ПРИМЕЧАНИЕ: Данная статья собрана из целого ряда коротких публикаций в группе «ИЛ-НаVигатор».
Вышел очередной Российский национальный Доклад: 40 лет чернобыльской аварии, итоги и перспективы преодоления её последствий в России, 1986—2026 [Doc1] (далее по тексту Доклад).
К сожалению, в этом Докладе (40 лет Чернобыль) иногда имеют место тенденциозность, несоответствие (или недосказанность) и даже искажение научных фактов. Неопределенность эффекта малых доз преподносится как одна из главных проблем "чернобыльского тупика", когда реальное загрязнение и дозы (риски) снижаются, а количество пострадавших (пользующихся льготами) продолжает увеличиваться. Для обеспечения радиационной безопасности населения существенные ресурсы до сих пор направляются в "загрязненные" районы, хотя в подавляющем большинстве доза от чернобыльского загрязнения на один-два порядка ниже, чем доза от радона. Однако, радон даже не упоминается, а традиционно вуалируется термином "природные источники". Далее буду приводить цитаты из Доклада и альтернативных источников, сопровождая короткими комментариями.
Цитата со стр. 38 Доклада: Корректному установлению причинной связи препятствует не только научная неопределенность эффектов малых доз, из-за которой фактически невозможно опровергнуть возможную связь между радиационным воздействием на человека и обнаруженным у него заболеванием по широкому классу болезней, но и высокая мотивированность лиц, претендующих на установление подобной связи.
Цитата со стр. 40 Доклада: Когортные исследования проводятся на базе Национального регистра (НРЭР) и Ведомственного подрегистра ликвидаторов из числа работников предприятий атомной промышленности. В национальном регистре официальные дозы известны для 142,6 тыс. ликвидаторов. В Ведомственном подрегистре выборка на порядок меньше (13,9 тыс. человек), но для нее выше качество дозиметрических данных и диспансерного наблюдения. У двух выборок разные возрастно-половые распределения, а также другие характеристики, поэтому напрямую сравнивать количественные результаты двух регистров некорректно, но можно сравнить выводы о роли радиационного фактора в выявленных отклонениях в состоянии здоровья ликвидаторов.
Цитата со стр. 40 Доклада: Основываясь на своих оценках, специалисты НРЭР приходят к выводу, что проблема минимизации медицинских последствий и повышения эффективности медицинской помощи лицам, относящимся к группам повышенного радиационного риска, сохранит актуальность не только в ближайшие, но и в последующие годы.
Цитата со стр. 40 Доклада: За тот же 40-летний период наблюдения у ликвидаторов, зарегистрированных в Ведомственном подрегистре ФМБА России, не выявлена причинно-следственная связь повышенной заболеваемости/смертности по всем нозологиям (включая злокачественные новообразования отдельных органов и тканей) с дозами аварийного облучения на ЧАЭС.
В итоге авторы Доклада предпочитают в основном опираться на выводы Ведомственного подрегистра ФМБА России, а не НРЭР.
Цитата со стр. 43 Доклада: 6. Выводы национальных регистров о радиационном генезисе выявленных негативных отклонений в состоянии здоровья ликвидаторов, не имевших диагноза ОЛБ, НКДАР счел недостаточно убедительными. Позже Комитет несколько раз рассматривал результаты национальных регистров в связи с общими проблемами оценки риска лейкемии, солидных раков и болезней системы кровообращения в диапазоне малых доз (2010, 2019, 2020/21) [3.16, 3.17, 3.18] и более уверенно поддержал выводы американо-украинских исследований о дозозависимой заболеваемости лейкемиией в группе ликвидаторов 1986 года и катарактой в группе ликвидаторов 1986/87 гг. Научная дискуссия об объективности интерпретации результатов эпидемиологических исследований в области малых доз (< 100 мГр) продолжается.
