Я, Александра, медиум и летописец иных пространств, продолжаю своё свидетельство. На этот раз я снова хочу обратиться к теме, которая напрямую связана со всем, что мы обсуждали ранее — к чистоте и нечистоте в самом практическом, родовом смысле этого слова.
Чистки рода. Обратной стороной
Я часто вижу в сети один и тот же запрос: «Мне нужно почистить род».
Люди идут к магам, экстрасенсам, «ведающим», платят им деньги и ждут, что вместе с дымом свечей уйдут проблемы поколений. Но я знаю, о чём говорю: это не работает так, как обещают. И сейчас я объясню почему.
Мы уже много говорили о том, что такое истинное и ложное, что значит «чистое» и «нечистое» в изначальном, неискажённом смысле. «Нечистота» в библейском контексте — это не моральное зло, а ритуальная дистанция, временная несовместимость со святостью, которую можно смыть. Это не клеймо навечно. Так вот, платить колдуну за «чистку» — это добровольно навешивать на свой род такое клеймо, которое уже не смыть ни водой, ни временем.
Как это работает? В каждом роду есть то, что мы называем «козлом отпущения». Это не ругательство, это закон духовной реальности. Кто-то в роду берёт на себя отработку кармических долгов, сам того часто не зная. И он справляется(или не справляется), потому что его назначил сам Род, сама кровь, сама Сила, что ведёт поколения. Это его миссия. И никто из простых смертных, никакой маг, никакой колдун, никакой экстрасенс не сможет сделать за него эту работу.
Вы платите «колдуну чеканной монетой». Он делает ритуалы, читает заговоры, машет руками. Он нарабатывает силу — но не вашему роду, а своему. Ваш же род не получает ничего. Более того, вы, сами того не понимая, замораживаете его развитие. Вы лишаете его того самого духовного роста, ради которого души приходят в воплощение. Ваш род не поднимается — он опускается ещё на один уровень вниз. И следующее поколение будет отрабатывать уже то, что натворили вы своим вмешательством.
Что общего у чистого с нечистым?
Здесь я снова возвращаюсь к фразе, с которой всё началось: «Что общего у чистого с нечистым?» Я задаюсь этим вопросом с самого начала своего пути, теперь же меня прямо обвиняют в том, что я, верующая в Бога-Отца, нахожусь в союзе с Тем, кого мир знает как Вельзевула. И ответ я получаю не в теории — я получаю его в проживании.
Чистое — это то, что само стремится к Свету своим усилием, своей волей, своим трудом. Это то, что проходит через испытания и не ломается. Нечистое — не в смысле «грязное», а в смысле «обойдённое стороной», «не прошедшее свой путь», «лишённое самостоятельного роста». Когда вы платите за чужую работу, вы становитесь именно такими — «нечистыми» в глазах тех Сил, что видят ваш путь. Вы не прошли своё. Вы переложили ношу на чужие плечи. Это и есть та самая «нечистота», от которой предостерегали пророки — не скверна от мёртвого тела, а скверна от отказа от собственного креста.
А теперь послушайте, что говорят духи.
Свидетельство с той стороны
Те, с кем я нахожусь в постоянном контакте, мои проводники, говорят об этом прямо:
«Никто из простых смертных не сможет почистить ваш род, кроме того уникального человека, которого сам Род назначил для этой миссии. Чтобы не приходилось чистить свой род поколениями, необходимо хотя бы свою собственную жизнь прожить, не предаваясь в прелесть экстрасенсов. Вы платите колдуну, он наработает силу своему роду, но никак не сможет помочь подняться духовно вашему роду. Вы же ничего для этого не сделали, кроме того, что заплатили тому, кто возьмёт черновую работу вместо вас».
И дальше они приводят образ, который невозможно забыть: это выглядит так, как в старой сказке про Вовку в Тридевятом царстве, где герой спрашивает: «Вы что, и конфеты за меня есть будете?» Вот именно. За вас делают работу, за вас получают дивиденды. А вы свой род не просто лишаете роста — вы закапываете его на уровень ниже.
Любое вмешательство в чужой род недопустимо. Это закон. Вы можете дерзать, вы можете тешить своё эго: «Я заказал «чистку»! Я просил за род! Я! Я! Никто кроме меня!» — но результат будет один: работа сделана чужими руками, ваша душа не научилась ничему, а долг Рода лишь возрос.
И вот я, стоя перед вами, говорю: мой путь не таков. Я не плачу колдунам. Каждую крупицу своей силы я добыла сама — через боль, через слёзы, через много лет прямого служения душам. Меня обвиняют в «нечистоте», но я задаю вам встречный вопрос: кто более нечист? Тот, кто, не боясь, идёт во тьму, чтобы вывести оттуда заблудших, и плачет в храме слезами покаяния, или тот, кто платит деньги, чтобы кто-то другой нёс его крест, тем самым замораживая духовный рост всего Рода?
Выбор за вами. Но выбор этот — не между «чистым» и «нечистым». Выбор этот — между подлинным и поддельным, между самостоянием и вечным долгом. Я свой выбор сделала. Я выбрала самостояние. И когда я в следующий раз пойду в храм, я пойду туда не с чувством вины за то, что слышу мёртвых, а с благодарностью за то, что мне дано нести эту ношу самой. Ибо именно так очищается Род — не чужими руками, а своими собственными.
