Сидела на днях в поликлинике, ждала своей очереди на УЗИ. В коридоре — стандартная картина: духота, запах хлорки и обшарпанный линолеум. Напротив меня на кушетке мостилась семейка: мать лет сорока и две дочки-подростка. Девочки из-за чего-то тихо грызлись, кажется, из-за наушников. Мать дергала их за рукава и злобным шепотом чеканила: «Сядьте ровно! Прекратите! Вы же девочки, будьте умнее, уступите, на вас люди смотрят!».
Вот это классическое «вы же девочки, уступите» резануло меня по ушам так, что я чуть талончик не помяла.
Я как раз накануне от жесточайшей бессонницы перечитала «Маленьких женщин» Луизы Мэй Олкотт. Эту книгу уже полтора века суют девчонкам по всему миру как идеальное руководство по взрослению. В юности я, как и все, пускала над ней слезу, умиляясь их сестринской любви. Но когда тебе пятьдесят шесть, и ты на собственной шкуре знаешь цену женским компромиссам, эта «уютная классика» вызывает только одно желание: вымыть руки и выпить успокоительного.
Потому что это не добрая сказка про взросление. Это пошаговая инструкция о том, как вырастить из девчонок удобных, безотказных терпил, которые будут извиняться за сам факт своего существования.
Токсичная святость миссис Марч
Начнем с матери этого семейства, Марми. О, эта женщина возведена в ранг абсолютного идеала! Читательницам полагается ею восхищаться.
А давайте посмотрим на нее без розовых очков. Семья обнищала, отец ушел на фронт гражданской войны (оставив их, к слову, выживать как придется). Девочки пашут: кто гувернанткой у богатых снобов, кто прислуживает вздорной тетке. Они донашивают штопаное-перештопаное старье и мерзнут. И вот наступает Рождество. Девчонки на последние копейки собирают нормальный завтрак.
Что делает эта «идеальная мать»? Она заходит на кухню илейным голосом заявляет: «Там неподалеку бедняки Хуммели голодают. Давайте отдадим им наш праздничный завтрак!». И девочки, глотая слюни, собирают свои сосиски, хлеб и тащат всё это чужим людям. Чтобы мать посмотрела на них влажными от умиления глазами и сказала: «Какие вы у меня хорошие, мои маленькие женщины».
Меня от этой сцены трясло. Это же чистейшей воды психологическое насилие! Марми методично, изо дня в день вытравливает из своих дочерей нормальный, здоровый эгоизм. Она приучает их к тому, что их потребности — всегда на последнем месте. Что голодать и страдать ради других — это благородно.
Вот он, главный ядовитый миф этой книги: романтизация нищеты. Тебе холодно? Голодно? У тебя одни сапоги на три года? Зато ты морально превосходишь вон тех богатых соседок в шелках! Мать учит их подавлять гнев, затыкать свои амбиции и находить радость в самоотречении. Идеальная дрессировка для будущей дешевой рабочей силы и удобных жен.
Ловушка для Мэг: с милым рай и в шалаше
Старшая сестра, Мэг. Красавица, которая больше всего на свете устала от бедности и мечтает о красивой жизни, о нормальных платьях, о том, чтобы не считать каждую копейку. Нормальное, здоровое желание молодой женщины.
Но книга же у нас высоконравственная. Поэтому автор (руками всё той же матери) вбивает в голову Мэг, что желать денег — это стыдно и грязно. Мэг ломают. И она торжественно выходит замуж за Джона Брука — нищего, как церковная мышь, репетитора.
Она искренне верит в эту чушь про «любовь в бедности». А потом начинается суровый бытовой реализм. Картинки из их семейной жизни — это просто гимн женскому выгоранию. Мэг сидит дома, стирает, готовит, пытается сварить какое-то дурацкое желе, которое не застывает, плачет от усталости. А ее благоверный муж однажды просто приводит в их нищий дом друга на обед, даже не предупредив жену. И когда Мэг срывается (потому что в доме банально нет нормальной еды для гостей и она валится с ног), муж делает обиженное лицо и уходит.
И кто в итоге оказывается виноват? Конечно же, Мэг! Она потом еще долго раскаивается, что была плохой женой, что не встретила мужа с улыбкой, и клянется впредь быть мудрее и не пилить его.
Я читала это и думала: сколько же поколений женщин выросло на этой установке? Мужик привел гостей на пустую кухню, а жена потом грызет себя за то, что недостаточно ласково суетилась у плиты. Мэг променяла свои мечты на роль бесплатной домработницы, потому что ей внушили, что страдать в браке с бедным, но хорошим человеком — это её высшее предназначение.