Цитата со стр. 55 Доклада: 5.3 Проблемы коммуникации экспертов с обществом по вопросам оценки радиационных рисков для здоровья. Задача переформатирования общепринятых представлений о медицинских последствиях Чернобыля, в конечном счете, упирается в особый подход к регулированию радиационных рисков в диапазоне малых доз, который международное научное сообщество выработало еще в начале ядерной эры [5.6]. Следуя «долгу бдительности» по отношению к техногенной радиации, Международная комиссия по радиационной защите (МКРЗ) рекомендовала при решении задач радиационной защиты исходить из того, что любая, сколь угодно малая, доза облучения может нанести вред здоровью (линейная беспороговая гипотеза).
Вред от облучения в малых дозах (<100 мЗв) не удается ни доказать, ни опровергнуть на фоне других, более значимых факторов влияния на здоровье, и сделать это с достаточной научной убедительностью, может быть, в принципе невозможно. На практике существует научный консенсус, что при малых дозах мы знаем лишь то, что если риск и существует, то он очень мал и не превышает социально-приемлемых уровней. В связи с этим МКРЗ сохраняет приверженность линейной беспороговой гипотезе, но считает, что она не должна быть единственным фактором при принятии решений, необходимо чувство соразмерности при ее применении при очень низких дозах. Комиссия рекомендует тщательно обдумать целесообразность применения значительных усилий и ресурсов для дальнейшего снижения и без того низких доз, поскольку получаемые для здоровья выгоды неочевидны (принцип ALARA1). В этой связи всякий раз, обнародуя расчетные оценки риска для здоровья в диапазоне малых доз, специалистам следует раскрывать высокую степень их неопределенности с указанием основных источников этой неопределенности, а также сопоставлять эти оценки с рисками от фонового / медицинского / профессионального облучения и/или рисками от нерадиационных факторов развития рака в популяции, такими как курение, алкоголь, химические загрязнители в окружающей среде и т.д. (см. Раздел 3.2.2). На деле эксперты зачастую ограничиваются расчетными значениями риска и/или абсолютным числом случаев рака или наследственных заболеваний в популяции и не упоминают, что эти оценки получены на основе разумных (но не доказанных) предположений, используемых для целей радиационной защиты. Когда же эти оценки обнародуются, они воспринимаются обществом не как расчетные величины, а как доказанные факты. Научные гипотезы и этические установки, лежащие в основе регулирующих норм, не должны автоматически преподноситься как безусловные доказательства вреда от воздействия того или иного фактора на здоровье. Однако об этой грани редко говорится как в научных публикациях, так и в коммуникации с общественностью. Закономерным результатом такой коммуникации является желание людей снизить до нуля находящиеся на слуху, но фактически пренебрежимо малые радиационные риски, оставляя без внимания другие, более существенные факторы, влияющие на их здоровье. В последнее время эта проблема все больше привлекает внимание МКРЗ и постепенно входит в повестку дня международного радиологического сообщества.
Если в современной дискуссии о радиационных рисках кто-то начинает ссылаться на якобы сомнительную линейную беспороговую гипотезу, то необходимо насторожиться, ведь за последние десятилетия были проведены обширные эпидемиологические исследования радиационного риска в области малых доз, в том числе от радона. Например, к 2005 году эпидемиологические исследования по радону (с контрольными группами) были проведены в нескольких десятках тысяч жилищ (с их обитателями) в Европейских странах, США и Китае. Была установлена четкая связь между экспозицией радоном (включая очень малые дозы) и риском. На основе этих данных МКРЗ (которая часто упоминается в Докладе, но не приводятся конкретные ссылки в цитируемом выше фрагменте) ужесточило в два раза (до 300 Бк/м3) норматив по радону в зданиях в 2009. Кроме того, в этой связи очень полезно процитировать соображения самих наших регуляторов (НИИ Радиационной гигиены от Роспотребнадзора и ФМБА России) из относительно недавней статьи "РАДОН: ПРОБЛЕМЫ И ПУТИ РЕШЕНИЯ" [Doc2].
