Каждый раз, когда слышу истории про отказы советских хоккеистов от контрактов НХЛ, задаюсь одним вопросом: а действительно ли они делали это по собственной воле? Или просто прекрасно понимали, что за согласие заплатят такую цену, что никакие миллионы не окупятся?
Вот Александр Мальцев. Легенда московского "Динамо", гений с клюшкой, один из лучших форвардов своего поколения. После Суперсерии-72 ему предложили контракт на $4,5 миллиона. Сейчас попробуйте это осмыслить: человек, получавший 200-300 рублей в месяц, отказывается от суммы, которую он в СССР не потратил бы за всю жизнь.
Мальцев объяснил свой отказ словами: "Народ не поймет". Вот прямо так и сказал. Не "я люблю Родину", не "мне здесь комфортно", а "народ не поймет". Чувствуете разницу?
Свобода дороже любых денег
Мальцева с Харламовым, Третьяком и Якушевым тайно вывезли из гостиницы в какой-то офис. Беседовали с каждым отдельно. Для побега все было готово. Речь шла именно о побеге, а не о легальном трансфере. Потому что никакого легального способа уехать в НХЛ просто не существовало.
И вот сидит перед тобой американский менеджер, показывает контракт с невероятными цифрами, обещает райскую жизнь. А ты думаешь не о деньгах. Ты думаешь о матери, которую начнут таскать по допросам. О жене, которой закроют дорогу к нормальной работе. О детях, которым тяжело будет устроиться в школе.
Третьяк сомневался - и это многое объясняет
Мальцев обмолвился, что больше всех сомневался Третьяк. И это крайне показательная деталь. Владислав был одним из самых известных из той четверки, самым титулованным. Ему предлагали, наверное, не меньше, чем Александру. И он колебался.
Даже величайший вратарь в истории советского хоккея понимал: жизнь в СССР при всех регалиях и званиях - это жизнь в клетке. Пусть золотой, пусть комфортной, но клетке. А там, за океаном, была свобода. Возможность самому распоряжаться своей судьбой, своими деньгами, своим временем.
В итоге Третьяк отказался, как и все остальные. И живёт достойную жизнь, стал членом Зала славы НХЛ, работал в "Чикаго", сейчас является президентом Федерации хоккея России. Но это случилось уже после распада Союза, когда железный занавес рухнул. А сколько лет он потерял? Сколько денег не заработал? Сколько возможностей упустил?
"Народ не поймет" - фраза эпохи
"Народ не поймет". А с каких пор народ должен решать, как жить конкретному человеку? С каких пор мнение каких-то абстрактных людей важнее твоего собственного счастья и благополучия твоей семьи?
Но в СССР именно так и было устроено. Ты не принадлежал себе. Ты принадлежал стране, партии, народу. Твоя жизнь, твой талант, твое здоровье - все это государственная собственность. И распоряжаться этим ты не имеешь права.
Мальцев признавался, что самая большая сумма, которую он держал в руках - 3,5 тысячи рублей. Величайший форвард советского хоккея вышел на пенсию практически без накоплений. А мог бы обеспечить себя, детей, внуков на десятки лет вперед.
Что бы я сделал на месте Мальцева
Легко рассуждать спустя пятьдесят лет, когда КГБ давно нет, границы открыты, а хоккеисты спокойно переезжают из России в НХЛ и обратно. Но если бы я оказался в 1972 году на месте Александра, с семьей в Москве и контрактом на $4,5 миллиона в руках - честно не уверен, что хватило бы духа отказаться.
Мальцев сделал выбор, с которым прожил всю жизнь. Не жалеет, как говорит. Может, и правда не жалеет. А может, просто научился жить с этой мыслью. Мы никогда не узнаем.
С вами был Павел Журавлёв