Глава 40
В пятницу с утра, как только горздрав выделил машину, Люда с водителем, не откладывая, поехала в село.
- Людмила Васильевна, - спросил водитель Вова, - и что, правда она его бросила? Как же можно?
-Вот так, - вздохнула Люда, - родился с пневмонией. Выходили. А она его оставила, сбежала.
Вова, округлив глаза, повертел пальцем у виска. Сам он детей не имел, он вообще еще даже женат не был, и такая информация просто не укладывалась у него в голове.
-А как же он…Один, без мамы? Кормить-то как? - возмутился он.
- Ухаживают за ним санитарочки, кормят, все с ним в порядке, - сказала Люда, - вот еще раз хочу поговорить с этой матерью…В детскую направили пока мальчика. Нужно сообщить ей, что её ребенок в другой больнице.
-А если она его не возьмет? - в страхе спросил Вова.
-На усыновление пойдет, - сказала Люда, - и люди хорошие уже есть. Самое страшное - чтобы усыновить вот такого ребенка, приличным людям нужно доказать, что они «такие», собрать кучу всего. А вот этой «маме» просто поставить подпись в нужном месте, и жизнь продолжается.
- А почему же папаша не придет в роддом, не заберет своего ребенка? – продолжал кипятиться Вова, - раз мать оставила!
-Потому что цыгане сроду официально не состоят в браке. Свадьба у них, что театр, спектакль, - сказала Люда. - По документам она незамужняя…
Сама Люда, уже будучи матерью, тоже не понимала, как можно выносить ребенка, ходить с ним под сердцем, родить, а потом оставить его вот так и уйти... И не тревожат же мысли ее сердце: как он там? С кем он там? Он же маленький такой, мама ему так нужна!
Некоторое время они ехали молча. Свернув с асфальта на «грунтовку» в сторону села, они быстро отыскали дом Патрины.
***
Патрина, уложив на послеобеденный сон Злату, раскинула карты. Тихо в доме, почти полдень…Пальцы прямо чувствовали карты. Она все прислушивалась к себе, потому что с момента родов что-то изменилось у нее внутри. Может, пришло то, о чем бабушка говорила? Цыгане веками, из поколения в поколение, передавали своим детям искусство предсказания будущего. Капитановна рассказывала, что ее бабушка гадала, а вот мать не умела, словно через одного…А у нее самой сыновья родились. Разве она могла их научить? Это женское дело. И вот, Патрине свой дар передала. Вообще гадать учат всех, каждая цыганская девочка уже с 10 лет может «предсказывать будущее». Конечно, пожилая гадалка увидит в картах больше смысла, мало того, она многое узнает о человеке, просто на него взглянув… Патрина внезапно поняла, что она как будто людей больше видеть стала. Вот, например, эта нянечка в больнице, Галина Афанасьевна - у нее сын очень болен…Патрина видела его, такого худого, с печальными глазами…А главная врачиха тоже с затаенной грустью в глазах, муж у нее умер не так давно. Ну ничего, через пару лет снова замуж она выйдет. Видела она, и откуда у нее все это взялось, объяснить не могла. Только вот свое собственное будущее предсказать она не умела, оно словно за ширмой от нее пряталось, ускользало в темноту.
Разложив карты, она увидела гостей на пороге. Патрина вздохнула, она уже точно знала, что придут к ней по поводу ребенка.
***
Люба, увидев возле дома дочери казенную машину, бросила все и побежала туда. Это ведь из города приехали! По поводу внука! В прошлый раз юристка им объяснила, что только Патрина должна либо забрать, либо отказаться. Натан по документам ей не муж, да и где его, ирода, искать теперь? Эх, черт, и Влади нет, они с Сандро сегодня в соседнем селе на заработках…Ну ничего, не маленькие, сами справятся. Главное, чтобы дочь согласилась забрать малого. Вроде бы поговорили вчера, сказала, что все подпишет. Как отмороженная, ей Богу. Ну что вот с ней делать? Ничего, заберут малыша к себе - Патрина категорически не хотела забрать мальчика, прокормят и без отца такого! И без матери…Сами родителями станут еще раз! Владя, конечно, побурчал знатно, но все же согласился. Внук ведь, родная кровь!
***
- Алла Константиновна, как вы думаете, получится? - с надеждой спросила Леночка, - мы уже свыклись с тем, что у нас будет сын. Андрей весь на взводе…Ждем!
- Все от Люды зависит, - сказала Алла Константиновна, разводя руками, - не понимаю я этих мамаш! Это же парадокс! Здоровый хороший парень…Тогда у нас лежала малышка, «дауненок», с кучей пороков и проблем, но мама за нее как волчица кидалась - любого порвет. Каждый день к ней, с утра до вечера на руках, баюкает! Все время улыбается ей, колыбельные поет.
- Да, странные женщины. Кому ребенок чихнул и уже не нужен, а кто - то за своего тяжелого инвалида горы свернет, - задумчиво сказала Леночка.
- И законы такие, - ответила Алла Константиновна - что женщина родила и может без всяких для себя последствий отказаться от своего ребенка. Сплошное уродство.
***
Патрина вышла на стук в калитку. Так и знала, что из города приехали. Из машины вышла та самая юристка из роддома. В коричневом строгом костюме, с папкой в руках. Краем глаза она увидела бегущую к дому мать. Сейчас начнется!
- Здравствуй, Патрина, - выходя из машины, сказала Люда, - мы из роддома, я юрист, Людмила Васильевна, помнишь меня? Нам нужно поговорить с тобой.
-Входите, - пригласила Патрина, опустив голову.
Люда, войдя, огляделась. Скромно все очень, как-то даже по - стариковски что ли? Занавесочки еще с 70-х годов, наверное, лоскутные вязаные половики…Но все чисто, ни пылинки. Люда попутно заглянула за ширму, там на кровати, раскинув руки, спала светловолосая девочка. Чудо какое, удивилась Люда! У цыганки - беленький ребенок. Но лишних вопросов задавать нельзя. И так миссия у них деликатная.
-Вы садитесь, - в дом вбежала запыхавшаяся Люба, попутно сбрасывая со старого деревянного стула воображаемые крошки, - чаю хотите?
-Нет, спасибо, - Люда села, положила на стол документы, - ну что, Патрина, что будем с мальчиком делать? Есть люди, готовые взять его. Ты что-то решила?
-Как это «взять»? - разволновалась Люба, - нет – нет, мы не отдадим его. Правда, дочка? Патрина, скажи уже что-нибудь! Договорились же!
-Хорошо, - сквозь зубы сказала Патрина, каждое слово с трудом выходило из нее. - Мы заберем его.
Когда все формальности были соблюдены, Патрина с родителями забрали малыша домой. Люба назвала его Мишей. Жить он остался у Вишняковых. Люба с Владей снова стали родителями. С отцом отношения у Патрины испортились окончательно, вход в родительский дом теперь для нее был закрыт, но она не сильно переживала. Она сделала, как они хотели. Пусть отстанут от нее.