Главная причина — несовместимость национальных военных доктрин. Франция требует палубный истребитель, способный нести ядерное оружие, что Германии, не имеющей ни авианосцев, ни собственного атомного арсенала, не нужно. Действующий канцлер Фридрих Мерц открыто признал это противоречие. В итоге возникла идея двух разных платформ, что убивает изначальный замысел единого самолёта. Конфликт перерос в промышленную войну: Париж поддерживает Dassault и грозит создать истребитель самостоятельно, а Airbus Defence (Германия) обещает продолжать SCAF уже без Dassault. Ситуацию характеризуют как институциональную катастрофу. Обстановка кардинально изменилась из-за украинского конфликта. Германия резко милитаризируется (оборонный бюджет уже 108 млрд евро против 36,5 млрд в 2017-м), стремится стать первой армией Европы и не готова к второстепенной роли. Берлин присматривается к программе GCAP (Британия-Италия-Япония) и заказал 50 американских F-35. SCAF — не первый провал двустороннего сотрудничества:
Никто не захотел быть младшим: Истребитель за €100 млрд разбился о национальные интересы Берлина и Парижа
3 мая3 мая
14,4 тыс
1 мин