Цитата из Статьи регуляторов: По данным ВОЗ, в зависимости от среднего значения объёмной активности (ОА) радона в стране доля радон-индуцированных раков лёгкого лежит в диапазоне от 3 до 14% от общего числа всех раков лёгкого [8]. По информации Агентства по охране окружающей среды США, из общего числа 146400 случаев смерти от рака лёгкого в 1995 г. 21100 (14%) случаев были отнесены к воздействию радона внутри помещений [www.epa.gov/radon]. Согласно оценкам смертности от радон-индуцированного рака лёгкого, в Норвегии ежегодно погибают около 300 человек [13], в Чехии – 900 [14], в Финляндии – 300 [15], во Франции – от 1234 до 2913 [16], в Ирландии – от 150 до 200 [17]. В целом радон как инициатор развития рака лёгкого стоит на втором месте после курения [8].
Цитата из Статьи регуляторов: ВОЗ в рамках Международного радонового проекта [29, 30] провела объединенный анализ полученных данных, основной итог которого продемонстрировал наличие канцерогенного эффекта воздействия радона при уровнях его ОА в жилищах, не превышающих 50 – 100 Бк/м3 [8]. Научным комитетом по действию атомной радиации ООН (НКДАР ООН) была осуществлена научная оценка новых данных, которая позволила сделать вывод о том, что «в настоящее время представляется обоснованным принять оценку Darby с соавт. [24, 25] избыточного относительного риска, равную 0,16 на 100 Бк/м3 как подходящую, возможно, консервативную, оценку пожизненного риска от радона в жилищах». На основании этих результатов в 2009 г. НКДАР ООН сделал заявление на сессии Генеральной Ассамблеи ООН о том, что есть прямое доказательство, подтверждающее обнаруживаемый риск рака лёгкого для населения от радона в жилищах [31].
Цитата из Статьи регуляторов: Новые эпидемиологические данные стали основой для изменения взглядов МКРЗ в области защиты населения от облучения этим радиоактивным газом. В 2010 г. МКРЗ выпустила Публикацию «Риск возникновения рака лёгкого при облучении радоном и продуктами его распада» [32], в которой значения номинального риска возникновения лёгочной онкопатологии при облучении радоном в жилищах увеличен в 2 раза по сравнению с аналогичным показателем, представленном в Публикации 65 МКРЗ.
Выходит, что риск от радона даже в области сверхмалых доз (на уровне 2-3 мЗв при ОА радона 50 – 100 Бк/м3) определить все-таки удается, а вот радиационный риск ущерба здоровью ликвидаторам почему-то до сих пор не определен. Может быть, проблема не в сложности оценки рисков при малых дозах, а из-за отсутствия достоверных результатов индивидуального дозиметрического контроля или еще каких-то негласных причин.
Реальная проблема обусловлена отсутствием достоверных данных для оценки доз ликвидаторов, а не сложностью оценки риска в области малых доз. Посмотрите на первых страницах Доклада ответственных за "Дозы облучения и медицинские радиологические последствия". Среди них наши регуляторы - НИИ Радиационной гигиены (от Роспотребнадзора) и ФМБА России. Пришлось напомнить и ссылаться на Статью от наших регуляторов, только чтобы показать их двоемыслие. Их цитируемые выше утверждения в Статье противоречат их же утверждениям в Докладе по Чернобылю. А сама статья "РАДОН: ПРОБЛЕМЫ И ПУТИ РЕШЕНИЯ" [Doc2] такова, что немного позже мне пришлось дать ответ на предлагаемые решения регулятора (а точнее, полное отсутствие реальных решений) в виде серии статей в АНРИ о Кризисе регулирования радона в России.
Также полезно обсудить этот рисунок из Доклада:
![Средние годовые эффективные дозы облучения населения территорий НП, находящихся в границах зон радиоактивного загрязнения вследствие аварии на Чернобыльской АЭС, в 2015—2023 гг. с учетом вклада природных и медицинских источников облучения в расчете на одного жителя субъекта Российской Федерации (по данным НИИРГ им. П. В. Рамзаева) [Doc1].](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_69f8295c2464ba6c78fbc901_69f82a7b8034f13afe5feb7f/scale_1200)
Чернобыльские дозы (красные столбики) еле видны на фоне природных доз (зеленые столбики), большая половина из которых (около 60%) - это регулируемый радон, а другая меньшая половина (около 40%) - нерегулируемое излучение из космоса и грунта с каменными зданиями + небольшая доля пищёвки с водой + калий-40 в скелете человека.
