Даже почти протухший эклер может кардинально изменить жизнь
Определённо можно сказать, что в это воскресное утро Павел Трофимович встал именно с той самой ноги. Он проснулся в весьма приподнятом настроении, главной причиной тому было то, что он наконец-то выспался, что сегодня его законный выходной, когда не нужно спешить на службу, а можно заняться любимым делом, «ничегонеделанием». Весенние солнечные лучи просачивалось сквозь щели штор, приятно щекоча лицо Павла Трофимовича, из открытого окна дул лёгкий прохладный ветерок, за окном щебетали радостные птицы.
Павел Трофимович громко зевнул и медленно сделал потягушечки, дотянувшись до соседней подушки, он удивлённо посмотрел на примятое постельное белье, его любимой супруги, Ираиды Марковны, рядом не оказалось. Довольно кряхтя Павел Трофимович просунул ноги в мягкие тапочки и пошлёпал в уборную, со стороны он был похож на большого косолапого заспанного медведя, который только что вылез из своей берлоги. Войдя в ванную комнату, Павел Трофимович повернул до упора кран смесителя и стал ждать пока вода не будет достаточно холодной, чтобы можно было начинать умываться. Спустя минуту, попробовав мизинцемструю, Павел Трофимович ехидно улыбнулся и принялся интенсивно умываться. Он похрюкивал и повизгивал от удовольствия, словно маленький слонёнок, обожающий купаться.
С красным лицом и бодрым духом, напевая песенку Мамонтёнка, Павел Трофимович прошёл на кухню. Он мечтал о чашечке свежесваренного горячего кофе. Выбрав в меню кофемашины двойной эспрессо и нажав на кнопку приготовления, Павел Трофимович подошёл к холодильнику и открыл его.
«По синему морю, к зеленой земле
Плыву я на белом своём кора…» – мелодично, звонким баритоном, пропел Павел Трофимович и неожиданно прервался.
— Рада, радость! – прокричал в гостиную
Павел Трофимович.
«На белом своем корабле,
На белом своем кораблеее…» – он продолжил петь, но потом снова остановился, не найдя на полке того, что искал.
— Лапушка, а где коробка эклеров, которая
лежала в холодильнике. Ты случайно не
видела?! – в ответ раздалась тишина.
Могло показаться, что дома никого не было и Павел Трофимович разговаривает сам с собой, но в действительности Ираида Марковна расположиласьв соседней комнате. Она была чрезвычайно увлечена занятием йогой, находясь в позе Врикшасана, Ираида Марковна не слышала ничего вокруг, она сосредоточено проводила внутреннюю аффирмации. Павел Трофимович протопал в гостиную, подошёл к Ираиде Марковне и поцеловал её в щёчку.
— Лапуль, ты не видела коробку эклеров,
которая лежала в холодильнике на верхней
полке? – ласковым заигрывающим тоном
спросил Павел Трофимович.
Ни один мускул не дрогнул на лице и теле Ираиды Марковны, медленно, из стороны в сторону, она качнула головой.
— Куда же эта треклятая коробка могла
запропаститься?! – пробормотал себе под нос Павел Трофимович и вышел из гостиной.
Проверив кладовую, заглянув в каждый кухонный шкафчик, он нигде не обнаружил эклеров. В морозилке, на балконе, в ванной комнате – не было ни малейших признаков их присутствия. Спустя полчаса, вымотавшись, в удрученном состоянии, он плюхнулся на диван. Павел Трофимович поймал себя на мысли, что он слишком заморочился с этим эклером, что хватит думать, по сути, о таком пустяке, нужно переключиться на что-то другое. Павел Трофимович подумал о рыбалке, он хотел вэто воскресенье заехать в рыболовный магазин и закупить снаряжение, ведь совсем скоро его ждала та самая поездка в Астрахань, о которой он давно мечтал. В дельте Волге он планировал выловить большого карпа, этот золотистый усатый карп уже снился ему ночью, Павел Трофимович воображал, как несколько часов боролся с пронырливым соперником, норовившим утащить его вместе с удочкой на илистое дно. И вот, после неравной схватки, он одерживает тяжелеющую победу, его товарищи обнимают его, ставят ему стакан за пойманного карпа, и Павел Трофимович радостный ест наваристую уху, теперь он настоящий карпятник.
