Хотя с момента дебюта в 2018 году состав аккомпанирующих музыкантов сменился полностью, сан-францисский проект Cindy сохраняет поразительную верность своему самобытному звучанию — благодаря преданности лидера Karina Gill призрачной, меланхоличной атмосфере, выстроенной на простых гитарных прогрессиях, отстранённом вокале и слоукорной чувственности. С составом, устоявшимся с 2024 года и включающим участников Now, Violent Change и Children Maybe Later, пятый альбом проекта, Another Country («Другая страна»), продолжает эту линию: эмоционально оглушающее пренебрежение, тусклая реверберация, трагизм и чуть расстроенные гитары вызывают к жизни бесплотные призраки гёрл-групп, грустных подростковых кумиров и Nico. С названием, словно упивающимся этими точками отсчёта, Killer Kid in the Camaro («Убийственный парень на „Камаро"») берёт на вооружение кантри-твэнг для своего покачивающегося триольного метра и бесстрастных гармонизированных вокалов. Названный Gill в честь романа James Baldwin, Another Country («Другая страна») открывается скорбной заглавной композицией о том, как от тебя ждут светских бесед и решений, когда ничто не длится вечно. Группа ускоряет темп в туманных, ненавязчивых вещах вроде Daytime («Дневное время»), где используются винтажные нелексические вокализы, и The Violins («Скрипки»), с относительно живой басовой линией и спартанскими гитарными хуками рядом с осознанным омонимом (violins/violence — «скрипки/насилие»). Среди бесспорных вершин альбома — полуразговорная The Thousand First («Тысяча первая»), песня, навевающая сонные грёзы наяву в духе the Shangri-Las. При общей продолжительности всего двадцать пять минут Another Country («Другая страна») завершается самым длинным треком — не дотягивающим до четырёх минут Another Country II («Другая страна II»), жалобным, лишённым ударных размышлением, состоящим в основном из медленных аккордовых прогрессий тянущегося органа и гитары, которые в конце концов — и как нельзя более уместно — затухают на неразрешённом пассаже.
Marcy Donelson / AllMusic Review