Рубина Рубеновна Калантарян — «армянская княжна русского романса». Народную артистку России, заслуженную артистку Армении сначала называли так с лёгкой иронией: слишком необычным казалось сочетание древнего достоинства и сценической хрупкости. Но очень скоро ирония исчезла, осталось уважение.
В её судьбе есть слова, которые не укладываются в формальные определения. Уже студенткой Ленинградской консерватории она заполняла анкету и в графе «социальное происхождение» написала: «княжна». Это не было метафорой. Её род восходил к древнему армянскому княжескому происхождению, связанному с именем Михаила Лорис-Меликова. Но ещё важнее было другое — внутреннее чувство достоинства, не зависящее от обстоятельств.
Она прожила долгую жизнь, почти сто лет, в которой удивительным образом соединились счастье, утрата и стойкость.
Она родилась в Ереване в 1925 году и в детстве казалась ребёнком, которому дано всё: семья, дом, ранний музыкальный дар. Уже в восемь лет она стала солисткой хора Радиокомитета Армянской ССР. Казалось, так будет всегда. Но в четырнадцать лет всё оборвалось: родителей арестовали в ходе репрессий, они погибли. Вместе с сестрой она оказалась в положении изгоев, от неё отворачивались даже те, кто ещё недавно был близок.
Благодаря эвакуированной в Ленинград педагогу по вокалу, разглядевшей в ней редкий дар, Рубина оказалась в городе на Неве с мечтой о консерватории. Но приём уже закончился. Она ходила по Ленинграду, словно прощаясь с ним, и у Дворцовой площади подняла взгляд на ангела. Тогда ей стало ясно, что нужно идти в Эрмитаж.
Директором Эрмитажа был Иосиф Абгарович Орбели. Сквозь слёзы она рассказала ему свою историю. Он позвонил в консерваторию и сказал: «Послушайте эту девочку. Если в ней есть талант, мы спасём для страны певицу». Так она была принята. С этого момента начался её путь: учёба в Ленинградской консерватории вне конкурса, первые выступления, первые слушатели, запоминавшие не только голос, но и редкую собранность, с которой она выходила на сцену.
Стипендию сначала не назначили: экзаменационное сочинение она написала с «колом», по-русски тогда ещё говорила плохо. Через месяц она упала в голодный обморок. Тогда ректор Павел Серебряков велел ей переписать работу и «стараться». Она переписала, и стипендия появилась. Лишь позже стало известно, что оценку никто не исправлял, а деньги ей тайно выплачивал сам Серебряков.
Её голос, колоратурное сопрано, отличался прозрачностью и внутренним светом. В нём техника никогда не становилась самоцелью. В 1950 году она окончила Ленинградскую консерваторию имени Римского-Корсакова и недолгое время работала в Малом оперном театре. Но главным её пространством стала концертная сцена, прежде всего русский романс, жанр тонкий, камерный, тогда ещё не до конца признанный официальной культурой.
Петь русские романсы ей впервые предложил директор Ленинградского театра эстрады Исаак Гершман, а композитор Владимир Козин, услышав её в Магадане, научил тонкостям исполнения. Ей действительно удивительно везло на людей.
С 1950-х годов её жизнь была связана с «Ленконцертом». Она выступала с ведущими коллективами, работала с разными исполнителями, строила программы, в которых романсы, песни военных лет, современные сочинения и оперные фрагменты складывались в единое пространство человеческой судьбы. В 1959 году состоялся её первый сольный вечер русского романса, с него началась самостоятельная глава её творчества. В 1974 году ей было присвоено звание Заслуженной артистки Армянской ССР.
Её искусство не было демонстрацией вокального мастерства. Это было сдержанное, точное, почти исповедальное присутствие. В её исполнении слушатели узнавали не образ, а живое человеческое чувство, выстраданное и предельно честное.
Рубина Рубеновна пережила Спитакское землетрясение как личную боль. После катастрофы 1988 года она создала программу «Армения, боль и любовь моя» и направляла средства от концертов пострадавшим через Католикоса всех армян Вазгена I.
Её путь оставался долгим и внутренне цельным. В 1990-е годы она уже передавала опыт другим, руководила творческой мастерской, вела вокальные классы, работала педагогом и хранителем традиции. В 1995 году ей было присвоено звание Народной артистки Российской Федерации. Позднее она была награждена орденами Дружбы и Почёта.
Она пережила тяжёлые утраты — сестры, единственного сына. И, как ни парадоксально, именно это сделало её благотворительные концерты особенно точными: она умела помогать не из отвлечённого сострадания, а из собственного опыта боли.
Даже в преклонные годы она оставалась внимательной к миру и остро реагировала на несправедливость и безнравственность. И когда её спрашивали, что для неё главное в человеке, она не задумывалась: «Достоинство и совесть».
Рубина Рубеновна Калантарян прожила почти сто лет. И в её жизни голос был не только искусством, он был формой человеческого достоинства.
Рубина Калантарян скончалась 15 июля 2024 года в Санкт-Петербурге после неожиданного резкого ухудшения здоровья в возрасте 99 лет. Похоронена на Смоленском армянском кладбище Санкт-Петербурга.
По материалам: https://nashasreda.ru/армянская-княжна-русского-романса/