Итак, с 27 мая Минпромторг официально закрывает параллельный импорт компьютерной техники — ноутбуков, ПК, серверов, накопителей и комплектующих семнадцати крупнейших мировых брендов. Приказ № 4769, подписанный ещё в сентябре прошлого года, вступал в силу поэтапно — и вот теперь добрался до IT-железа.
Официальная логика железобетонная: импортозамещение победило, отечественный производитель «представлен в достаточном объёме», можно и закрывать форточку.
Восемь и шесть процента — именно такую долю рынка Минпромторг отводит исключённым брендам. Звучит убедительно ровно до того момента, пока не начинаешь смотреть, что именно за этими восемью процентами стоит: процессоры Intel, память Kingston, накопители Samsung. То есть не «часть рынка», а фактически его техническая база, без которой отечественная сборка серверов — это просто отвёртки и корпуса.
И вот здесь начинается занятное. «Отечественное производство» серверов — это, в подавляющем большинстве случаев, сборка из западных процессоров, корейской памяти и китайских SSD. Никакой полноценной локализации не произошло. Ни за три года параллельного импорта, ни до него.
Теперь же Минпромторг запрещает ввозить те самые компоненты, на которых держится вся эта «отечественная» индустрия. Ну, блестяще.
Параллельный импорт как механизм появился весной 2022-го — именно как аварийная заплатка на санкционную дыру. За три года через эту схему в страну пришло товаров примерно на $70 млрд, и значительная часть — критически важное IT-железо для инфраструктуры. Теперь Минпромторг методично демонтирует то, что сам же три года назад строил как спасательный круг. Надо признать, это требует определённой административной смелости — или полного безразличия к последствиям, если формулировать мягко.
Расчёт на «дружественные» страны, который вслух озвучивали весной 2025-го, тоже не оправдался. Китай и Гонконг поставки сокращают — незачем рисковать отношениями с глобальными рынками ради российской ниши. Азиатские вендоры прекрасно считают санкционные риски и предпочитают работать там, где не нужно каждый раз объяснять комплаенс-офицеру, почему именно этот маршрут выглядит подозрительно.
Рынок, разумеется, отреагирует предсказуемо. Сокращение легальных каналов при неизменном спросе — это рост цен, причём участники рынка уже называют цифру в 30%. Часть поставок уйдёт в серую зону, откуда выйдет с ещё большей наценкой, без гарантий и без сервисной поддержки. Корпоративный сектор, который живёт на вопросах совместимости оборудования, получит отдельное удовольствие при попытках масштабировать инфраструктуру.
Что касается принципа отбора брендов — он, откровенно говоря, так и остался загадкой. Например, из списка убрали HP и Fujitsu, но оставили Dell, которая занимала третье место на рынке. К ноябрю список расширился, но прозрачней не стал.
Это создаёт вполне определённое ощущение: решения принимаются не на основании стратегического анализа, а под давлением конкретных игроков, которым «серая» конкуренция мешает жить. Ведь нужно кому-то впаривать устаревшие на цать лет чипы Байкал и Эльбрус.
Вместо инвестиций в реальную технологическую независимость — административный запрет на доступ к компонентам. Вместо собственного производства — ограничение конкуренции декретом. Итог будет ровно обратным декларируемому: не суверенная индустрия, а дефицит, дорогое железо и расцвет именно того «серого» рынка, от которого якобы и защищают.
Ну а что будет с ценами на потребительском рынке объяснять, я думаю, не надо. Впрочем, такая ерунда больших "стратегов", разумеется, уже давно не беспокоит.
___________
Поддержать разовым донатом
Подписаться на неподцензурное в телеграм