Эта изящная скульптура хранится в коллекции Эрмитажа. Выставляется она под традиционным романтическим названием «Портрет неизвестной». Однако, имя дамы, которая позировала для скульптуры, известно. Эта дама – русская.
А скульптор – французский. Популярный в своё время Жан-Огюст Барр.
Жан-Огюст Барр: великим не стал, но был модным
Судьба Жана-Огюста Барра складывалась удачно с самого начала. Его отец был главным гравёром Парижского монетного двора. Должность почётная и прибыльная. Обоих сыновей Барр-старший обучил своему делу и в положенный срок передал им свою должность по наследству.
Старший сын, Жан-Огюст, проявлял особое рвение. И талант.
Поэтому отец, обучив его основам монетно-медального дела, отдал Жана в Школу изящных искусств, которую тот успешно закончил. Чеканить деньги самостоятельно было нельзя, поэтому он занялся изготовлением оригинальных медалей. Не официальных наград, а памятных портретов. Медали Барра быстро снискали признание, посыпались заказы, и молодой медальер получил право именной подписи.
Довольные заказчики предложили Барру пойти дальше – и делать полноценные скульптуры. Жан-Огюст попробовал – получилось.
Особенно удавались ему изящные дамы. Барр сделал скульптурные изображения самых знаменитых балерин эпохи в их лучших ролях – Марии Тальони, Эммы Ливри, Фанни Эльслер.
Мужские портреты ему тоже удавались, но брался он за них менее охотно. Только тогда, когда не мог отказать. Как Наполеону Третьему. Не отказался Барр и сделать бюст своего друга Альфреда де Мюссе. В память о поэте.
В середине девятнадцатого века получить свой скульптурный портрет работы Жана-Огюста Барра означало войти в круг избранных. Это было модно, это было блестяще. Это был истинный парижский шик.
Перед этим искушением не смогла устоять богатая русская пара. Статский советник Нарышкин заказал Барру портрет своей молодой жены Софьи.
Софья Петровна Нарышкина: дама, прекрасная не во всех отношениях
Софья Петровна была младше своего супруга на 17 лет. В этом не было ничего особенного. Необычным было другое – солидного кавалера юная барышня отбила у собственной матери. Много лет Константин Павлович Нарышкин открыто содержал милую генеральскую вдову Марью Антоновну Ушакову. Помогал ей растить дочерей. От этой связи даже родился сын, которого Нарышкин забрал в свой дом. Мальчика, конечно, официально объявили воспитанником, но общество обо всём знало. Впрочем, никто не осуждал – статский советник был человеком приятным, водил дружбу с известными людьми. Оба они были свободны. Могли бы вступить в брак, но Нарышкин своей свободой дорожил, а Марья Антоновна не настаивала.
Зато её младшая дочка Соня разумно рассудила, что перспективному жениху пропадать не следует. Как она окрутила человека, который фактически заменил её отца – история умалчивает. Поначалу общество, конечно, винило во всём зрелого Нарышкина. Однако, став замужней богатой дамой, Софья быстро показала всем свой нрав. В обществе она была мила и обходительна, однако с прислугой не церемонилась. Шпыняла жестоко даже по тем крепостным временам.
Однако слыла красавицей. Вот её портрет кисти Алексея Стрелковского. Софье Петровне здесь 27 лет.
Примерно в этом возрасте она приехала с мужем в Париж. И захотела, чтоб её красоту запечатлел модный скульптор Жан-Огюст Барр.
Жан-Огюст Барр и его «Портрет неизвестной»
Барр не отказал. Софье Петровне очень нравилась поза, которую скульптор придавал своим моделям. Открывает линию плеч, подчёркивает изящную шею и овал лица.
Скульптор изобразил то, что увидел. И заказчику – камергеру Нарышкину – портрет понравился. Но совершенно не понравился его супруге. Она утверждала, что изображение совершенно не похоже на оригинал. В нём нет и следа той яркой, ошеломительной красавицы, какой Софья Петровна привыкла себя считать. Заказ был уже оплачен, и Нарышкин думал выставить его в своём парижском доме. Иметь у себя творение Барра было престижно. Однако супруга решительно настояла на том, чтоб скульптуру отправили в Россию. И установили где-нибудь в саду. Как портрет неизвестной дамы.
Даже по возвращении в Петербург Софья Петровна не желала видеть эту даму и признавать её своим портретом. Успокоилась только спустя пять лет, когда муж сделал заказ знаменитому Францу Винтерхальтеру. Художник известен тем, что на его полотнах все дамы – восхитительные красавицы.
Такой же вышла и Софья Петровна Нарышкина. Такой она осталась в памяти потомков – на портрете Винтерхальтера с барровским поворотом головы.
А её потрет, созданный Барром, хранится в Эрмитаже. Среди других Незнакомок.
Согласитесь, эта женщина умела добиваться своего.