Было бы правильно (более точно) называть не «природные источники», а «радон и другие природные источники», чтобы население и коллеги из Росатома (и связанных с ним институтов) хоть немного представляли роль радона в контексте обеспечения радиационной безопасности населения.
Хотя имитационное регулирование радона не имеет никакой пользы, но за три десятилетия поглотило не менее 1-2 млрд. руб. (по текущим ценам), а контроль чернобыльской радиации (дозы от которой еле видны) поглотил за 40 лет уж точно больше на один или два порядка. В результате имеем Кризис регулирования радона и Чернобыльский тупик в стране. Что же так мешает наладить регулирование радона, чтобы оно не сжигало напрасно ресурсы, а, наоборот, приносило доход государству и ощутимую пользу (радиационную безопасность) людям (населению), как предлагается здесь: СТАТЬЯ 1. РАДОН. «Проблема тестирования и защиты зданий от РАДОНА».
Если население будет информировано и начнет самостоятельно решать проблему радона, то Чернобыльская проблема начнет терять актуальность (на фоне более значимой проблемы в сознании населения), только пусть наши регуляторы не мешают и продолжают обеспечивать радиационную безопасность, не связанную официально с защитой населения от радона (основного фактора радиационного риска).
И еще полезно добавить несколько соображений, связанных с Докладом [Doc1]. В этом докладе на стр. 35 сообщается, что "после 01 июля 1986 г. Появилась возможность планировать условия работы с соблюдением принятой дозы аварийного облучения персонала в 250 мЗв." Там же сообщается: По более ранним оценкам в 1986—1987 годах к противоаварийным работам были привлечены порядка 226 тысяч [3.1], по более поздним оценкам — порядка 310 тысяч человек [3.2]. Общее число ликвидаторов 1986–1990 годов в разных источниках варьирует от 526 тысяч [3.3] до 600 тысяч человек [3.1].
Для сравнения доз облучения и количества облученных лиц интересно привести следующие фрагменты из этой статьи о Кризисе регулирования радона в России: «Кризис регулирования радона в России: масштаб проблемы и предложения по исправлению», АНРИ / № 1 (116), 2024, стр. 3-29. [Doc3].
Например, цитирую ниже фрагменты из этой статьи:
Согласно табл.1, не менее 731 тыс. или по другим оценкам около 1,1 млн. человек [27] из-за сверхнормативного облучения радоном при среднегодовой ОА > 300 Бк/м3 в своих жилищах получают эффективные дозы более 10 мЗв/год, то есть находятся в условиях, не соответствующих требованиям ни международных [5], ни отечественных Норм радиационной безопасности [7].
Среди персонала группы А дозу более 20 мЗв получают лишь 3 сотрудника [1] против примерно 136 тыс. человек (что на четыре–пять порядков больше), проживающих при ураганных уровнях радона в своих жилищах.
Теперь подведем итоги сравнения. Радоновая обстановка в России такова, что уже на 25 году жизни от 0.8 до 1.1 млн человек получают дозы от радона, превышающие дозу аварийного облучения ликвидаторов на ЧАЭС (250 мЗв). Т.е. облученных радоном (выше контрольного уровня для ликвидаторов) больше в 1.5-2 раза, чем всех ликвидаторов на ЧАЭС (большая часть которых уже покинула этот мир). Более того, 136 тыс. человек к 25 годам получают дозы около 500 мЗв из-за облучения радоном, а к 50 годам уже 1 Зв. Будем и дальше полагать, что радон в зданиях - это всегда только малые дозы облучения (менее 100 мЗв)?
