Ночь за окном, а он опять кричит... Перебинтованный, с ожогами мальчишка Кричит отчаянно, весь госпиталь не спит. Все понимают, что вернулся он из ада. Туда не каждый собирается спешить... Один вопрос тревожит всех, кто это слышит: Как будет парень после с этим горем жить? Его из танка доставали без сознания, Но он дышал, за жизнь цеплялся он. Эвакогруппа аккуратна была с парнем, И провожал его в молчаньи батальон... Начмед твердил: не выживет, не сдюжит... Но всё же борт в Москву он выбил для него. Пока у парня, что горел, стучится сердце, В беде его мы не оставим одного. Летел он тихо, не сдавался своей боли. Хоть и неровно, но по-прежнему дышал. И три хирурга над парнишкой колдовали... И вот теперь он перевязанный кричал. Слова понятны были каждому, поверьте. Кричал он: «Мама, помоги мне, я горю...». Кричал, что выполнил приказы командира И на три буквы посылал эту войну... Перечислял он экипажа позывные. Терминологию военную твердит. Потом, полушепча, читал молитву И после в