Эту машину разрабатывали 14 лет. Военные дали добро. Госкомиссия признала годной. И — закрыли проект. УАЗ-3907 «Ягуар» — плавающий армейский внедорожник, аналогов которому в мире не было. И до сих пор нет. А в живых осталось не больше десятка.
Зачем вообще нужна была плавающая машина
В 1976 г. Минобороны СССР заказало Ульяновскому заводу машину под шифром «Ягуар». Задача — лёгкий армейский внедорожник, который умеет плавать. Не «самоходная лодка» вроде ГАЗ-46, а полноценный джип, уверенно едущий по любому бездорожью и при этом форсирующий реки своим ходом.
Зачем такой машине быть? Десантникам, разведчикам, пограничникам. Командирам передовых частей. Везде, где есть водные преграды и нет мостов.
Имя выбрали со смыслом. Ягуар — единственный из крупных кошек, кто отлично плавает и охотится в воде. Хищник-амфибия. На УАЗе оценили иронию.
Что было внутри
Платформу взяли от УАЗ-469. Точнее, от его военной версии 3151. Раму удлинили спереди и сзади — нужен был запас плавучести. Кузов сделали герметичным, со вваренной в днище рамой. Двери — с двойными уплотнителями и затворной задвижкой, как на корабле.
Под капот поставили карбюраторный движок УМЗ-414: 2.5 литра, 77 л.с. По тогдашним меркам — приличный мотор. Но в герметичном моторном отсеке он сначала перегревался — машина не могла осилить даже 500 метров. Конструкторы развернули систему охлаждения на 180 градусов, добавили теплообменник, провели воздуховод через салон. Проблему сняли.
Коробка — 4-ступенчатая, с синхронизаторами на всех передачах (для УАЗа того времени — небывалое дело). Раздаточная — 2-ступенчатая, с симметричным межосевым дифференциалом. Полный привод постоянный.
А вот по воде «Ягуар» шёл за счёт двух 4-лопастных гребных винтов, установленных под днищем перед задними колёсами. Управлялась амфибия на воде поворотом передних колёс — те работали как рули. Скорость на воде — 9 км/ч. На суше — 100–105 км/ч (зависит от источника).
Как его испытывали
«Ягуар» прошёл испытания, которых не проходила почти ни одна советская машина. Степи под Астраханью летом, Якутия зимой, горы Памира. Температурный диапазон — от плюс 45 до минус 47. Один из заездов — пробег по Волге от Ульяновска до Астрахани и обратно, около 3 000 километров.
И на воде, и на суше машина показала себя достойно. Запас плавучести оказался такой, что в кузов однажды забралась вся приёмочная комиссия — 21 человек, по воспоминаниям испытателей, — и амфибия преодолела водную преграду без проблем.
В 1982 г. госкомиссия дала положительное заключение. УАЗ-3907 был рекомендован к серийному производству. По воспоминаниям водителя-испытателя завода Владимира Дунаева, плавучесть «Ягуара» была феноменальной — он даже на спор открывал дверь на плаву.
В 1986–1989 гг. для погранвойск КГБ СССР сделали отдельную модификацию УАЗ-39071 «Баклан». Конструктивно — тот же «Ягуар», но с дополнительным оборудованием: лыжи, радиолокационная станция, радиостанция, ручной пулемёт и даже клетка для служебно-розыскной собаки.
Почему всё закончилось
В 1990 г. заказчик — то самое Минобороны — пришёл к УАЗу с простым сообщением: денег нет. Перестройка, развал экономики, смена военных доктрин. Плавающий джип командира роты в новых реалиях оказался не нужен. К 1991 г. проект окончательно похоронили.
К 1989 г. на заводе успели выпустить 14 опытных образцов «Ягуара». По другим данным — около 14, плюс несколько ходовых макетов. Точная цифра в открытых источниках варьируется, но порядок один: меньше двух десятков.
Куда они делись?
Большинство «Ягуаров» использовали как испытательные машины. Часть осталась на полигонах, часть разошлась по армейским частям. Ни одной серийной машины в войска так и не поступило — серии не было.
На сегодня известно как минимум об одном уцелевшем образце: он стоит в музее УАЗа в Ульяновске. Этот же экземпляр проходил тест-драйвы для журналистов — несмотря на возраст, машина до сих пор плавает и ездит.
И вот что особенно обидно. По концепции «Ягуар» был уникален. Не ГАЗ-46 с гребным винтом и рулями, а полноценный джип-амфибия. Аналогов в мире не существовало в 1980-х. Не существует и сейчас.
УАЗ-3907 «Ягуар», машина, которая почти доехала до конвейера. 14 лет разработки, положительное заключение госкомиссии, успешные испытания в трёх климатических зонах. И — ничего. 14 опытных образцов вместо тысяч серийных.
Если когда-нибудь увидите его живьём, это редкость не уровня «коллекционная», а уровня «реликт». В живых таких машин по пальцам одной руки.