Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Мишель и Четыре Стихии. Воздух. Глава 5.

Возвращение на дирижабль. Вы пробовали когда-нибудь тайком пробраться на кухню за вареньем, пока взрослые обсуждают в гостиной важные дела? Если да, то вы знаете: тишина не всегда означает, что вас не слышат. А если на кухне в этот момент установлены новейшие датчики профессора Лединиуса, ваша затея и вовсе становится сомнительной. «Стрекоза» плавно скользнула в открытый люк «Серебряного Кита», и едва стальные створки сомкнулись, рев ночного города сменился глубоким, мерным дыханием двигателей. Здесь, внутри, воздух не бросался на тебя, как рассерженный зверь, а бережно окутывал теплом. — Мы дома и мы живы, — тихо сказала Лулу, снимая шлем. Мишель молчал. Он смотрел на свои лапы, которые всё ещё помнили дрожь золотой сферы, и чувствовал ту особенную усталость, которая бывает после чего-то очень важного. Когда всё уже кончилось хорошо, но говорить об этом пока не хочется. Тяжело дыша, они выбрались из кабины «Стрекозы» в полумрак шлюзового отсека. Медвежата старались ступать как можно т

Возвращение на дирижабль.

Медвежата вернулись на дирижабль
Медвежата вернулись на дирижабль

Вы пробовали когда-нибудь тайком пробраться на кухню за вареньем, пока взрослые обсуждают в гостиной важные дела? Если да, то вы знаете: тишина не всегда означает, что вас не слышат. А если на кухне в этот момент установлены новейшие датчики профессора Лединиуса, ваша затея и вовсе становится сомнительной.

«Стрекоза» плавно скользнула в открытый люк «Серебряного Кита», и едва стальные створки сомкнулись, рев ночного города сменился глубоким, мерным дыханием двигателей. Здесь, внутри, воздух не бросался на тебя, как рассерженный зверь, а бережно окутывал теплом.

— Мы дома и мы живы, — тихо сказала Лулу, снимая шлем.

Мишель молчал. Он смотрел на свои лапы, которые всё ещё помнили дрожь золотой сферы, и чувствовал ту особенную усталость, которая бывает после чего-то очень важного. Когда всё уже кончилось хорошо, но говорить об этом пока не хочется.

Тяжело дыша, они выбрались из кабины «Стрекозы» в полумрак шлюзового отсека. Медвежата старались ступать как можно тише, чтобы их плюшевые лапы не издавали ни звука на металлическом полу. Они были совершенно уверены, что их отсутствие осталось незамеченным.

Но они не знали, что творилось в главной рубке с той самой секунды, как люк «Гнезда Аиста» бесшумно открылся. А творилось вот что.

Если вы думаете, что можно незаметно угнать летательный аппарат с дирижабля, который напичкан датчиками плотнее, чем рождественский кекс изюмом, то вы просто никогда не были знакомы с профессором Лединиусом.

В ту же секунду, когда люк «Гнезда Аиста» открылся, профессор, который только что мирно ворчал над картами, подпрыгнул так, что его очки повисли на одном ухе.

— Марк! Это что... Это... Да они с ума сошли! — он ткнул дрожащим пальцем в монитор, где бешено мигала красная точка. — Они вышли в открытое небо! Без страховки! В этот ад!

Марк не ответил. Его лицо в одно мгновение превратилось в каменную маску. Он потянул штурвал на себя, пытаясь стабилизировать дирижабль, который качало в потоках городского тепла.

— Профессор, отставить панику, — бросил он коротко. — Эллен, к окну! Ищите их глазами! Клара, держи радар, не спускай глаз с горизонта!

В рубке стало не до литературных бесед. Воздух здесь теперь был наэлектризован страхом. Эллен прижалась лбом к холодному стеклу, её пальцы судорожно сжимали край подоконника.

— Я их не вижу! Марк, там только огни! Эта реклама всё слепит! Где они?!

— Они в самом низу, — прохрипел профессор, лихорадочно крутя ручки настройки. — Прямо над антеннами. Великие ветры, Мишель, что ты творишь... Он же идет в лоб! Марк, я активирую дистанционку, я верну их силой!

— Нет! — резко бросил Марк. — Если вы сейчас дернете аппарат, их просто размажет о небоскреб. Мы на такой турбулентности их не вытянем. Только сами. Только если Мишель удержит...