С блаженной улыбкой он встал с дивана и уже было начал собираться выходить, как совершенно случайно его взгляд упал на помойное ведро, стоявшее на кухне, нехорошая мысль мелькнула у него в голове. Он встал, с решимостью опровергнуть это, не могла же его любименькая так похабно, бесцеремонно и не по-христиански поступить с едой, да, не просто с едой, а со сладким. Люди, может быть, надрывают спину, сутками работают в поте лица, чтобы изредка порадовать себя, чем-то незначительным, но в тоже время настолько ценным, поскольку он достаётся непосильным трудом. Нет, Радочка не такая, её маленькая прелестная ручка не могла бы покуситься на святое – пронеслось в голове Павла Трофимовича.
Но Радочка была именно «такая». Ираида Марковна ещё вчера разобрала холодильник, увидев недоеденный эклер, она без всякой задней мысли, как порядочная хозяйка, взяла коробку и отнесла всё несвежее на уличную помойку. Павел Трофимович взглянул в помойное ведро и резко выдохнул, там было пусто. «Ну слава небесам!» – подумал про себя Павел
Трофимович. Но тут же его осенило, он сообразил, что Ираида Марковна могла уже вынести мусор. В действительности всё было именно так, день Ираиды Марковны обычно начался довольно рано. Домашние в шутку называли её «наш заводной веник», спозаранку Ираиды Марковна начинала уборку, чистота была заложена у неё внутри, как будто она состояла из молекул хлора. Возможно, это было модное СДВГ, о котором говорят все её подружки или же, обсессивно-компульсивное расстройство, в любом случае, пунктик на чистоту у Ираиды Марковны присутствовал. Павел Трофимович знал это и старался в этом вопросе, как, впрочем, и во всех других, угождать супруге, в какой-то степени, даже потакать, не дай бог ему было расстроить её. В его памяти все ещё никак и не заживала та глубокая рана, когда Радочка побила его грязной тряпкой и выгнала из дома на четыре дня. В тот роковой день Павел Трофимович опаздывал на работу, и уже обутый, на мысочках, прошёлся по только что вымытому полу.
В любом случае, колоссальных разногласий между ними никогда не возникало, им казалось, что они искренне любили друг друга, наверное так оно и было. В самые обычные житейские моменты, находясь рядом друг с другом, они чувствовали особенную эмпатию. За просмотром нового сериала, Павел Трофимович мог сделать оригинальный комплимент, сказав, что эта молодая актриса очень похожа на Ираиду Марковну, но не такая выразительная. Обычно после услышанного, Ираида Марковна широко улыбалась и нежно целовала Павла Трофимовича в его небритую щёку.
Чувство несправедливости овладело Павлом
Трофимовичем, ему стало не по себе, зачем
Радочке обманывать его в таких пустяках. Он со вчерашнего вечера уже воображал, как встанет в это воскресное утро и прихлёбывая кофе доест половинку этого эклера. Это был его план на утро, но он был так вероломно, в пух и в прах, разрушен.
— Радочка, подойди, пожалуйста, на кухню, я
хочу кое-что уточнить. – с виду спокойным
тоном проговорил Павел Трофимович.
Ираида Марковна была крайне чуткой женщиной, она конечно же услышала нотки недовольствия. Она почувствовала, что запахло скандалом, и как всякая, удручённая опытом, мудрая женщина, Ираида Марковна решила нивелировать напряжение. Она решила молчать, подумав, что доброе молчание лучше худого ворчания. Поэтому предпочтительнее всего в этой ситуации будет обидеться и ничего не говорить. Точнее, сначала ничего не говорить, а потом уже обидеться на то, что будет сгоряча сказано Павлом Трофимовичем. Идеальный план, план-капкан, который никогда не подводил ни одну женщину.