Укрощение строптивой: как ломали Джо
Дальше — больше. Главная любимица читательниц, Джо. Пацанка, бунтарка, девчонка с амбициями и острым языком. Она единственная, кто открыто говорит: я не хочу замуж, я хочу писать книги, зарабатывать деньги и вытащить семью из этой бесконечной экономии на спичках.
В начале книги она вызывает уважение. Джо не боится отрезать волосы, чтобы добыть денег, Джо пишет пьесы, Джо едет в Нью-Йорк. Она начинает писать бульварные, приключенческие рассказы, потому что за них — о, ужас! — хорошо платят. Она отправляет гонорары домой, чтобы оплатить счета и купить матери нормальную еду. Казалось бы, вот она, сильная женщина, которая берет судьбу в свои руки и не ждет принца с кошельком.
Но автор не может позволить героине быть просто независимой и успешной. Это же не вписывается в концепцию «хороших девочек». Поэтому на сцену выходит профессор Баэр. Взрослый, душный моралист, который читает ее рассказы и начинает читать ей нотации. Он, видите ли, разочарован. Он заставляет ее устыдиться того, что она пишет «низкопробную» литературу ради денег.
Вы только вдумайтесь в этот психологический выверт. Взрослый мужик стыдит молодую девчонку за то, что она честным трудом кормит свою семью. И что делает наша железобетонная бунтарка Джо? Вместо того чтобы послать его по известному адресу, собрать чемодан и продолжить строить карьеру, она посыпает голову пеплом. Она сжигает свои рукописи! Она отказывается от своего таланта, от своего заработка, от своей независимости, потому что какой-то мужик сказал ей, что это «безнравственно».
А финал ее линии — это просто контрольный выстрел. Джо, которая мечтала о свободе и великих романах, выходит замуж за этого старого зануду и... открывает школу для мальчиков. Она становится обслуживающим персонажем, «матушкой Баэр», которая варит каши и стирает носки ораве чужих пацанов. Ее бунт аккуратно свернули в трубочку и засунули на дальнюю полку. Система победила. Сиди, Джо, и не высовывайся.
Эми: единственная с мозгами в этом сумасшедшем доме
А теперь давайте поговорим про Эми. Ту самую младшую сестру, которую поколения читательниц ненавидят лютой ненавистью. За что? За то, что она в детстве сожгла тетрадку Джо из мести (поступок дрянной, не спорю) и за то, что в итоге отхватила себе богатенького соседа Лори.
Я перечитывала главы про Эми и ловила себя на мысли: господи, да она же единственная из всего этого семейства адекватно оценивает реальность!
Эми с самого начала понимает, в каком мире живет. У женщин того времени не было возможности стать топ-менеджерами или заработать миллионы на бирже. Брак был единственным социальным лифтом. И Эми, в отличие от сестер, не строит из себя святую великомученицу. Она честно говорит: я не хочу быть нищей. Я хочу красивые вещи, я хочу путешествовать, я хочу нормальную жизнь, а не вот это ваше бесконечное штопанье старых воротничков под нравоучения матери.
Она едет в Европу, пробует стать великой художницей. И когда понимает, что она просто способная, но не гениальная — она честно себе в этом признается. Она не устраивает истерик, не рвет на себе волосы. Она говорит: раз я не могу быть великой, я буду прагматичной.
И когда Лори, этот избалованный мажор, болтается по Европе, жалея себя и растрачивая жизнь впустую, именно Эми вправляет ему мозги. Она не сюсюкает с ним, как Марми. Она прямо говорит ему, что он ведет себя как ленивый инфантил. Она заставляет его взять себя в руки. Она выходит за него замуж не потому, что «ох, любовь всей жизни, жить без тебя не могу», а потому что это выгодный, разумный и комфортный союз двух людей, которые подходят друг другу.
Эми — не стерва. Она реалистка. Она отказалась играть в эту семейную игру в благородную нищету. И именно поэтому ее так терпеть не могут. Прагматичных женщин, которые знают, чего хотят, общество всегда не любило. Куда удобнее любить тех, кто страдает в углу.
Тихая Бетти и культ жертвенности
И тут мы плавно переходим к Бетти. Третьей сестре. Этой тихой, безотказной мышке, которая сидит дома, играет на старом пианино и боится собственной тени.
Линия Бетти — это вообще квинтэссенция садизма. Она считается идеальной дочерью просто потому, что у нее нет никаких желаний. Вообще. Она ничего не просит, ни к чему не стремится, ни на что не претендует. И когда в дом приходит болезнь, именно Бетти идет помогать тем самым неблагополучным соседям, заражается и начинает медленно, мучительно угасать.
Вся семья носится вокруг нее, возводя ее в ранг абсолютной святой. Ее уход подается автором как что-то невероятно возвышенное, светлое и очищающее. Читательницы должны в этом месте рыдать в три ручья от умиления.
