Бывший футболист сборной России Алексей Смертин поделился впечатлениями от 24-часового забега, на который он вышел 1 мая, в свой 51-й день рождения.
За сутки экс-футболист набегал 208 километров и занял 25-е место среди 61 участника в рамках чемпионата России по бегу на 24 часа.
Смертин, в свое время поигравший на клубном уровне не только в России («Локомотив», «Динамо», «Уралан», «Заря»), а также в Англии («Челси», «Фулхэм», «Портсмут», «Чарльтон») и Франции («Бордо»), назвал суточный бег самым убойным, что происходило в его жизни.
«Нагрузка на организм вышла очень серьезной, я раньше и 100 километров никогда не бегал, а здесь разом вышло 208. Было очень непросто, особенно ночью, когда позади остались 12 часов бега. В таком марафоне крайне сложно что-то прогнозировать, и даже опытные спортсмены никогда подобным не занимаются, потому что на трассе все настолько непредсказуемо, волнообразно — наступают микрокризисы, большие кризисы. Прилетело в тебя — и ты немножко подсдулся, нужно терпеть. Выходишь из кризиса, а спустя время опять прилетает. После 20-го километра стало совсем тяжко — сказалась серьезная нагрузка на опорно-двигательный аппарат. Было больно, скрывать не стану», — рассказал Смертин в интервью «Матч ТВ».
«Я стартовал очень живо, быстрее, чем полагается. Наверное, стоило помедленнее начинать, возможно, в дальнейшем легче было бы. Первый кризис почувствовал на пятом часу бега, пришлось сбавить по скорости. Потом еще и еще накрывало, накапливалась усталость и скорость уходила сама. В этом нет ничего плохого — нормальная ситуация, как сказали «суточники», ведь опыта у меня не было. Конечно, для меня было много неизвестного, в том числе справится ли желудок с нагрузкой. В этом плане я продержался почти до последнего, но потом все равно несколько раз стошнило. Но это опыт, я хотел его получить, проверить себя», — отметил экс-капитан сборной России.
Бывший футболист признался, что рассчитывал на большее. Отвечая на вопрос, какую он оценку поставит себе, Смертин сказал: «Удовлетворительно. 12 километров не хватило для выполнения норматива кандидата мастера спорта. Был шанс в конце нагнать, мне говорили, что нужно чуть-чуть ускориться, но я понимал, что не могу, сил уже не хватает».
Смертин заверил, что у него не было мыслей сойти с гонки: «Я так устроен — просто бегу и терплю, не думаю, что нужно остановиться и уж тем более закончить. Многие ребята сошли с гонки, а я просто сбавил по темпу. Когда силы заканчивались, давал себе установку, чтобы трусить, не переключаться на шаг, но в последний час марафона все же пришлось идти пешком. Мне объяснили, что при беге трусцой я быстрее не двигаюсь, а нагрузка на опорно-двигательный аппарат существеннее, чем при ходьбе с той же скоростью».
Он также рассказал, в чем выражался самый острый кризис: «Тебя пошатывает. Даже когда ты останавливаешься, тебя качает из стороны в сторону. Даже сесть и встать самостоятельно не в состоянии — тебе помогает команда поддержки. Повторюсь, что кризисов было много, на фоне чудовищной усталости нагрузка на опорно-двигательный аппарат сильнейшая. Рад, что в итоге справился и финишировал».
Кроме того, Смертин признал: «Суточный бег — это точно не для здоровья. Просто я попробовал что-то новое, мне интересно было, любопытно, смогу я пробежать или нет. Я всю ночь бежал, справлялся. Для понимания: участнику дается 24 часа, сколько ты пробежал — все километры твои. Еще была возможность отдыхать — и люди ею пользовались. Если честно, я не хочу кому-то что-то доказать, все это делаю только для себя. Поэтому понимаю мнения людей. И своих коллег по футбольному цеху понимаю, которые меня не понимают. Это нормально. Но суточный бег, могу сказать по прошествии 24 часов после финиша, здоровья точно не добавляет».
«Этот 24-часовой забег — самое убойное, что происходило в моей жизни, однозначно», — заключил Смертин, который в настоящее время работает директором департамента устойчивого развития и социальной ответственности РФС.