- Заезжать будешь или тут посидишь?
- Я лучше тут посижу, - отвернулся мужик. – Может и пронесёт? Если что, скажу под пистолетом приехал. Ты же подтвердишь?
- Обязательно. Машину не замарай только. Обратно ещё ехать.
Смеясь, Виктор вылез из кабины и махнул левой рукой. пленник ткнулся лбом в баранку. И попал на сигнал. Виктор поспешил его спихнуть. Но за воротами послышалась брань, и калитка открылась.
- Никак наши приехали? – присмотрелся к машине выглянувший плотный мужик лет сорока.
- А чего никого не вижу? – мужик насторожился и повертев головой, вытащил пистолет. Не видя опасности, приблизился к машине. Разглядев лежащего головой на руле мужика, опять завертел головой. Но ничего не происходило и мужик открыл дверь. Водитель стал валиться.
- Сидеть, что с тобой? – мужик поправил водителя и осмотрел, пощупав пульс.
- Вроде цел, а чего как не живой? – он стал трясти водителя. Но тот не реагировал.
- Голову оторвёшь, - засмеялся сзади Юрка и ткнул мужику в шею. Подхватив под мышки, потащил во двор. Виктор в это время нашёл кнопку открытия ворот и нажал. Иван, сдвинув водителя, заехал.
Ворота закрылись. Во дворе у крыльца валялся ещё один мужик в чёрной форме. Иван заглянул в приоткрытые ворота гаража и нашёл там ещё двоих. Те валялись возле машины с открытым капотом.
Открыв ворота, Виктор направился в дом. Миновав прихожую, услышал громкие голоса. И пошёл на них. В просторном помещении, заставленном спортивными снарядами, у стен толпились с десяток крепких парней. Двое посредине, на небольшом пяточке дрались в боксёрских перчатках. Зрители подбадривали их громкими выкриками.
Оглядевшись, Виктор поморщился. Стены спорт комнаты украшали совсем не спортивные плакаты. А на противоположной стене висел большой портрет Бандеры, на фоне украинского флага. Поморщившись, Виктор обвёл комнату левой рукой. Вопли стихли.
Найдя главного, парни привязали его к шведской стенке и привели в чувство. Оглядев валяющихся, тот упёр взгляд в стоящего напротив Виктора.
- Ну? – кивнул тот. – Суть дела уяснил?
- Что тебе надо?
- Кто приказал похитить Марину?
- Что? Это всё из-за бабы? Вы что там с Гоголем бабу не поделили, а мои пацаны крайние? Гоголь, попросил привезти ему твою Марину! Гоголь! Всё? Развязывай меня и сами разбирайтесь!
- Спасибо. К Гоголю проводишь? – Виктор развязал мужика.
- Да без проблем. Поехали!
- Натюрморт тут устройте и догоняйте, - идя за Хохлом к выходу, велел Виктор Юрке.
К Гоголю поехали на машине Хохла. Тот сам сел за руль. Иван незаметно забрался на заднее сиденье.
- Что такого в этой Маринке, если ты за неё так впрягаешься? – покосился на Виктора Хохол, выруливая на дорогу. – Пацанов моих замочил. Красивая, хоть?
- Обычная. Я не люблю, когда людей обижают, особенно женщин.
- Ты этот, как его? Робин Гуд, наверное? – заржал Хохол. – Я слышал в России есть один такой. Коришь в прошлом году приезжал, жаловался на него. Говорит, мочит паханов направо и налево. Никаких авторитетов не признаёт.
- Бывает, - усмехнулся Виктор. – А ты тоже типа авторитет тут?
- Ну, есть немного, - выпятил подбородок мужик. – О серых волках слышал?
- Нет, кто это?
- Это мы и есть. Держим порядок в округе. Москалей приезжих гоняем.
- А своих, тоже?
- Своих тоже, кто за москалей ратует. Мозги на место вставляем.
- Слушай, я давно хотел спросить у знающего человека, а что вам так всем москали мешают? Здесь же теперь вроде самостоятельное государство? Правят свои, украинцы. Москали к вам каким боком?
- Ты, правда не понимаешь? – глянул Хохол на Виктора, - или придуриваешься?
- Правда не понимаю. Растолкуй.
- А шо тут толковать? Вы, москали, всё жизнь жили за счёт Украины. Хлеб, кто вам давал? Мы. Уголь, кто? Мы! Ну и так далее. Сейчас Россия блокирует вступление Украины в ЕС. Почему? Да завидки берут, что мы ближе к Европе, чем вы. Вот и гадите как та порося. А вступи мы в ЕС, то сразу всё подымится. Станем самой богатой страной в Европе. У нас же всё есть.