Я сидела с книгой, и у меня внутри все переворачивалось от глухого бешенства. Нам продают страшную идею: самая хорошая, самая идеальная женщина — это та, которая молчит, обслуживает других и в итоге просто исчезает, чтобы никому не отсвечивать. Бетти — это не живой человек. Это пугающий символ того, какой общество хотело бы видеть женщину: бессловесной функцией, которая готова сгореть без остатка ради чужого блага и сказать за это спасибо.
Грандиозный обман под видом хэппи-энда
Вам не кажется странным, как именно автор завершает эту великую сагу о взрослении? По задумке, мы должны закрыть последнюю страницу с чувством глубокого удовлетворения, смахнув слезу умиления. Все пристроены, все нашли свой путь, мораль торжествует.
Но давайте смахнем этот сироп и посмотрим на сухой остаток.
Мэг променяла свою молодость, красоту и мечты на тазы с чужим бельем и вечное чувство вины перед мужем, которому она вечно что-то должна. Джо, невероятная, яркая, искрящаяся Джо, добровольно кастрировала свой талант и превратилась в прислугу при стареющем, душном профессоре, воспитывая чужих пацанов. Про Бетти и говорить нечего — она принесла себя в жертву, потому что физически исчезнуть — это единственный для «идеальной девочки» способ не разочаровать этот мир и остаться в памяти непогрешимой святой.
И только прагматичная Эми вырвалась из этого болота бедности и самобичевания, за что до сих пор огребает презрение от армии читательниц.
Вы понимаете, какую извращенную модель нам подсовывают под видом счастливого финала? Успех для женщины в этой книге наступает только тогда, когда она полностью, до последней капли отказывается от себя. От своих амбиций, от своего дерзкого характера, от своих нормальных человеческих желаний. Само название книги — «Маленькие женщины» — это же приговор. Не взрослые. Не полноценные. Маленькие. Компактные. Удобные. Занимающие как можно меньше места в пространстве и не отсвечивающие.
Синдром «Удобной Женщины» в XXI веке
Самое жуткое, что эта книга — не просто покрытый пылью литературный памятник девятнадцатого века. Это вирус, который до сих пор сидит в наших головах.
Я вышла из кабинета УЗИ, застегивая кофту, и снова посмотрела на ту мамашу в коридоре поликлиники. Она всё так же дергала своих дочерей за рукава. «Уступи», «промолчи», «не спорь», «ты же девочка», «не будь эгоисткой». Я смотрела на нее и видела миссис Марч. Она прямо сейчас, на моих глазах, своими руками растила новых Мэг и Бетти.
Будущих удобных жен, которые будут тащить на себе быт и оправдывать ленивых мужей. Безотказных сотрудниц, которые будут тянуть двойную нагрузку и бояться попросить прибавку к зарплате, потому что «хотеть денег — это меркантильно и стыдно». Женщин, которые будут отдавать свой последний ресурс кому угодно, лишь бы общество погладило их по голове и назвало «хорошими девочками».
Мы все в той или иной степени отравлены этой философией. Сколько раз мы сами наступали на горло собственной песне ради того, чтобы сохранить иллюзию мира в семье? Сколько раз мы соглашались на меньшее? Мы терпим хамоватых родственников, обслуживаем взрослых, дееспособных мужиков, экономим на своем здоровье и отдыхе, а потом удивляемся, почему к пятидесяти годам у нас дергается глаз, сыплются волосы и нет сил даже встать с кровати. Да потому что мы всю жизнь играли в этих чертовых «маленьких женщин».
Мой жесткий вердикт
Знаете, я бы запретила давать эту книгу девочкам-подросткам без подробных, циничных комментариев взрослого, битого жизнью человека. Потому что это не безобидная классика. Это блестяще написанное, мастерски замаскированное руководство по женскому мазохизму и саморазрушению, завернутое в красивую рождественскую обертку.
Но вот кому эту книгу действительно стоит перечитать — так это нам. Взрослым теткам, которым уже давно за сорок или за пятьдесят.
Перечитайте её сейчас. Без юношеских иллюзий. Посмотрите на то, как виртуозно, методично и ласково система ломает женскую волю, прикрываясь высокими моральными идеалами. Посмотрите на это — и выдавите из себя эту покорную «маленькую женщину» по капле.
Хватит быть маленькими. Хватит быть удобными. Хватит уступать свои порции, сжигать свои рукописи и оправдываться за то, что вы хотите нормальной, обеспеченной и комфортной жизни. Вы имеете полное, безоговорочное право быть большими, громкими, эгоистичными и амбициозными.
Оставьте роль жертвенных мучениц для пыльных романов. А в реальности — покупайте себе дорогие вещи, если вам этого хочется, пишите свои правила, требуйте уважения к своему времени и шлите к черту всех профессоров Баэров, которые попытаются с умным видом рассказать вам, как правильно жить.