Он руководил федерацией с 1969 по 1973 год
МОСКВА, 3 мая. /ТАСС/. Исполняется 100 лет со дня рождения Героя Советского Союза, заслуженного летчика-испытателя Георгия Мосолова, который с 1969 по 1973 год был председателем президиума Федерации хоккея СССР. Нехоккейный человек, Мосолов осознавал свое место в хоккейной жизни, поэтому старался делать так, чтобы масштабно не влиять на развитие этого вида спорта в стране.
В СССР, а потом и в России Мосолов был больше известен как человек, который испытывал большое количество прототипов боевых самолетов разработки конструкторского бюро Артема Микояна (ныне в составе АО "РСК "МиГ"), обладатель четырех авиационных рекордов, а также как близкий друг первого советского летчика-космонавта Юрия Гагарина, который, кстати, тоже любил хоккей: был капитаном команды космонавтов "Наши" из Звездного городка, посещал хоккейные матчи.
Карьеру летчика-испытателя Мосолов вынужден был завершить в 36 лет после того, как в сентябре 1962 года во время пилотирования им опытного сверхзвукового истребителя Е-8 (прототип МиГ-23) у самолета разрушился двигатель. При катапультировании Мосолов получил тяжелые травмы, а в реанимации в Боткинской больнице дважды пережил клиническую смерть. В 1962-1969 годах он работал в ОКБ-155 ведущим конструктором, в апреле 1966 года был уволен в отставку из рядов Вооруженных сил СССР.
На посту руководителя Федерации хоккея СССР Мосолов сменил работавшего на этой должности с 1963 году Валентина Алехина. Тот был известен, в частности, тем, что возглавлял оргкомитет первого проводимого в СССР в истории чемпионата мира по хоккею с мячом в 1965 году, возвращал из Чебаркуля в сборную СССР опального Виктора Кузькина. В мае 1969 года Алехин принимал участие в разбирательстве по скандальному матчу чемпионата СССР между "Спартаком" и ЦСКА, в ходе которого главный тренер армейцев Анатолий Тарасов в присутствии Леонида Брежнева уводил команду со льда.
"Свадебным генералом" не был
Мосолова и хоккей связывал не только Гагарин. Знаменитая песня "Обнимая небо", написанная Александрой Пахмутовой на слова Николая Добронравова, была посвящена именно ему. Пахмутова и Добронравов были завсегдатаями хоккейных матчей, любили посещать и футбол, куда часто ездили с еще одним знаменитым советским композитором Арно Бабаджаняном.
Возглавив федерацию, Мосолов активно проводил заседания ее президиума, вручал призы, в частности, на традиционном международном турнире на призы газеты "Известия".
"Его пригласили, потому что он был человеком с именем, авторитетный, пользующийся уважением и популярностью, который мог пойти и утвердить какие-то решения. Но нельзя сказать, что он был "свадебным генералом". Мосолов старался активно принимать участие в работе федерации, хотя некоторые его суждения вызывали улыбку. Например, речь шла о том, кого надо брать в хоккейные судьи. Мосолов считал, что туда надо было брать из игроков, в связи с этим над ним шутили, говоря, что с этой точки зрения очень хорошо знают уголовный кодекс преступники. Но их, конечно, в судьи брать нельзя", - рассказал о Мосолове бывший корреспондент ТАСС, работавший синхронистом-переводчиком на многих конгрессах Международной федерации хоккея (IIHF), член Зала славы IIHF Всеволод Кукушкин.
На период, когда Мосолов возглавлял отечественную федерацию хоккея, пришлись как минимум два важных события в мировом хоккее. В начале сентября 1972 года проходила первая в истории Суперсерия матчей сборной СССР против команды Канады, составленной из игроков Национальной хоккейной лиги. А в 1973 году во второй раз в истории в Москве состоялся чемпионат мира. Однако в организации этих событий, включая московскую часть Суперсерии, Мосолов практически участия не принимал.
С советской стороны за организацией Суперсерии, принципиальное согласие на участие сборной СССР в которой давало высшее руководство страны в лице Леонида Брежнева и Алексея Косыгина, стояли председатель спорткомитета страны Сергей Павлов и член исполкома IIHF Андрей Старовойтов.
"Как и большинству руководителей федераций, Мосолову готовили бумаги, он проводил заседания президиума, приходил на хоккей. Никаких далеко идущих планов по этой работе у него самого не было - эти планы ему готовили и с ним их обсуждали. Мосолов был председателем президиума федерации и хоккей смотрел из ложи №1, не из правительственной, где сидели члены Политбюро. С Павловым Мосолов что-то мог обсуждать, а с Косыгиным и Брежневым нет, если его не вызовут. Мосолов никому не мешал, и всем было приятно иметь такого руководителя, который не мешал тебе работать", - пояснил Кукушкин.
"Космос - это не прогулка при луне"
Мосолов не имел такого авторитета в спорте, каким обладал в международных шахматах другой Герой Советского Союза и летчик-космонавт Виталий Севастьянов, руководивший Шахматной федерацией СССР. Да и в спорте Мосолов проработал значительно меньше. Тем не менее он оставил о себе добрую память.
"Он был приятным собеседником, тепло отзывался о людях независимо от того, какая у них была деятельность. Встречи с ним были очень приятными, теплыми, он много рассказывал о космосе, летчиках. Он оставил свой след, когда руководил федерацией, болеющий за любое дело, которое ему поручали и за которое он брался", - рассказал ТАСС двукратный олимпийский чемпион и восьмикратный чемпион мира Борис Михайлов.
"Как он говорил, космос - это не прогулка при луне. Это ответственная и сложная работа, и туда люди идут со знанием долга и пониманием, что от них требуется и что с ними может быть. Мы ему отвечали, что все, что от нас зависит на льду, мы сделаем, чтобы сборная команда заняла первое место. Нам он говорил, что космонавты любят хоккей, тем более что без физической подготовки в отряд космонавтов не брали", - добавил собеседник агентства.