Может быть, в какой-либо другой ситуации, эта тактика и подействовала бы, и Павел Трофимович через час, с букетом из ста и одной розы, уже лежал бы в ногах у Ираиды Марковны. Но его что-то замкнуло, Павел Трофимович принципиально
решил идти до конца, ему было важно, чтобы
Ираида Марковна просто призналась в содеянном, сказала, что она выкинула этот эклер, и они посмеялись бы вместе, в сущности, над пустяком.
— Радочка, ты знаешь, что я очень тебя
люблю! – быстро проговорил Павел
Трофимович. – Но почему ты так эгоистично
думаешь только о себе! Почему ты никогда не думаешь обо мне! Я же знаю, что ты выкинула этот эклер, который я специально оставил себе на утро!
Ираида Марковна игнорировала Павла
Трофимовича, более того, ей пришло сообщение на телефон, и она была погружена в переписку,
совершенно не обращая внимание на возгласы своего супруга.Всё это в совокупности разозлило Павла Трофимовича настолько, что он сделал то, что никогда не делал в своей жизни. Он выхватил
телефон из рук Ираиды Марковны, чтобы она
сколько-нибудь обратила на него внимание. Павел Трофимович собирался было положить телефон на стеллаж, как краем глаза заметил что-то очень странное на экране телефона и не мог поверить своим глазам. Он даже два раза зажмурился, подумав, что ему наверняка это померещилось. Но дикпик какого-то длинноволосого мужика, сидящего в позе лотоса никуда не исчезал. У Павла Тимофеевича от неожиданности перехватило дыхание, он онемел, телефон выпал у него из рук. Ираида Марковна, не растерявшись, как ни в чём не бывало спокойно подошла и подняла телефон.
— Это что было?! Это Кто?! – надрываясь
закричал Павел Тимофеевич.
— Ах это? – невозмутимо переспросила
Ираида Марковна. — Это мой учитель,
Михарван Сидоров, один из десяти
последователей Махаватара Бабаджи.
— Мне совершенно нет дело какой Бабы он
там последователь! Ираида, что он в неглиже
делает в твоём телефоне?!
— Паша, ты ничего не понимаешь, это великий йог, это самый одухотворённый человек,которого я знаю! – воодушевлённо начала Ираида Марковна
— Учитель показывал какую позу лучше
использовать для открытия чакр. Он
утверждает, что современным людям мешает
скованность и навязанная обществом
закрепощённость, что для прозрения нужно
сбросить с себя все оковы.
— Рада, твою же мать, этот прыщавый
малохольный сосунок тебе свой отросток
отправил! Какая тут одухотворённость! Чем вы вообще на этой вашей йоге занимаетесь?! Ты что, падшая женщина?!
— Ты только что назвал меня шалавой! Как ты
мог! – рассвирепела Ираида Марковна, в её
глазах заблистал огонь.
В тот же миг, мощная сила древних амазонок проснулась в Ираиде Марковне. Она с яростным воплем подпрыгнула и набросилась на Павла Трофимовича, находившегося в оцепенении от происходящего. Ираида Марковна вцепилась новенькими винирами в самый кончик носа Павла Трофимовича, откусила его и выплюнула на пол.
Как говорится, всё что не делается, всё к лучшему. Павел Трофимович больше не ест сладкого, он живёт на базе в Астраханской области, ловит рыбу и пишет картины. Он вполне счастлив и доволен своей нынешней жизнью, хоть и без кусочка носа.Кстати, именно эту картину он и написал. Его бывшая жена, Ираида Марковна, ушла к своему духовному наставнику, Мише Сидорову, она тоже, наверное, счастлива.