочек песни (а это именно она, мелодия тоже Ю. Кима) лет в 12-13, в фильме "У озера", где ее цедил сквозь зубы один из молодых героев. Это было всё - на годы, даже на десятилетия, в которые я песни не слышала и даже не знала полностью слов! Но, видимо, тут то самое, о чем герой и сказал в фильме: бывает, что ничего не понятно, а мороз по коже идет...
Песня начинается с цитаты, которая знакома каждому. Это М.Ю. Лермонтов: "Выхожу один я на дорогу..." В стихотворении - взгляд вверх, в небо, от его проекции на земле - отраженного "блеска кремнистого пути", и разговор с ним. У Кима акцентирована обращенность внутрь. Общее лишь, что "ночь тиха". И еще: "Так больно и так трудно".
Боль лирического героя стихотворения гения русской поэзии разрешается упованием на небесную, всё примиряющую и соединяющую гармонию и собственной причастностью ей исходом своей земной жизни. Потому что небесный свет заливает уснувшую землю "голубым сияньем", так соединяя ее с собой, забирая ввысь, туда, где разговор "звезд".
Герой Кима пребывает в несусветной темноте, уничтожающей всё, делающей мир беспредметным, консервирующей молчание. Она не союзник, как в стихотворении М.Ю. Лермонтова. Напрасно искать ее поддержки. Ночь лишает героя надежды на взаимную любовь и смотрит
исподлобия,
Злого недруга наподобие...
Так герой оказывается в тотальном одиночестве, обращенным лишь в себя.
Контрастом расцветающей сирени с ее легким, сладким, с чуть заметной горчинкой ароматом - ор голодных псов. И то, и другое - за заборами. Но какой собачий лай, если кругом тишина несусветная?! Значит, это вопль голодной, прикованной цепью к своему чувству души героя!
И решить эту незадачу нельзя, потому что тут НЕ задача! Здесь, согласно Толковому словарю В.И. Даля, несчастье: злая нелюбовь! Разве Ей, с ее женской милосердной природой, трудно быть щедрой и доброй? "Накормить" или хотя бы отпустить?
Но дело в том, что никто его и не держит. Он свободен, совсем и абсолютно! Да только убежать не получается. Вот и незадача!
Клички дадены, как и людям имена, но свободными как люди псы не стали. Даже клички не они выбрали. Их сущность такова: служить человеку. Терпеть от него всё. Истечь кровью, но не посметь вонзить клыки в хозяина. Вот потому у собак жизнь собачая! Сдобренная сладким ядом цветущей сирени...
Однако и у людей своя суть: невозможность жить без любви. Полноценному, конечно, человеку, а не выродку. Значит, тогда может быть ЭТО. Отказаться от собственной природы и тем избавить себя от страданий? Или перелить эту боль в творческое деяние, выразив ее своими словами, которые отныне будут присвоены чувствующими то же, но немотствующими?
Ведь мало "избранных, счастливцев"! Способных ТАК пережить острые мгновения бытия и сказать об этом "на разрыв аорты", чтобы пронзило и 12-летнего ребенка, и оставившего за спиной бОльшую часть жизненного пути.