- А без ЕС, значит никак не подняться? – усмехнулся Виктор.
- Без ЕС, нам некуда свою продукцию продавать. Или опять России? Так хрен вам по всей морде.
Вы ж без нас скоро загнётесь.
- И ты будешь этому рад?
- А то! Москали нам не друзья, - Хохол загоготал. – Сегодня першие вороги!
- О как? И ты будешь убивать русских?
- Конечно. Они ж житья нам не дают. Сами нищеброды и нас к себе тянут.
- А с ЕС разбогатеете?
- А то. Завалим Европу своим хлебом, углём, маслом подсолнечным. А там, глядишь и машинами, и самолётами. Заводы-то остались. Нам только бы на европейский рынок прорваться.
- Значит, виноваты во всём москали, - покачал задумчиво головой Виктор. – Однако.
Офис Гоголя располагался почти в центре в громадном ТРЦ. На втором этаже. В приёмной, при их появлении вскочили четыре плотных парня, судя по чёрной форме, охранники.
- Шеф у себя? – шагнул к столу секретарши Хохол, поздоровавшись с охраной. Те, видно его знали, отнеслись спокойно.
- Он занят, - вскинула та недовольно голову и внимательно посмотрела на Виктора. Тот непроизвольно потеребил мочку уха.
- Это что ещё за мудила припёрся с Хохлом? Всё таскает сюда придурков. Надоел. Надо шефу сказать, чтобы не привечал особо этого урода.
- Ждать будем или потом зайдём? – обернулся Хохол к Виктору.
- Пошли, потом зайдём, - кивнул тот.
Они вышли в коридор и Хохол предложил посидеть в кафе. Его вывеска как раз маячила в конце коридора. Оттуда несло вкусными запахами печенья и кофе.
- Слушай, я может уже пойду по своим делам? – пригубив своё кофе, - уставился на Виктора Хохол. – Гоголя я тебе показал. Освободится, решишь свои дела. Мне, если честно, между вами вставать совсем не хочется. Вы помиритесь потом, а на меня коситься будете. А?
- Согласен. Дальше я и сам справлюсь, спасибо. – Виктор мазнул рукой по Хохлу и тот замер, уставившись в пространство удивлёнными глазами.
- Доктор, а вот Ницше? – спросила с экрана висевшего на стене телевизора раскрашенная шатенка. – Что он говорит по данному вопросу?
- Ницше видит мир в черно-белых тонах, - развёл руками сидевший перед ней мужик в возрасте. - у него есть однозначное хорошо и однозначное плохо.
- Это как? – вздёрнула приклеенными ресницами девица.
- Хорошо: все, от чего в человеке возрастает чувство силы, могущество, воля к власти.
Плохо: все, что идет от слабости.
- Ну это, по-моему, нормально? Или я что-то не поняла?
- Тут как посмотреть. Ницше исповедует собственный довольно специфический вариант морали. Пусть гибнут слабые и уродливые – первая заповедь нашего человеколюбия. Надо еще помогать им гибнуть. Вреднее любого порока – сострадать слабым и калекам, христианство. Прогресс – современная, то есть ложная, идея.
- А христианство тут при чём?
- «Христианская вера, - по мнению Ницше, - есть с самого начала жертвоприношение: принесение в жертву всей свободы, всей гордости, всей самоуверенности духа и в то же время отдание самого себя в рабство, самопоношение, самокалечение».
- Ницше против Божьих заповедей?
- Он их понимает по-своему. Он считает, что Христианство портит все сильное, принимает сторону слабого и уродливого. У него свой взгляд на христианство. В его идеях призыв превзойти человечество силой, высотой души – превзойти его презрением». Ницше вообще очень невысокого мнения о современности.
- В этом он прав, - Виктор, посмотрев по сторонам, поднялся. – Наслушаются разных идиотов, типа Ницше и придумывают, что они самые-самые в этом мире.
- Ницше считает, что жизнь тождественна росту инстинкта, воли к власти, а христианство все это подавляет и приводит к угасанию человеческого вида. Сострадание – это слабость. Страдание, напротив, способствует усилению воли к власти.
- Во-во. То-то сегодня украинцы так изображают из себя страдальцев, что вся Европа уже рыдает за них. Только в свою дружную семью, почему-то принимать не спешит.
- Сегодня по словам Ницше, неприлично быть христианином. Он говорит: «Каким же чудовищно лживым уродом должен быть современный человек, чтобы, несмотря на всё это, не стыдиться называть себя христианином».
