"Седьмая симфония", Тамара Цинберг
Жанр: военная, психологическая, подростковая героико-реалистическая повесть, написанная для детей и подростков
История создания
Тамара Сергеевна Цинберг (1908–1977) была талантливым ленинградским художником-графиком и иллюстратором книг. В литературе же её главной книгой стала пронзительная повесть о блокаде Ленинграда «Седьмая симфония», где главная героиня, девочка Катя, спасает от голодной смерти трёхлетнего мальчика, и эта забота помогает ей самой обрести силы для жизни.
Эта книга - о незаметном ежедневном подвиге ленинградцев, о том, как человек сохраняет человечность в нечеловеческих условиях.
В годы войны Цинберг осталась в осажденном городе. Она служила бойцом местной противовоздушной обороны, помогая защищать город от вражеских авианалетов. Несмотря на ужас положения, она продолжала заниматься оформлением книг и начала работать над «Седьмой симфонией», делала наброски сценария для фильма, из которых сначала получилась книга, а потом уже сняли фильм.
Цинберг не считала себя профессиональным литератором и долгое время не решалась публиковаться, поэтому книга была издана только в 1964 году, а Тамара Сергеевна сама оформила для неё обложку. Повесть имела оглушительный успех: первый тираж был раскуплен так быстро, что его пришлось допечатывать.
Экранизация
В 1966 году по мотивам повести «Седьмая симфония» был снят фильм «Зимнее утро». Его афишу Тамара Сергеевна Цинберг сделала сама.
Название книги часто ошибочно связывают с Седьмой («Ленинградской») симфонией Дмитрия Шостаковича, ставшей символом стойкости блокадного города. Однако сама Цинберг имела в виду другое произведение:
Музыкальной основой повести стала Седьмая симфония Людвига ван Бетховена. Ее минорная часть звучит, когда город окружен кольцом врагов, а мажорная — когда война окончена.
Переиздание с новыми иллюстрациями
В 2015 году петербургское издательство «Речь» впервые переиздало «Седьмую симфонию» после долгого перерыва (книга не печаталась с конца 1960-х). Почти забытая повесть была возрождена, а успех первого тиража закономерно привёл к допечаткам и новым изданиям — в 2017 и 2021 годах.
Знаю, что "Речь" прислушивается к читателям, которые пишут заявки о переиздании полюбившихся книг. Скорее всего, здесь произошла именно такая история. И это замечательно! Я, конечно же, не могу не упомянуть иллюстрации в новом издании.
Их автор - Елена Рафаиловна Жуковская, современная российская художница-иллюстратор, проживающая в Санкт-Петербурге. Ее называют "утонченной, немногословной и загадочной девушкой с тихим голосом и застенчивым взглядом".
Художница создала визуальный ряд, который украшает книгу и усиливает ее эмоциональное воздействие, помогает читателю глубже прочувствовать эту историю.
Палитра иллюстраций строится на сдержанных, приглушенных тонах, где доминируют бежевый, охристый и теплый серый. Эти цвета передают ощущение холода, усталости и повседневного быта войны, не приукрашивая, а правдиво и честно показывая его. Художнице удалось передать будничную, от этого еще более страшную, реальность блокадной зимы.
Это не красивая картинка, а трагическая история людей.
Зато последняя иллюстрация, на которой появляется белый цвет просто окрыляет!
Сюжет
История начинается в конце февраля тысяча девятьсот сорок второго года. К этому времени блокада длилась уже почти полгода. "Эта зима никогда не кончится", - сказал кто-то в очереди за хлебом. Ему ответили: "Когда-нибудь да кончится. Ведь всё-таки скоро март, этого Гитлер у нас отнять не может. Время-то небось идёт к весне". А кто-то со злобой произнёс: "Скорее мы кончимся!"
Вот так, простыми словами проявлялись воля и дух людей: кто-то сдавался, другие держались и выжили.
Вечером того-же дня, одна в пустой квартире, Катя с увлечением читала толстую книгу. В комнате холодно, Катя поджала под себя ноги и с головой укуталась в большой клетчатый платок. Круг освещённых предметов весьма невелик, так как свет - это свет от коптилки, стоящей на невысокой стопке книг. Всё это сооружение рассчитано на то, чтобы даже при этом свете можно было читать. И действительно, страницы книги освещены лучше всего, в то время как всё остальное потонуло в густой тени.