— Но он же медвежонок! — дрожащим голосом сказала Эллен. — Просто игрушечный медвежонок в шлеме!

— В этом небе он сейчас — единственный пилот, у которого хватило смелости туда сунуться, — Марк вытер пот со лба, не отрывая взгляда от прыгающей точки на экране. — Смотрите... смотрите, что делает! Он поймал струю! Ну же, малыш, держи... держи её!

Клара стояла между ними, маленькая и бледная, но её голос прозвучал удивительно ясно среди этого хаоса:

— Он не просто летит. Он летит спасать Рыжика. Посмотрите на график — «Стрекоза» ему послушна.

Следующие несколько минут прошли в каком-то лихорадочном полушёпоте.

— Ближе... еще ближе... — шептал Лединиус. — Есть захват! Он взял его! Марк, он его поднял!

— Теперь назад, — словно помогая управлять “Стрекозой” отдавал команды Марк. — Давай, Мишель, уходи от этой башни!

Когда на панели наконец вспыхнул зеленый сигнал «Стыковка завершена», в рубке наступила такая тишина, что было слышно, как тяжело дышит Марк. Он медленно отпустил штурвал — его ладони были совершенно мокрыми.

— Живы, — выдохнула Эллен и закрыла лицо руками.

А профессор Лединиус поправил очки и вдруг сердито шмыгнул носом.

— Невероятно. Нарушение всех протоколов. Безрассудство! Чистейшее, дистиллированное безумие! — он обернулся к Марку, и его голос сорвался. — Я... я им такое устрою! Я их запру в каюте до самого Каспия!

Но голос у него дрожал так сильно, что звучало это не особенно грозно.

Марк медленно повернулся к нему. На его лице появилась усталая, но добрая улыбка.

— Нет, профессор. Вы сейчас поправите галстук, возьмете свой самый занудный график и сделаете вид, что ничего не произошло. Эллен, прошу успокоиться. Клара — ни слова.

— Но почему?! — возмутился Лединиус.

— Потому что они вернулись победителями, — отрезал Марк. — И если мы сейчас начнем их ругать, они решат, что спасти друга — это преступление. А в этом небе и так слишком мало тех, кто готов рискнуть собой ради маленького одуванчика. Мы будем есть оладьи. И мы будем молчать о том, как у нас чуть не остановились сердца. Это и есть цена того, чтобы они выросли настоящими капитанами.

Поэтому, когда через пять минут Мишель и Лулу, стараясь не скрипеть дверью, прокрались в кают-компанию, они застали совершенно будничную картину. Марк весело насвистывал, подбрасывая оладьи, Эллен внимательно читала книгу (правда, вверх ногами), а профессор Лединиус с невероятно важным видом изучал пустую чашку.

— О, а вот и наши полуночники! — Марк подмигнул им так, будто ничего особенного не случилось. — Как раз вовремя. Садитесь, пока оладьи не превратились в обычные лепешки. Воздух сегодня, знаете ли, выдался... бодрящий.

Мишель подозрительно посмотрел на профессора. Тот лишь громко хмыкнул и уткнулся в салфетку. Медвежата были уверены, что их тайна надежно спрятана под обшивкой «Стрекозы».

Чаепитие с "небесными" оладьями
Чаепитие с "небесными" оладьями

Они и не подозревали, что в бортовом журнале дирижабля, между строчками о давлении и ветре, Марк уже записал одну-единственную фразу: «Сегодня мы видели, как рождается мужество».

А в звездном небе, далеко за границей светящегося города, снова летел идеальный белый клин. И в самом его конце, уверенно и ровно, махал крыльями маленький рыжий герой.

Конец пятой главы
Конец пятой главы

Вот так храбрые медвежата и очень мудрые взрослые помоги стае и малышу Икки. Но Великий Перелет еще не закончен.

Если вам хочется узнать, что будет дальше, можно подписаться — все приключения храброго медвежонка Мишеля появляются здесь.

Если эта сказка вам откликнулась, буду благодарна за ❤️ — так я понимаю, что история вам нужна.

👉 Читать дальше. Мишель и Четыре Стихии. Воздух. Глава шестая "Облачная” шлюпка и уроки на песке" https://dzen.ru/a/afuFDM91e0pRkYDT