Делить мир на зоны влияния пытались не только в современную эпоху. В Средние века на карте бушевали страсти такие же серьезные, просто оформлялись они куда грубее. Никакой гибкой дипломатии и тонкой геополитики — все решалось проще: проводим на карте вертикальную линию, всё что слева — мое, всё, что справа — твое.
Справедливости ради, и мира-то в привычном нам смысле в середине XV века еще не существовало. Старый Свет и Ближний Восток — это более-менее понятные рамки. Африка в европейском представлении ограничивалась в основном северным и частично западным побережьем, а Колумб в это время, если уж совсем образно, еще агукал в детской люльке.
Так что новые земли поначалу сводились к части Африки, и активно осваивали их португальцы, первыми застолбившие эту «поляну». Испании такое доминирование не нравилось: королевство с давними морскими традициями, а почти ни одной колонии.
И вот, когда Колумб подрос и набрался опыта, Испания снарядила его в экспедицию — искать морской путь в далекую Индию. Путь Колумб не открыл, зато привез короне немного золота, туземцев и целую россыпь новых земель — будущих колоний.
И хоть это и близко не стояло с теми богатствами, которые португальцы уже качали из Африки, испанцы не особо унывали. Они были уверены, что открытые Колумбом территории находятся совсем недалеко от загадочного Китая, а оттуда и до вожделенной Индии рукой подать. Поэтому перспективы для испанской короны выглядели весьма многообещающими. Но чтобы их реализовать, нужно было начать с главного — обезопасить свои открытия от вездесущих португальцев.
Как? Очень просто. Римский папа Александр VI, по происхождению испанец, 4 мая 1493 года (сразу после возвращения Колумба) издал буллу, которая проводила демаркационную линию в Атлантическом океане. Она проходила примерно в 500 километрах западнее Азорских островов. Суть черты была простой: все земли к западу от нее, не принадлежащие какому-либо христианскому государству, отходили Испании, а земли к востоку — Португалии.
Говоря простыми словами, произошел размен — португальская Африка против пока еще неоткрытой Америки и потенциально короткого пути в Китай и Индию. Испанцы были уверены, что они на коне — снарядили Колумба еще раз, потом еще… Однако короткого пути к восточным богатствам так и не открывалось, а португалец Васко да Гамма между тем обогнул-таки Африку и приплыл кружным путем в Индию.
Но кружным его считали испанцы — они по-прежнему надеялись, что вот-вот откроется короткая дорога в Китай. Шло время, а результатом были лишь новые острова, картофель, табак, экзотические птицы и не менее экзотические туземцы. И никаких тебе пряностей и шелков, которые начали возить португальцы, застолбив дорогу, проложенную Васко да Гаммой.
Мало того, эти наглые соседи еще и обратились с предложением: а давайте сдвинем нашу демаркационную линию еще на тысячу километров на запад. «Сгорел сарай, гори и хата!» — махнули рукой расстроенные испанцы и согласились. И правильно — чего там делить, океан и есть океан.
Но тут испанцев ждал еще один удар судьбы. Когда в 1500 году португалец Педру Кабрал «официально» открыл Бразилию, выяснилось, что благодаря новому разделению эта территория юридически принадлежит португальской короне. Пусть только восточный ее кусок, но это давало Португалии право закрепиться там и начать осваивать континент.
Конечно, потом испано-португальская линия потеряла актуальность, да и прочие морские державы Старого Света включились в дележку американского и африканского пирогов. Но если бы в конце XV века не сдвинули линию влево, сегодня в Бразилии, скорее всего, говорили бы по-испански, как и во всей остальной Латинской Америке.