- Но, как такое может быть? - неожиданно громко воскликнула обычно тихая Соня, как только старуха закрыла платком обезображенную часть лица. - Сколько же вам лет?! Ведь эта история произошла примерно больше ста лет назад!
- Ключевое слово "примерно", - проворчала Тамиа. - Все говорят примерно, но никто не пытался выяснить когда же именно. Даже глупый директор музея подхватил эти легенды и понёс их дальше в массы, нет чтобы выяснить всё до мельчайших деталей, раз уж посягнул быть проводником прошлого. Эта история, когда пропала моя сестра Амелия с няней, произошла восемьдесят три года назад. И как ответ на твой вопрос - лет мне много, учитывая, что на тот момент нам с сестрой было по шесть лет.
- Вы расскажите нам, что тогда случилось? - тихо произнёс Данил. - Если конечно, знаете. И что вообще происходит в этом доме? Почему вокруг него столько мистических слухов? Что случилось в ту ночь, после которой был закрыт музей? И в конце концов, почему вы до сих пор здесь живёте и скрываетесь от людей? Вопросов слишком много, Тамиа.
Старуха медленно покачала головой и опять обвела взглядом кухонное помещение.
- Вы оказались слишком настойчивы, бесстрашны и умны, - хрипло произнесла старуха. - Никто прежде даже мысли не допускал о тайных проходах, о том, что подвал намного меньше, чем сам дом, а где же его продолжение? Никто не понимал, что лифт ездит не сам по себе. Вы первые, кто буквально добрались до истины, а именно до меня. До Тамми, вокруг которой столько слухов и каждый хотел бы знать, что это за чудовище. Только тогда, много лет назад, все прекрасно знали, что за слово появилось на стене, после исчезновения Амелии, но никому не рассказали. На это была причина.. Так и в ваш мир вошла легенда о неизвестной Тамми и каждый мечтал разгадать это слово.
Старуха замолчала. Взгляд единственного глаза, который был виден, внезапно помутнел ещё больше и друзья поняли, что Тамиа погрузилась мыслями в далёкое прошлое.
- Восемьдесят девять лет назад в Польской Республике родились девочки-близняшки. Их мать была глубоко бедная девушка, которая была в ужасе от двоих детей сразу. А одна ещё оказалась с уродствами на правой половине лица. Она даже не дала им имён, потому что знала, что никогда не сможет их прокормить. Она себя едва кормила. Перебивалась случайными заработками служанки и часто ночевала под открытым небом. Отец девочки и оказался один из хозяев, в доме которого она помогала с уборкой. Когда стало известно о беременности, он просто запретил ей приближаться к их дому и никогда больше не попадаться на глаза.
Молодая девушка, переночевав две ночи в подвальном помещении с двумя младенцами, приняла решение, хотя её сердце и обливалось кровью. Она оставила своих девочек перед домом богатых людей. Девушка точно знала, что детей у них нет и всей душой надеялась, что именно здесь её дочери обретут счастье, покой и материальное благополучие.
Наша мать угадала лишь в одном - у Марты и Адама Жаневских действительно не было детей. Но не потому, что они не хотели или не могли. Нет. Причина была в болезни Марты. Как говорят легенды этого дома, она сошла с ума, после исчезновения дочери. Это не так. Это началось гораздо раньше. У Марты Жаневской было психическое заболевание, которое они тщательно скрывали от окружающих. Супруг очень любил свою жену и мирился с её сумасшествием. Когда ей становилось совсем плохо - Адам просто привязывал её к кровати, пичкал таблетками и держал её так, пока приступы не проходили. Но люди, конечно, со временем начинали догадываться об этом и семье приходилось уезжать из этого места. До того, как мы попали в этот дом, который стал в итоге легендой, мы сменили множество разных городов. Но ничего этого, конечно, я изначально не знала.
Мы попали в их руки и Марта уговорила Адама оставить детей, ведь они не их родные - значит психическое заболевание не перейдёт к ним. Нам дали имена Амелия и Тамиа. Сразу же после того, как они оставили нас, Жаневские уехали из очередного города и в другом начали жизнь опять с нуля. Естественно там все были уверены, что мы их родные дети.
