Анна смотрела на сестру, ожидая ответа матери.
— Слушаю, — недовольно произнесла Ирина Ивановна.
— Мама, здравствуй, — сказала Анна, включив громкую связь. — У меня к тебе есть серьезный разговор. Мы с Артемом разводимся, и так получилось, что...
— Я тебя с Люсей не пущу к себе жить, — тут же заявила женщина, решив, что дочь хочет переехать к ней. — Иди к Артему, ползай на коленях, умоляй его простить тебя. Но чтобы ноги твоей не было в моей квартире.
— Мама, а ты разве забыла, что у меня 0,25 доли от твоей квартиры? — напомнила Анна. — И 0,25 — у Изольды.
— И что ты этим хочешь сказать? — тут же закричала Ирина Ивановна. — Что родную мать в 55 лет выкинешь на улицу?
— Ну для начала я предлагаю тебе выкупить наши доли, — сказала Анна.
— На какие шиши? — не унималась женщина. — У меня не такая большая заработная плата, чтобы швыряться деньгами.
— Мама, не начинай, — Анна поморщилась. Ну почему с этой женщиной разговор редко заканчивается на позитивной ноте? — У тебя хорошая зарплата по нашему городу. К тому же, не удивлюсь, если у тебя есть накопления.
— А ты в мой кошелек не лезь! — возмутилась Ирина Ивановна. — Ты чем думала, когда с Артемом решилась разводиться? Ты где храброй воды выпила? Рассчитываешь, что на зарплату учителя сможешь себе позволять все, что хочешь, как при было с твоим мужем?
— Отвечу твоими же словами: не лезь в мой кошелек, — Анна была в шоке. Она понимала, что не будет в восторге от слов своей средней дочери, но чтобы вот так унижать — это уже ниже плинтуса. — Тебя не касается, как и на что я буду жить после развода с Артемом.
— Как это меня не касается, раз ты решила залезть в мою квартиру, — кричала Ирина Ивановна.
— Мама, я просто хочу получить мою долю, — вздохнула Анна. — Чтобы моя дочь осталась жить со мной.
— То есть ты хочешь сказать, что ни ты, ни Изольда все это время не платили за квартиру, а теперь вдруг нарисовались такие замечательные, — усмехнулась женщина.
— Мама, мы с Изольдой каждый месяц перечисляли тебе деньги за свои доли, — напомнила Анна.
— Это была ваша помощь матери, — возразила Ирина Ивановна.
— Мы каждый платеж подписывали, за что перечисляем, — Анна с благодарностью посмотрела на Изольду. Как хорошо, когда твоя сестра — юрист, и знает все эти тонкости. Сейчас никому ничего не доказали бы, и были бы проблемы с получением своей доли.
— Все просчитали, — процедила сквозь зубы женщина.
— Мама, завтра мы с Изольдой пришлем тебе уведомление о предложении выкупить наши доли, — твердым тоном произнесла средняя дочь. — Извини, но сама понимаешь, я должна сделать все, чтобы моя дочь не пострадала. И выбор, в данном случае, не в твою пользу.
— Ну знаешь, — тон Ирины Ивановны был осуждающим. — Этого я точно от тебя не ожидала.
— Извини, но другого выхода нет, — сказала Анна.
— Мы с Оленькой сейчас что-нибудь решим, — ответила женщина. — Но надеюсь ты понимаешь, что вот этим своим поступком ты наглядно показала мне, как относишься? И что после этого не ждешь от меня хорошего к себе отношения.
— Знаешь, а я ведь даже не удивлена, — грустно вздохнула средняя дочь. — Ты же могла предложить нам переехать к тебе, чтобы у Люси было свое жилье. Но первое, что ты сказала, что не пустишь нас к себе.
— Для меня важнее всего мой комфорт, — произнесла Ирина Ивановна. — Я хочу приходить с работы и отдыхать, а не слушать детские крики.
— Если бы ты больше общалась со своей внучкой, то знала, что Люся — абсолютно спокойна девочка, — возразила Анна. — Но тебя, кроме твоей Оленьки, ничего больше не беспокоит.
— Да, потому что Оля — самая перспективная дочь, — пояснила женщина. — Именно на нее я делаю ставку.
— Ставку? — средняя дочь опешила. Она посмотрела на старшую сестру, которая сидела с непроницаемым выражением лица. Изольда прошептала:
— Я всегда это знала.
— Да, — ответила Ирина Ивановна. — Ведь только у нее хватило ума не только выйти замуж за того, кого надо. Но и сделать так, что муж от нее без ума. И скачет под ее дудку.
— Ну-ну, — хмыкнула Изольда.
— Очень рада за тебя и Олю, — произнесла Анна. — Извини, мама, это все лирика. До завтра.
— Если ты так сделаешь, то считай, что у меня больше нет дочери, — предупредила Ирина Ивановна. — И своей сестренке старшей предупреждай. Ведь даже к гадалке не ходи — это ее идея с продажей долей. Ишь умная какая.
— Рада, что ты оценила мои умственные способности, — усмехнулась Изольда. — Хоть в чем-то удалась.
