щё пару дней в цитадели особо ничего не происходило. Я выслушивал всевозможные доклады 30 замов-офицеров разных легионов, свои отчёты приносили внелегионные офицеры-сотрудники всяких секретных служб и контрольных отделов. Цапкариллос был со мной привычно обходителен и ласков... Казалось, жизнь вошла в рутинно-привычное русло...
Ну а вместо приёма душ 2 дня шёл приём бесов по личным вопросам. Кто-то из них требовал улучшения жилищных условий, кто-то жаловался на нерадивое начальство, на всякие нарушения на рынках и прочее-прочее.
Вот выборка из 7 самых ярких жалоб:
1. Жилищный вопрос.
«Хозяин! Сил моих больше нет! В 635-м квартале в моём бараке крыша течёт! А когда дождь с градом — так вообще потоп! Сосед сверху, бес Бзыкиил, по ночам ритуальные танцы пляшет, пол трясётся! А ещё у нас в подъезде портал нестабильный, то в прачечную выкидывает, то в казарму! Переселите нас, Христа... то есть, вас ради!» Семья номерных бесов №№№
Решение Саллоса:
В переселении отказать. Выделить акры на ремонт кровли в здании. Портал отремонтировать. Дано распоряжение инженерам третьего, самого низшего звена. С Бзыкиила взыскать штраф согласно статьи административного кодекса о соблюдении норм общежития. Распоряжение передано в отдел Гаргадамилироса..
2. Продовольственное снабжение.
«Владыка! Повара на общей кухне №45 совсем обленились! Вчера на ужин была каша из гравия с привкусом серы! А компот? Это ж не компот, а электролит из аккумуляторов! Бес Куцый из-за этого несварения три дня гаввахом светился! Требую провести проверку и заменить повара на беса из правительственной столовой, там хоть мясо химеры дают!»
Решение: Провести проверку обозначенной столовой на соблюдение норм питания и качества продуктов. Передано в один из контрольных отделов.
3. Трудовые условия.
«Начальник, караул! На разборе завалов во втором мире нормы завышены! Инструменты ломаются, гравитация скачет, а прораб Гнус требует план выполнять! А у меня спина! И копыто подвернул! Дайте нам нормальные гравитационные стабилизаторы или хотя бы доплату за вредность!» Бес №2378 из легиона Урхаила, чернорабочий
Решение: Доплату за вредность назначить. Стабилизаторов гравитации все равно в нужном количестве нет..
4. Межличностные отношения.
«Господин Саллос! Разберитесь! Эта стерва, бесовка Жужаилла из архива, на меня порчу навела! У меня теперь аура тусклая и рога чешутся! И вообще, она моему другу глазки строит, а он мне обещал! Восстановите справедливость!» Пардикатиил.
Решение: Предложено обратится в алхимический отдел для диагностики. Пардикатиил почему то засмущался и отказался наотрез. Ну значит такова потребность
5. Бюрократия.
«Я три раза подавал заявку на отпуск в Нижний Инферно к тёще! И три раза мне приходил отказ с пометкой "неблагонадёжен"! А я просто на свадьбу хотел! Это произвол канцелярии! Требую пересмотра дела!» Рауридиил, 17й легион
Решение: углубленная проверка благонадежности..., на детекторе лжи, в отпуске пока отказать
6. Рыночные махинации.
«На чёрном рынке квартала 367 цены на души с положительной кармой взлетели втрое! Спекулянты совсем обнаглели! Говорят, у них крыша из легиона Самаэля! Наведите порядок, а то честным бесам работать невозможно!»
Решение: куратору 367 квартала разобраться, черные рынки запрещены кодексом по всей территории цитадели.
7. Культурный досуг.
«Хозяин, а можно нам в 619-м квартале вместо "Храма Кисти и Валика" нормальный бар построить? А то от этой живописи уже в глазах рябит, и бесы спиваться начинают от безысходности. Хотя бы одну рюмочную на квартал!»
Решение: Что хотели то и построили. Теперь не жалуйтесь. А рюмочную стройте сами, материалы вам выделим.
***
После двух дней бумажной работы и бесконечных жалоб и прошений от моих бесеняток и демоняток мы в один из вечеров решили с Цапкариллосом сходить поглядеть, как идёт демонтаж руин во втором мире.