- Мдааа, с такими вывертами точно мозги свихнутся, - Виктор, проходя мимо, ткнул в телевизор кулаком. Экран мигнув, погас.
Войдя в приёмную Гоголя невидимым, Виктор остановился у дверей его кабинета и прислушался.
- Дверь двойная или толстая, - поморщился он, ничего не услышав. И зайдя за секретаршу, перевёл браслет на Рожок. Охранники свалились на пол. Секретарша вскочила, но тут же опала на место. Поправив охранников, чтобы больше не падали, Виктор открыл дверь в кабинет. Загораживая её, в трёх шагах стоял здоровый мужик и размахивая руками ругался.
- Не, Гоголь, так дела не делаются. Если ты и дальше будешь подминать под себя наши заведения, то нам придётся воевать. Я, конечно против такого варианта решения наших проблем, но ты не оставляешь нам выбора. Зачем Гоголь ты так делаешь? Мы ж отстёгиваем тебе тридцать процентов. Тебе мало?
- Пойми Горыныч, - сидевший за столом худощавый мужик, взмахнул руками. – Политика требует много денег. Слышишь, много! – Мужик поднял указательный палец. – Если я и мои коллеги не удержатся у власти, то полетишь, и ты и твои паханы. Тебе это ясно?
- Так мы и так уже вылетаем из бизнеса получается. Или предлагаешь опять на воровскую тропку возвращаться? Уходить в подполье? Но мы не хотим. Мы хотим жить легально, а не прятаться по малинам и притонам. Мы за бугор хотим открыто ездить, как ты.
- Ну, тогда не знаю, что вам предложить Горыныч, - развёл руками Гоголь. – Идите в депутаты, что ли? Будете, так сказать, со мной в одной упряжке. Такой вариант устраивает?
- Что, всем в депутаты? Кресел не хватит.
- Приставим ещё, кому не хватит, - усмехнулся Гоголь.
- Если серьёзно, то мы с пацанами должны это обсудить.
- Давай, не затягивай только. Выборы на носу. Мне свои люди в парламенте нужны.
- Лады, договорились, я позвоню. – Горыныч попрощался и растянулся у порога. Гоголь, вскочив, уставился на валяющегося.
- Не понял, ты чего, Горыныч? – он выхватил телефон и стал тыкать в кнопки пальцем.
- Рекламная пауза, - Виктор ткнул в затылок Гоголя пальцем и забрал телефон. – Сядь и замри.
- Ты кто? – вытаращил мужик глаза на Виктора. Тот, обыскав его, присел напротив.
- Кто тебе велел хватать Марину? – игнорировал вопрос Виктор, крутя в пальцах найденный у Гоголя пистолет. Тот несколько минут метался глазами по кабинету.
- Ты не представляешь, куда ты лезешь, - выдавил наконец.
- Скажи, представлю, - усмехнулся Виктор. – Ну?
- И тебя и меня просто закопают. Живьём, закопают! – заорал вдруг Гоголь. – Ты это понимаешь?
- Ну, тебе, к примеру это уже не грозит. Я раньше застрелю. – Виктор уставил пистолет на мужика.
- А стреляй, - взмахнул он вдруг головой и захохотал с нотками истерики. – Стреляй!
- У тебя хорошая звукоизоляция, - поморщился Виктор, - можешь не орать. Всё равно никто не придёт.
- Ладно, я предупредил. Мне нужно позвонить. Дай телефон.
- Звони, - Виктор толкнул по крышке стола телефон мужика.
- Ты что, совсем не боишься? – удивился тот, беря трубку.
- Хочешь вызвать помощь, звони, - Виктор пожал плечами и поднявшись, подошёл к окну. Встав сбочь, оглядел прилегающую площадь, забитую машинами и снующими пешеходами.
- Ало, Консул, это я! Кто-кто, Гоголь!
- Что случилось Гоголь? – буркнула недовольно трубка. – Ты нашёл Марину?
- Нашёл. Но тут накладка вышла. Нужна помощь.
- Ты не можешь просто её устранить?
- Уже не могу. Заступники появились.
- Что за заступники?
- Ты кто Марине? – обернулся Гоголь к Виктору.
- Родственник, - усмехнулся тот.
- Родственник какой-то. Марину перехватил и не отдаёт.
- Гоголь, ты меня разочаровал, - зазвенел металлом голос в трубке. – Где этот родственник сейчас?
- У меня в кабинете. Приехал разбираться.