— Да ты только на пакости и способна, — возразила женщина.
— Мамуля, не переживай, — тут же успокоила Изольда. — Твоя Оленька вместе с зятем тебе помогут.
— А ты и рада спихнуть всю ответственность на Оленьку, — не унималась Ирина Ивановна.
— Мамуля, мы ходим по кругу, — тон старшей дочери стал жестким. — Завтра мы пришлем документы. Ознакомься с ними, и если ты будешь согласна с нашим предложением, то мы тут же пойдем к нотариусу. Если нет, то наймем риелтора, чтобы он занимался продажей этой квартиры.
— Я вас ненавижу, — громко произнесла женщина и сбросила вызов.
— Кажется, от нас только что отреклись, — сказала Изольда. — Да уж, никогда не думала, что так закончатся наши распри с матерью.
— Согласна, — кивнула головой Анна.
— Ладно, об этом мы подумаем потом, — сказала Изольда. — Завтра с утра я оформлю все документы и отправлю их курьером за ее подписью при получении, чтобы мать потом не смогла отнекаться.
— Спасибо тебе большое, — сказала средняя сестра и обняла старшую.
Сестры сидели за столом в кухне и говорили обо всем: о прошлом, настоящем и будущем. Анна была счастлива, что у нее есть такая мощная поддержка в виде старшей сестры. И она была готова ради Изольды на все.
— Как я хочу, чтобы это все поскорее закончилось, — сказала Анна. — Развод, оформление документов.
— Не переживай, — заверила Изольда. — Время пролетит, и ты не заметишь, как станешь свободной от бывшего абьюзера.
В этот момент в дверь позвонили.
— Мамочка, я открою, — крикнула Люся, подбегая к двери. — Кто там? — громко спросила девочка. — Мама, там бабушка, открывать?
— Да, открой, — разрешила Анна. — Вот и Олеся Всеволодовна пришла.
— Замечательно, — улыбнулась Изольда.
— Девочки, добрый вечер, — улыбнулась Олеся Всеволодовна, заходя в кухню. — Как дела?
— Нормально, — ответила Анна. Она посмотрела на Люсю, которая стояла рядом с бабушкой. Женщина сразу же поняла, что есть новости, и они не для ушей ее внучки.
— А у меня просто ужас, — ответила женщина. — После того, как я назначила заместителя главврача, начался ад. Тот, кто метил на эту должность и не получил, вышел из зала и хлопнул дверью, — сказала Олеся Всеволодовна. Она старательно избегала имен, чтобы Людмила не поняла, про кого они говорят. — Я думала, что легко отделалась, зная характер этого человека. Но не тут-то было. Он пришел ко мне в кабинет, когда я была одна, и стал мне угрожать.
— Серьезно? — Анна опешила.
— Да, — кивнула головой женщина. — Знаете, так спокойно, без крика. Все так, как он любит.
— Все по классике, — резюмировала Изольда.
— Верно, — кивнула головой Олеся Всеволодовна. — Сказал, что если я не передумаю, то пожалеют все, кто меня окружает, и особенно та, с кем я нашла общий язык в последнее время. Что он заберет то, что ей очень дорого.
— Я знаю, — ответила Анна. — Даниил меня предупредил.
— Значит, это правда, — женщина была разочарована. Она ожидала всего, чего угодно, но только не такого поступка от своего сына. Артем готов идти по головам, чтобы добиться своего. И даже причинить вред своей дочери. Пусть не физический, а моральный: ведь забрать дочь у матери — это просто сверх подлости.
— Даниил провел успокоительную беседу, — произнесла Анна. — Сказал, что у этой женщины все хорошо, только нет своего жилья. Но они с сестрой объединились и решили продать свои доли в родительской квартире, чтобы получить первоначальный взнос на квартиру.
— У меня идея получше, — сказала Олеся Всеволодовна. — Я хотела оставить эту квартиру своей внучке. Но раз такая ситуация, я думаю, что будет лучше, если перепишу на Аню.
— Олеся Всеволодовна, не надо, — Анна решительно покачала головой. — Мы сейчас займемся продажей наших долей, и я куплю нам с Люсей квартиру.
— А ты уверена, до развода справишься? — спросила женщина. — Вот и я не уверена, — Олеся Всеволодовна покачала головой. — Так что завтра же займемся этим вопросом. Только у меня будет две просьбы.
— Какие? — тут же спросила Анна. Она не понимала, что происходит. Как так взять и переписать на нее квартиру? Ведь если Олеся Всеволодовна не хочет на сына, то есть внучка.
— В этой жизни всякое бывает, — ответила женщина. — Вдруг мы не сойдемся с Олегом, можно я вернусь сюда?
— Олеся Всеволодовна, это даже не обсуждается, — сказала Анна. — Мы всегда будем вам рады.
— И чтобы ни произошло в жизни, ты оставишь эту квартиру Люсе, — продолжила женщина.
— Можете не сомневаться, — заверила Анна.
— Тогда мой сын и по пункту жилья пролетает.