Для этого мы взяли виман, чтобы проще было обозреть окрестности. Но пролетели на нём через врата.
Демонтаж вовсю продолжался, примерно 35% всех руин уже были разобраны на стройматериалы и ресурсы вторичной переработки. Металлы, каменная крошка, щебень. На территории некоторых улиц, где руины были уже убраны, мои бесы-строители возводили новые дома невысокой этажности. Заново отстраивали город. Цапкариллосу это понравилось.
Мы приземлились на окраине одной из расчищенных площадей. Вокруг кипела работа: бесы в касках и оранжевых комбинезонах управляли гравитационными платформами, другие, пыхтя, таскали строительные блоки. В воздухе стоял запах сырой глины и озона. Вдалеке уже виднелись первые ряды новых домов — аккуратные, из серого бетона с вкраплениями местного камня.
— Смотри, — сказал Цапкариллос, указывая вниз. — Они строят не просто бараки. Они строят дома. С балконами. Смотри, у того даже палисадник намечен.
Я кивнул, всматриваясь в суету внизу.
— Да. Урхаил настоял на проекте «Возрождение». Мы не просто утилизируем руины, мы создаём новую инфраструктуру. Эти дома — для переселенцев из переполненных кварталов Иашинхарии.
— Это... это правильно, — тихо произнёс он. — Ватхитрос строил миры для жизни. А мы... мы превращаем мёртвый камень в живой дом.
— Именно так, — я положил руку ему на плечо. — Камалока — это не только цитадели и врата. Это место, где каждый может начать с чистого листа. Даже бес.
Мы снова поднялись в воздух и полетели над улицами. Картина была впечатляющей: чёрные шрамы пустыни постепенно уступали место упорядоченной городской застройке. В одном из дворов я заметил детскую площадку — качели и горка из переработанного пластика блестели на тусклом солнце.
— А знаешь, что самое удивительное? — спросил я, разворачивая виман к вратам. — Они уже придумывают названия для новых улиц. Вон та, с синим домом, будет «Проспектом Рассвета».
Цапкариллос улыбнулся.
— Красивое название.
Мы полетали ещё немного во втором мире и приземлились рядом с расчищаемыми руинами. Вылезли из вимана и подошли к инженерам-демонтажникам.
Я спросил их, довольны ли они тем, что им назначили доплату за вредность. Большинство сказало, что да, парочка, правда, нашлась не особо довольных. По их мнению, доплата нужна чуть побольше... Я велел им закатить губу... по крайней мере, пока. И рекомендовал делать перерывы на отдых. Потом я спросил, как идёт демонтаж в целом.
— Хозяин, — отозвался кто-то из номерных инженеров, — в принципе в план укладываемся. Тут камень местами ещё прочный, тяжело дробить... но при переработке из него получается много энергии и акров... а также годные строительные наполнители...
Я кивнул, осматривая площадку. Огромный гравитационный молот с грохотом обрушивался на остатки стены, превращая её в груду щебня. Бесы тут же грузили обломки на конвейер, ведущий к мобильной дробилке.
— А что с теми странными металлическими конструкциями, которые вы находите? — спросил я, вспомнив доклады. — Те, что похожи на арматуру из тринития.
Инженер оживился.
— О! Это самое интересное! Мы их аккуратно вырезаем и складируем отдельно. Урхаил сказал, что это бесценный ресурс. Они из тринитиевого сплава с высоким содержанием тринития, до 55%
— Отличная работа, — похвалил я. — Продолжайте в том же духе.
Мы с Цапкариллосом отошли чуть в сторону, чтобы не мешать работе.
— Видишь? — сказал я ему. — Это уже не просто разбор завалов. Это созидание. Мы не просто убираем старое, мы закладываем фундамент для нового.
Он посмотрел на меня с теплотой.
— Ты хороший правитель, Саллос. Ты заботишься не только о власти, но и о тех, кто живёт в твоих мирах.
Я усмехнулся.
— Иначе какой смысл во всей этой стране?
Мы вернулись к виману. Солнце почти село, и на стройплощадках зажглись мощные прожекторы, заливая всё холодным белым светом. Работа не прекращалась ни на минуту. Мы перелетели к вратам. Переместились на вимане в пятый из миров.
