Юные балерины. Конец 30-х. Фото Макса Пенсона
1 мая 1960 года в советском Баку был установлен бронзовый памятник женщине, срывающей с себя чадру — Памятник освобождённой женщине. Его автор Фуад Абдурахманов говорил: «Тема раскрепощения женщины-азербайджанки давно влекла меня. Начиная работу над скульптурой, я почему-то мысленно представил себе орлицу, запутавшуюся в тенётах. Она рвёт свои путы, наконец, освобождается от них. Ещё миг, и она стремительно взлетит в солнечное небо».
Вот эта скульптура:
В 1970 году, по приезде в Баку, эта статуя произвела большое впечатление на Леонида Ильича Брежнева, который поделился им в одной из своих речей. Он сказал:
«Видел я здесь, в Баку, интересную скульптуру — символ раскрепощения женщины-азербайджанки, в гневном порыве срывающей с себя чадру. Вы хорошо знаете, чем была для женщин недоброй памяти чадра, которая символизировала её бесправное и рабское положение. По сути дела, она мало чем отличалась от тюремной решётки, с той лишь разницей, что женщина носила свою ограду от мира на себе».
Скульптура эта пока сохраняется и сейчас, не снесена в порядке «декоммунизации», хотя на её фоне фотографы ловят в кадр колоритные по контрасту сценки.
Сбрасывание женщинами паранджи и чадры было воспето во многих произведениях советского времени. Например:
Елизавета Трипольская (1881—1958). Афганская женщина, сбрасывающая чадру. 1920-е
Женщина, поднимающая чадру. 1920-е
Но вообще освобождение женщин мусульманских республик СССР от чадры и паранджи происходило далеко не просто. Так, азербайджанка Сара Халилова (1897—1933) была убита своими отцом и братом за снятие чадры. Её похороны вылились во впечатляющее массовое шествие... И не её одну постигла такая печальная участь...
В Средней Азии 8 марта 1927 года прошли массовые сожжения паранджи. Одна из таких акций состоялась в Андижане. В Самарканде на площади Регистан тысячи узбекских женщин также сняли с себя паранджи, сложили их в кучу, а затем подожгли её. В этот день от паранджи избавились 10 тысяч женщин. Ещё 90 тысяч женщин сняли паранджу в течение трёх последующих месяцев.
1927, 8 марта. Сжигание чачванов (вариант чадры) в Андижане в Международный женский день
Большевики последовательно боролись с паранджой: словом, рисунком, разъяснениями, примером...
Семён Мальт (1900–1968). Плакат «Окончательно уничтожим паранджу!» Узбекская ССР. 1940
Узбекская карикатура: родители запрещают девочке гулять без паранджи. 1924
Дмитрий Синицкий (1907–1970). – Мы идём на карнавал, так смотри, не сбрасывай маску! Это неприлично. Из сатирического журнала «Муштум» (Ташкент, Узбекская ССР). 1961
А вот этот советский плакат 20-х годов, как можно понять по изображению, ненавязчиво призывал женщин Востока не только чадру, но и нечто большее с себя скинуть. Он может показаться в наше время чем-то уж совсем фантастическим и совершенно невероятным. Что, вариант лиги «Долой стыд!» в обществе с мусульманскими традициями? Да не ума ли лишился автор плаката?.. (Хотя тут можно усмотреть и вариацию на тему «Свободы на баррикадах» Делакруа на восточный лад).
Но всё было не так уж фантастично. По крайней мере, вот эта знаменитая фотография «Узбекская мадонна» запечатлела освобождённую мусульманку, снявшую чадру и кормящую ребёнка грудью. Это самый известный снимок фотографа Макса Захаровича Пенсона (1893—1959).
Узбекская мадонна. Фотограф Макс Пенсон (1893—1959), колоризация
Вообще, Макс Пенсон, с заметной по его фотографиям симпатией к спортивным телам с минимумом одежды (у него есть и фото совершенно обн*жённых натурщиц, только не из Средней Азии), оказался в 1926 году, наверное, не совсем на месте в Узбекистане, с местными традициями в области одежды. Но зато он стал автором фотохроники, как в этих краях происходило постепенное раскрепощение и отход от патриархальных вековых обычаев, в том числе и в области одежды.
Снимок Макса Пенсона из фоторяда «Узбекская мадонна», колоризация
А этот снимок Макса Пенсона похож по сюжету на «Узбекскую мадонну», но не получил той же степени славы — возможно, потому, что на нём не столь ярко выражен восточный колорит, зато хорошо видна бедность обстановки.
Макс Пенсон. Друзья. 1934. Колоризация Ольги Ширниной
Надежда Крупская и делегатки Всесоюзного совещания женщин Востока. 1928. Крупская писала: «Расскажу ещё одно. Был как-то съезд работниц и крестьянок-мусульманок, — там они ещё больше порабощены, чем у нас, ещё больше темны и угнетены. Владимир Ильич беседовал с ними. Потом мы говорили с ним об этом. «Это уже поднялись самые низы, угнетённые из угнетённых, — сказал он, — теперь уже дело прочно, назад уж нет возврата».
1950-е. Студенты Ашхабадского Государственного Университета (Туркменская ССР). Фото Семёна Фридлянда