Книги поистине спасительное средство от всего! Катя с увлечением читала "Анну Каренину", когда управхоз заставила её оторваться от книги и идти в бомбоубежище. Катя жила одна, ей было 14 лет. Она была бойкой, смышлёной девочкой и не отчаивалась. Люди вокруг поддерживали её.
В этом же доме жила молодая женщина с 3-летним ребёнком. Однажды она собрала вещи в мешок и ушла, оставила мальчика одного. Ей предложили эвакуироваться, видимо, она решила, что не сможет нести ребёнка, а может просто у неё случилось помутнение рассудка. Она всем говорила, что её сын умер.
Мальчик лежал один в кроватке и скулил. Его услышала управхоз Анна Васильевна. Всё же его мать оставила дверь приоткрытой, дала мальчику шанс выжить.
И тут Анна Васильевна, вздрогнув, внезапно разглядела там, в углу, детскую кровать и лежащего в ней ребёнка.
Он плакал, но не так, как плачут здоровые дети, - требовательно, громко, с сознанием своих прав. Чуть приоткрыв рот, он тихо скулил на одной слабой, напряжённой ноте. Поражённая женщина неуверенно шагнула по направлению к ребёнку. Скудный свет свечи упал на его лицо.
Несколько секунд она не шевелясь смотрела на маленькое, жалкое лицо, потом быстро оглянулась на разбросанные кругом вещи.
-Какая дрянь! - прошептала она со злобой и отвращением.
Поставив огарок на стол, она быстро подошла к кроватке. Ребёнок лежал в меховой шубке и валенках, весь съёжившись под наполовину сползшим с него одеялом.
Анна Васильевна попросила Катю донести малыша до бомбоубежища, а сама вернулась в дом, чтобы поправить неплотно задёрнутую штору. Дом разбомбили, и Катя осталась с мальчиком одна.
Повесть рассказывает о том, как Катя справлялась с каждодневными трудностями, заботясь о малыше. А ещё в рассказе появится капитан Воронов, муж той самой уехавшей женщины и отец спасённого ребёнка.
В книге много бытовых и житейских подробностей блокадного Ленинграда. Например, у каждого дома должен был находиться дежурный (жители дежурили по очереди). Квартальный делал обход.
Но вот послышались неспешные мужские шаги. Подошёл квартальный.
-Какой дом?
-Дом сто двадцать два, - звонко ответила Катя.
-Ты что это так часто дежуришь?
-А у нас народу мало, вот Антон Иванович меня и гоняет - то на чердак, то сюда.
На крышах и чердаках дежурили для защиты от зажигательных бомб. Дежурные следили за небом, сбрасывали «зажигалки» с крыш, тушили их песком и предотвращали массовые пожары.
На улице у домов дежурили для оповещения жителей о воздушной тревоге и помощи в укрытии, проверяли затемнение. Дежурные строго следили, чтобы в окнах домов не было ни единой щёлочки света.
А ещё дежурства выполняли важнейшую социальную функцию. Они сплачивали людей перед лицом общей беды и помогали им не пасть духом. Соседи знакомились, обсуждали новости и поддерживали друг друга.
Кто ответит?
Книга не только рассказывает нам о страшном времени, она ставит перед нами важные вопросы.
Неужели, узнав истинную цену хлеба, мы унизимся до того, что будем гоняться за роскошью? Неужели, пройдя через этот ад, мы когда-нибудь струсим, не посмеем вступиться за друга? Неужели мы, постоянно жившие едиными помыслами со всей страной, замкнёмся в своей тесной квартирке, перестанем говорить "мы"?
Что можно ответить на это? Короткая память у людей. Может быть, потому что мало мы читаем таких книг, как "Седьмая симфония"?
Благодарю за внимание к моей статье! 🌹🌹🌹Буду очень рада комментариям! Приглашаю новых подписчиков на свой канал! Пусть всё у нас будет хорошо!🌞🌞