Если честно я не понимаю зачем Марта оставила меня, такую обезображенную и уродливую на лицо.
Ей проще было оставить меня умирать на улице, либо доставить в церковь, детский приют. Но откуда знаешь, что в голове у психически нездоровой женщины? Она открыто меня ненавидела. По-своему, как могла и как умела, любила Амелию. И ненавидела меня. С самых малых лет я это понимала и чувствовала, стараясь, как можно реже приближаться к своей, как я думала, матери. Отец был немного другой, но ко мне у него смешивались лишь два чувства - жалось и отвращение. Чем взрослее я становилась, тем мои уродства на лице проявлялись всё отчетливее. Говорили, что в животе я оказалась зажата правой половиной лица между ног у сестры, именно поэтому черты лица сформировались неправильно и буквально "стекли вниз", придавая этой части лица уродливость. Не знаю насколько это так, но теперь уже и неважно.
Старуха ненадолго замолчала, словно что-то вспоминая, а затем продолжила.
- Меня прятали от людей. Если в доме было какое-то празднование, то гостям демонстрировали только милашку Амелию, запрещая мне показываться на глаза. Даже с сестрой мне запрещали часто общаться. Мы были маленькие и плохо понимали, что происходит. Но со временем я поняла, что Амелия смотрит на меня с отвращением и сразу догадалась чьих рук это дело - матушки.. Она хотела изолировать меня не только от всего мира, но и от собственной сестры.
Когда нам было по пять лет, мы переехали в этот дом. И здесь началось то, что навсегда изменило жизни многих людей. Марта становилась всё невыносимее. Её приступы повторялись всё чаще. Она категорически не хотела видеть меня уродливую, говоря, что у неё только одна дочь - Амелия. Эта комната в подвале была сделана специально для меня. Так же, как и лифт. Раньше это была вентиляционная шахта, в особняка когда-то они были очень большие. Адам по просьбе своей жены сделал там лифт, замаскированный под кухонный. Нашлись такие спецы, которые ему помогли. Подвал стал моей тюрьмой, выходом из которого был лишь лифт, по которому мне доставляли еду и иногда разрешали подниматься самой.
- Но ведь есть тайные ходы! - вырвалось у Ивана.
- Об этом я узнала намного позже, - взглянула на него старуха единственным здоровым глазом. - А тогда я была пятилетним ребенком, которого заперли в подвале, как уродливого изгоя. Настало время, когда мне совсем запретили подниматься оттуда наверх и я начала это делать только по ночам. Именно тогда я осознала, что моя сестра меня совсем забыла. Да и не удивительно, нас всегда пытались держать друг от друга подальше. А поняла я это, когда столкнулась с ней ночью на кухне. Она страшно закричала, увидев моё уродливое лицо. Я пыталась сказать ей, что я Тамми, её сестра. Но она меня не знала.. Не помнила..
Старуха опять замолчала, опустив лицо вниз и через мгновение продолжила.
- Я прожила почти год, отрезанная от мира, от семьи, от сестры. Тогда я поняла всю несправедливость жизни и повзрослела намного лет. Единственной моей целью было - выжить. Выжить в этой чёртовой тюрьме, стать старше и отомстить своим родителям, которые так и не смогли полюбить свою родную, пусть и уродливую, дочь. Тогда я, конечно, ещё не знала всей правды. Почти год маленькая девочка жила во тьме души...
Друзья заметили, как у старухи заблестел здоровый глаз от слез и смущённо переглянулись, не зная, что сказать.
- А та ночь, Тамиа? - тихо спросил Данил. - Вы помните ту ночь, когда пропала Амелия с няней? Вы знаете, что тогда случилось?
- Это невозможно забыть, - отрешенно ответила Тамми, глядя куда-то в пустоту. - До сих пор, каждую ночь, меня преследует то, что произошло восемьдесят три года назад.
Продолжение следует...
Спасибо за то, что дочитали. Буду благодарна за ваши комментарии и реакции.