- Хорошо, задержи его на полчаса, сейчас я сам подъеду и посмотрю, что там за родственник.
- Он сейчас сам приедет, - опустив телефон на стол, сообщил Гоголь.
- Отлично, не придётся искать. А пока расскажи-ка мне расклад по своим делам. Вот это что у тебя за
гость? – Виктор кивнул на валяющегося здоровяка.
- Да это Пистон, - скривился Гоголь. – Наш местный пахан. Держит западный район. Приехал от братвы жалобить меня. Типа я их притесняю.
- А ты не притесняешь?
- Ну, притесняю, конечно потихоньку. Выдавливаю из города. Они деньги на всякую ерунду тратят, а мне они нужны для политики. А договариваться вон не хотят.
- А сразу и всех, слабо? – прищурился насмешливо Виктор.
- Да думали мы уже над этим с пацанами. Я даже дал одному проработать этот вариант. Крови много будет. Они ж тихо не сдадутся.
- А ты бывших чекистов привлеки. Они научат тебя как тихо и быстро убрать всех.
- Чекисты сейчас увы, все у них уже, - развёл руками Гоголь. – Скорей они меня уберут по их науке.
- Что ж ты так просчитался с чекистами-то?
- Я, что ли? Это они там, - Гоголь ткнул пальцем в потолок, - антисоветизацию решили провести ускоренно. Всех нужных и распугали сразу. Остались одни прилипалы и лизалы.
- Сочувствую. Хочешь научу, как криминал прищучить?
- Ну!
Виктор стал рассказывать, как поступил бы он на месте Гоголя в вопросе с криминальными паханами. Тот внимательно слушал, кивая головой. Время ожидания пролетело незаметно. От беседы отвлекли шаги в приёмной.
.................................*............................*..................................
- Молодцы, хороший план! – возникший на пороге высокий мужик, похлопал в ладоши. – При случае воспользуюсь, не возражаете? – он прошёл к столу и сев, уставился на Виктора. Его место у порога заняли два мрачных амбала.
- Что же ты Гоголь, тары-бары, как у вас говорят, разводишь неизвестно с кем?
- Почему неизвестно? – напыжился Гоголь. – Нормальный пацан. Тему сечет вон.
- Ну да, ну да, - покивал гость. – Вы кто, юноша?
- Тимур, - улыбнулся Виктор.
- Тимур и его команда? – показал знание советской классики гость. – И где команда?
- Так на месте, - кивнул Виктор на дверь.
- На, что? – гость оглянулся. Его амбалы лежали у стены, свернувшись калачиком.
- Это? – гость перевёл ошарашенный взгляд на Виктора. – Но?
- Именно, - кивнул Виктор, делая лицо строже. – Здороваться надо, дядя. Гоголь, это кто у тебя тут?
- Это сам Консул, - сник Гоголь.
- Что-то слишком часто мне такие Консулы стали попадаться. И что ты забыл Консул в этой стране?
- Я, я, это, - мужик схватился правой рукой за отворот рубашки. На среднем пальце блеснул жёлтый перстень с изображением Таракана.
- А ну-ка, ну-ка, - Виктор, протянув руку, сдёрнул у оторопевшего гостя перстень с пальца. – А почему жёлтый? У меня вот чёрный, - он показал свой перстень. Гость, увидев перстень тяжело задышал.
- Такой цвет у тех, кто работает в этой стране, - пробормотал гость. – Вы, господин из России? Здесь каким ветром?
- Не случайным, Консул, не случайным. Поговорим?
- Я слушаю, спрашивайте.
- Зачем вы украли несколько учёных с территории России?
- Простите что не согласовали с вами, но это не моя компетенция. Мне было приказано взять этих людей и доставить на нашу базу сюда. Согласовать должны были другие люди.
- С этим разберёмся. Я спросил зачем? Что вы с ними собрались делать?
- Они должны будут принять участие в разработке некоторых проектов. Местных не хватило, пришлось дополнять вашими. Что конкретно они будут делать, этого я не знаю.
- Говоришь, они все на базе? – Консул кивнул.
- Все на одной?
- Нет. У нас несколько баз. У каждой, как я понял, своё научное направление.
- И ты про эти направления, говоришь, не знаешь.
- Нет.
- Ладно, разберёмся. Где, так сказать, координационный центр?
- Центр очень засекречен. Где он, я не знаю.
- А как же ты работаешь тогда?
- Все распоряжения и инструкции я получаю или по телефону, или по интернету. Иногда, когда большой объём информации, мне её привозит курьер.