Будем и дальше публиковать Доклады, выражающие озабоченность дозами облучения еле заметными по сравнению с дозами от радона, продолжая вуалировать вполне регулируемый радон термином «природные источники», якобы не поддающиеся регулированию, типа это же великая природа создала?
Авторы Доклада ссылаются на неопределенность рисков в области малых доз, хотя научных данных достаточно для уверенной оценки рисков и в области малых доз, что уже обсуждалось выше с убедительными примерами из приложенной статьи самих же наших регуляторов радиационного риска. Если даже и этих примеров недостаточно, то прекрасным полигоном для исследования этой проблемы в условиях наших (российских) реалий является тот же Лермонтов (в районе КМВ), как и многие другие города с ураганными уровнями радона в жилищах. В этих городах предостаточно жителей (сотни тысяч) с разными дозами облучения - от малых доз до нескольких Зивертов. Только вот до сих пор не было проведено ни одного честного отечественного исследования связи риска с малыми дозами (см. СПРАВКУ 1). Подчеркну, что речь идет о честном отечественном исследовании, а не имитации эпидемиологических и подобного рода исследований типа: http://radiation-and-risk.com/year2025/4/2987-10 (см. СПРАВКУ 2).
СПРАВКА 1. В первой критической статье, опубликованной в АНРИ [Doc3], Лермонтов тоже упоминается. В процессе ее подготовки консультировался с авторитетным ученым в области оценки радиационного риска, обусловленного внутренним облучением радона. Он сообщил: "Нужно помнить, что очень много работников ПО "Алмаз" живут в Лермонтове. Мы там тоже работали и пытались делать эпидемиологию. Не совсем удачно из-за амбиций одного из участников проекта". К сожалению, он не стал отвечать на мой следующий вопрос: "Кажется, мне попадались публикации на этот счет. Или Вы утверждаете, что таких публикаций до сих пор нет? Может быть, многие из работников получили дозы в своих жилищах большие, чем в руднике. Это выяснялось? В процессе измерений в одной из школ Лермонтова школьный врач нам сообщила, что двое школьников не ходят на занятия из-за онкологии". Из 19 зданий детских учреждений в 16 зданиях (85 %) превышен норматив по радону [Doc4].
СПРАВКА 2. Совсем недавно (в конце прошлого года) наши ученые из ФМБА России опубликовали результаты очередного "исследования радиации в КМВ" в виде статьи с названием "Радиационная обстановка в городе Лермонтове" http://radiation-and-risk.com/year2025/4/2987-10. Вот только они почему-то решили не проводить измерения в жилищах, школах и детсадах, где жители Лермонтова проводят большую часть времени.
Уважаемые регуляторы, будем и дальше продолжать бесконечные исследования малозначимых факторов, или все-таки начнем делать полезную для людей работу?
ВАЖНО! ZORRO задаёт ворос: Что же так мешает наладить регулирование радона, чтобы оно не сжигало напрасно ресурсы, а, наоборот, приносило доход государству и ощутимую пользу (радиационную безопасность) людям (населению)? Я попытаюсь на него ответить предельно чётко и без научного стеснения и аристократизма в отдельной СТАТЬЕ 3. Не пропустите. НаVигатор.
КОНЕЦ.
Doc4: Фрагмент Отчёта: Радон в помещениях детских учреждений города Лермонтов. 2016 год.
#радон, #radon, #ниирг, #строительство, #стройка, #радиационный_контроль, #роспотребнадзор, #фмба, #нии_радиационной_гигиены, #росстандарт, #радиология, #радиация, #радиационная_безопасность, #эманация_радона, #радоно_безопаснось, #радон_в_воздухе, #проблема_нормирования_радона, #радоно_опасность, #переzагрузка, #красноесолнце, #чернобыль, #чернобыльская_авария, #мероприятия_по_защите_зданий_от_радона, #мзр, #радон_в_помещениях, #радон_в_здании, #измерение_эроа_радона, #эроа_радона, #объемная_активность, #измерения_эманации, #радиационная_гигиена, #анри, #наvигатор, #лабораторный_чат, #проверить_радон, #плотность_потока_радона