Как я нашел отдушину
В шатре на Перволетье пахло мёдом, травой и счастьем. Боковые стенки шатра мягко ходили ходуном, развиваясь словно крылья задремавшего дракона — то надувались от ветра, то опадали, и казалось, что ещё чуть-чуть, и шатёр взлетит.
Ведущая Валентина — с прекрасными волосами, убранными в изысканный чепчик, и голосом, который мог убаюкать дракона — объявила:
— Начинаем капустку! Это когда вы держитесь за руки и делаете вид, что знаете, куда идёте.
Я встал в круг. Справа — добрая бабушка, пахнущая пирогами. Слева — юный волшебник, который чихнул, и над нами повисли золотые бабочки.
Мы пошли. Бабушка подбадривала. Волшебник случайно превратил мою левую ногу в правую, но это оказалось даже удобнее.
— А теперь сербское коло, — улыбнулась Валя. — Правило одно: левой ноги не существует. Не думайте о ней.
Я перестал думать. И вдруг стало легко. Ноги заплясали сами, бабушка расхохоталась, а волшебник чихнул в третий раз — и по шатру поплыли одуванчики.
— Сиртаки! — крикнула Валентина. — Медленно… А теперь ОПА!
Мы понеслись по кругу. Но не страшно, а весело. Круг стал каруселью, шатёр — небом, а мы — просто людьми, которые держат друг друга.
Потом был мелодичный еврейский, потом бодрый африканский, потом ещё что-то, где нужно было топать и улыбаться...
Валя остановила круг.
— Ну как?
— Хорошо, — сказал я. И это было правдой. Потому что в круге никто не один. Даже левая нога, которой не существует.
— Завтра повторим, — кивнула ведущая. И шатёр засветился тёплым, медовым светом.
А снаружи дракон перевернулся на другой бок, вздохнул и улыбнулся во сне.
Хотите продолжения?
