Когда Лена пришла в палату у нее случилась истерика. Мама, которая час назад была мертва, теперь сидела на кровати и разговаривала с Мией, которая сидела напротив опершись головой на руки и трость. Мия подняла глаза.
- Мама?! Мам, ты как?
- Как будто заново родилась. - сказала она.
Кира посмотрела на Лену.
- Сейчас. - Лена перевела деньги Кире.
- Мий, пошли.
- Пойдём. Будьте здоровы. Вы еще тут нужны. - сказала Мия и встала опершись на трость.
Когда они вышли Кира сказала.
- Молодец. Умница.
Кира перевела деньги Мие.
- Ты заслужила. Если ты можешь. Доедем ещё до адреса
- Куда?
- На квартиру. Это моя подруга. У нее умер друг. Она была в него влюблена, она ждет нас на повороте у дома.
- Поехали.
По дороге к ним в машину села девушка.
- Ань, расскажи.
- Да, конечно. Моего друга больше нет. Мы были знакомы 433 дня, когда однажды он позвонил мне и сказал, что на обследовании у него обнаружили какое-то затемнение в области сердца. Я стояла в примерочной: в руках - вещи с распродажи, телефон зажат плечом, и в трубке слышится его тихий голос. «А что значит «затемнение»? Это рак?» - спросила я тогда. Сейчас мне стыдно за свою бесцеремонность. У меня не было шанса извиниться и объяснить, что при слове «затемнение» на ум пришли истории из фильмов, когда врачи показывают пациентам тёмные участки на снимках КТ и при этом выражение лица у них меняется на профессиональную маску «у меня плохие новости». Мы познакомились на вечеринке. Я танцевала, он стоял в стороне. То и дело мы обменивались взглядами. Через несколько дней мы снова встретились на концерте, быстро подружились и вскоре влюбились друг в друга. Мы читали вслух научную фантастику, за завтраком часто молчали, а вечером с удовольствием пересказывали друг другу новости дня. Мы обещали друг другу, что в нашей совместной жизни может быть «всё что угодно». Такими словами мы описывали будущее. Но потом вмешалась смерть.
Говорят, что быстрая смерть - это подарок. Мой друг умирал медленно. Я видела, как трудно ему было спускаться по лестнице из-за одышки и сильной боли, которые были вызваны скоплением жидкости в лёгких. Я помню, как однажды из-за слабости он не смог почистить зубы. Злокачественная болезнь и химиотерапия разрушили его тело, он не мог удержать в руках зубную щетку. Его живот раздулся, глаза стали желтыми, волосы поседели. Как-то он сказал мне, что с удовольствием бы поработал - даже заполнил бы налоговую декларацию. В другой раз - что видит малышей и колыбельку рядом со своей кроватью. «Ты тоже их видишь?» Наконец - что больше всего хочет выпрыгнуть в окно. Он умер в хосписе. Я сидела у его кровати, держала его за руку и ненадолго отлучилась, чтобы закрыть окно. Когда я вернулась, он уже не дышал. Мы оба отпустили - я его руку, он - жизнь. Вечером за мной приехали родители. Помню, как мама бежит мне навстречу и потом крепко обнимает. Так крепко, что даже сейчас от того воспоминания на душе тепло. Потом я сидела у родителей в гостиной. Отец принес мне бутерброд с сыром и рюмку шнапса. Когда я делала что-то нормальное, - например, жевала бутерброд - я понимала, что у меня и правда есть в запасе немного сил. Для меня самой. Потом я позвонила Кире.
Мия посмотрела на Киру.
- У Ани есть дар?
- Откуда ты знаешь?
- Я вижу белое свечение.
- Да есть, я могу иногда прочитать мысли, но это бывает очень редко. Только когда это действительно важно для меня.
- Уфффф... А ваш друг в морге?
- Нет дома, он в гробу, на прощании.
- Господи. Кир, работа бесплатная?
- Ой, нет. Мы вам заплатим. - сказала Анна, - у меня есть отложенные деньги 200 тыс.
- Не надо. Я помогу бесплатно. - сказала Мия.
Кира улыбнулась. Они зашли в дом, посередине стоял гроб, в котором был парень.
- Аня. Выведи всех.
Анна попросила всех выйти, мать буквально увела.
Мия подошла и нагнулась над парнем. Она увидела, что он не достоин жизни, но она обещала и помогла.
Она вышла и взяв Киру за руку вывела ее из дома.
- Мий, ты чего?
- Он из тех кто не достоин жизни.
- Это как?
- Я чувствую. Пошли, мне плохо.
Парень встал из гроба в ужасе. Дома был переполох.