Здесь, в пятом мире, царила иная атмосфера. Воздух был сухим и тёплым, пахло озоном и пылью. Мы приземлились на окраине того самого города, где недавно сражались с Пожирателем. Теперь здесь было тихо.
— Смотри, — Цапкариллос указал на каньон. — Озеро. Оно стало больше.
Действительно, вода, которую мы высвободили, заполнила почти всё ущелье. Над её поверхностью поднимался лёгкий туман. А на берегу, у самой воды, уже пробивались первые, ярко-зелёные ростки незнакомых растений. Генетический фонд Ватхитроса делал своё дело.
Мы пролетели над пирамидой. Вокруг неё уже суетились бесы-археологи и инженеры.
— А здесь жизнь возвращается быстрее, чем мы думали, — заметил я.
Вдруг мой взгляд упал на шпиль-портал. Вокруг него была расчищена небольшая площадь, и... там что-то строили. Мы подлетели ближе.
Это была не казарма и не склад. Это было небольшое, но изящное здание с колоннами и куполом, выполненное из белого камня. На фасаде уже виднелись барельефы: стилизованное изображение солнца и шестерни.
— Что это? — с любопытством спросил Цапкариллос.
Я посадил виман и вышел. К нам тут же подбежал один из инженеров, ответственный за культурный сектор.
— Хозяин! — он поклонился. — Мы решили... раз уж это мир Ватхитроса, то и центр ему нужен соответствующий. Это будет «Дом Памяти». Здесь мы разместим голограммы из найденной библиотеки и создадим экспозицию о его наследии. Место для всех, кто захочет узнать историю этого мира.
Я был поражён. Бесы сами, по собственной инициативе, решили создать не просто административное здание, а культурный центр.
— Это... великолепная идея, — сказал я. — Вы молодцы.
Инженер просиял.
— Спасибо, Хозяин! Мы хотим, чтобы этот мир жил не только физически, но и духовно.
Мы с Цапкариллосом переглянулись. Это было именно то, о чём мы говорили.
Мы снова поднялись в воздух и сделали последний круг над городом. Озеро блестело в лучах заходящего солнца, новые ростки зеленели на камнях, а в центре площади стоял белый «Дом Памяти» — символ возрождения.
***
Мы перелетели в Иашинхарию. Посадили виман на законное место, а то авиатехники нашей боевой авиации уже начали волноваться... Я, как всегда, никого не предупредил, что собираюсь взять виман, а они опять посчитали, что его кто-то угнал :)
Несколько пообщавшись с авиатехником (пообещали в следующий раз предупреждать. Техника зовут Аркогаридиллос), мы с Цапкариллосом ушли в замок, в спальню... но спать ещё не хотелось, хотя в Иашинхарии был уже вечер, но ещё не ночь. Мы совершенно не устали, просто прилегли на кровать и начали друг друга гладить.
Внезапно из пространства раздалось:
— Оооо Владыка Саллос... да будет ваша слава во всех мирах....
В пространстве проявилась очередная живая душа — астральным и эфирным телом.
Она принесла с собой очередные дары:
Упаковку бумажных салфеток, россыпь речной гальки, букет роз, вязанку жёлтых свечей, статую грифона, какой-то ржавый ключ, кусок испорченной рыбы, пару дырявых носков и упаковку дамских прокладок...
Затем она прочитала что-то на латыни, потом на иврите... закончила всё молитвой «Отче наш»... и закончила всё это фразой: «О Саллос, да пребудет ваш дух со мной ныне и во веки веков, благословите меня, любите меня...» (и что-то ещё не особо разборчивое)... и исчезла.
Дары и подношения мне — остались лежать на полу.
Цапкариллос:
Опять твои поклонники зажигают. Что на этот раз принесли? Можно глянуть?
Саллос:
Ну, погляди, если интересно...
Цапкар встал с кровати и с любопытством склонился над дарами. Он осторожно взял в руки упаковку салфеток, повертел её и положил обратно. Затем поднял камень.
— Речная галька... — задумчиво произнёс он. — У меня в детстве была почти такая же. Я верил, что она приносит удачу.
Он взял букет роз. Цветы были свежими, их аромат мгновенно наполнил комнату.
— А вот это уже лучше. Можно поставить в вазу.
Затем его взгляд упал на кусок испорченной рыбы. Он брезгливо поморщился и двумя пальцами поднял его за хвост.
