Она даже не знает, что убивает меня каждое утро. Просто входит в кухню, взъерошенная, в его футболке, ставит чайник. И весь мир сжимается до размера этой комнаты. До запаха её духов, который остаётся на диване. До случайного прикосновения волос, когда она тянется за кружкой.
Я влюбился не с первого взгляда. Взгляд — это обман. Я влюбился в её смех. Услышал из коридора — звонкий, настоящий, какой бывает только у людей, которые не умеют притворяться. Зашёл на звук и пропал. Навсегда.
Сейчас я живу в аду, который сам для себя построил.
Она не пытается меня задеть. Ей и невдомёк. Она считает меня младшим братом мужа, удобным холостяком, которому «пора уже найти кого-то». Поэтому подсовывает подруг. Спрашивает: «Ну как тебе Катя? А Оля? А эта симпатичная?»
А я не вижу их. Вообще. Смотрю на других женщин как на мебель. Красивые, стройные, умные — ноль. Организм молчит. Сердце не стучит. Потому что оно осталось там, на кухне, в то утро, когда она впервые назвала меня по имени и улыбнулась.
Самое страшное — это даже не боль. Самое страшное — это выбор, которого нет.
Я бы украл её. Увёл. Если бы она принадлежала чужому подлецу — я бы убил. Не фигурально. Я реально прокручивал это в голове. Но она жена моего брата. Единственного. Родного. Того, кто учил меня кататься на велосипеде, забирал из школы, давал деньги, когда я был студентом. Того, кто доверяет мне.
Я лучше умру.
Это не громкие слова. Это диагноз. Несколько лет я просыпаюсь и засыпаю с этой мыслью. Перестал встречаться с друзьями, потому что все вечеринки у них общие. Ушёл в работу, взял кредит, купил однушку на другом конце города — не помогает. Её запах всё равно преследует.
Она хочет мне добра. И от этого вдвойне тошно.
Что я понял за эти годы?
Что любовь — не всегда счастье. Иногда это петля. Ты сам её затягиваешь, каждым «здравствуй», каждым «как дела?», каждым взглядом на её фото в семейном чате. И вылезти нельзя. Потому что если вылезешь — придётся сказать правду. А правда убьёт всех.
Я не ищу совета. Я просто выдохнул это сюда. Потому что если держать внутри, лопнешь.
Она скоро придёт в гости вместе с братом. Приготовит свой фирменный салат. Будет смеяться. Волосы упадут на плечо. Духи «Lancôme» — я даже запомнил название, хотя раньше не отличал женские ароматы. И я снова буду улыбаться. И желать им счастья. И молиться, чтобы она никогда не узнала.
Жизнь стала не мила. Но выбрать другое я не могу.
Если вы узнали себя в этих строках — простите меня. И себя заодно. Мы не выбираем, в кого влюбляться. Но мы выбираем, не причинять боль тем, кого любим. Даже ценой собственного сердца.