— А это что за кулинарный терроризм? Она что, издевается? Или это какой-то ритуал? «Жертвоприношение тухлой селёдки»?
Я не выдержал и рассмеялся.
— В некоторых культах гниение символизирует переход материи в энергию. Но, боюсь, эта душа просто несла всё самое ценное, что нашла дома.
Цапкариллос бросил рыбу обратно на пол и взял упаковку прокладок.
— А это... это для чего? Для ритуалов плодородия? Или ты теперь ещё и бог женской гигиены?
Я уже хохотал в голос.
— Нет. Просто кто-то очень хочет быть оригинальным. Или у неё дома больше ничего не было, кроме продуктов из холодильника и предметов личной гигиены.
Цапкариллос взял ржавый ключ и дырявые носки.
— Знаешь, Хозяин, — сказал он серьёзно, глядя на эти «сокровища», — вот это и есть настоящая вера. Когда человек отдаёт последнее. Не золото и рубины, а то, что ему по-настоящему дорого или просто оказалось под рукой в момент порыва. Гальку с берега детства. Свечи. Даже старые носки.
Он положил ключ и носки обратно и взял в руки статую грифона. Она была сделана из дешёвого гипса, но с большим старанием.
— А вот это уже искусство. Посмотри, как он грозно смотрит. Он охраняет эти дары.
Он поставил грифона на прикроватную тумбочку.
— Пусть остаётся здесь. Как напоминание о том, что твоя паства — самая... эклектичная во всех мирах.
Я встал, подошёл к нему и обнял сзади.
— Ты прав. Это всё бесценно. Даже тухлая рыба. Но тут бы прибраться... я, пожалуй, вызову уборщиков.
Мы посмотрели на странную коллекцию «даров», лежащую на полу спальни. Я на минуту задумался, а потом позвал бесов-уборщиков.
Те пришли через десять минут.
— Хозяин, к вам что, опять культисты приходили? Защиту от них так и не восстановили?
Саллос:
— Похоже, что не восстановили... не знаю, не интересовался. Вообще как-то это упустил из виду. Надо у Урхаила поинтересоваться будет... но это потом. В конце концов, культисты даже забавные. Они мне начинают нравиться... хотя и повторяются. Носки нам уже дырявые второй или третий раз приносят... А впрочем — уносите всё это на переработку в «акры»... посмотрим, сколько с этого будет энергии...
Бесы-уборщики начали складывать дары, кроме статуэтки грифона, в переносной контейнер. Предварительная оценка суммарно составила 115,5 акров чистой энергии... Ну хоть что-то.
Когда бесы ушли, унося с собой и тухлую рыбу, и прокладки, и ржавый ключ, в спальне наконец-то стало тихо. Запах роз теперь не соревновался с ароматом испорченной рыбы, и воздух снова стал свежим.
Я закрыл дверь за уборщиками и вернулся к Цапкариллосу.
Цапкариллос:
— 115,5 «акров»... Неплохая цена за дырявые носки и благочестие. Экономика Камалоки становится всё более... многогранной.
Я усмехнулся и снова обнял его.
— Главное, что мы можем извлечь пользу даже из чужой веры. Хотя, признаюсь, иногда я не понимаю их логики. Почему именно прокладки? Что они символизируют в их картине мира?
Цапкариллос:
— Может, они считают тебя богом циклов? Или покровителем домашнего уюта? Может ты у них владыка всего сущего?. А сущее включает в себя и быт.
Я не выдержал и снова рассмеялся.
— Покровитель домашнего уюта... Звучит забавно. Представляю себе икону: я с крокодилом на фоне пирамиды, а внизу подпись: «Хранитель очага и повелитель порталов».
Мы вместе посмеялись, а потом я посмотрел на статуэтку грифона на тумбочке. Он действительно выглядел грозно, охраняя наш покой.
— Пусть остаётся, — сказал я уже серьёзно. — Как музейный экспонат. И как напоминание.
Мы легли обратно на кровать. День был долгим и полным событий: от управления империей до полётов между мирами и приёма странных подношений.
Камалока была восстановлена.
И её правитель наконец-то мог позволить себе немного тишины и покоя в объятиях любимого демона, зная, что завтра его ждёт новый, не менее безумный день.
