Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

В джунглях Боливии живут русские деревни. Там говорят по-церковнославянски, не знают интернета и не хотят возвращаться

Триста пятьдесят лет назад они ушли из России, спасаясь от церковной реформы. Прошли через Сибирь, Китай, США и оказались в Боливии. Сейчас их там несколько тысяч, и они живут как в семнадцатом веке. Совершенно добровольно. Разбираю историю поразительной консервации культуры в условиях джунглей. Цена старой веры Раскол Русской православной церкви произошел в 1650-е годы при патриархе Никоне. Часть верующих наотрез отказалась креститься тремя перстами и принимать новые богослужебные книги. Государство объявило несогласных вне закона. Историк Андрей Дворниченко в своих работах по истории русского религиозного раскола описывает, как старообрядцы подвергались жесточайшим преследованиям вплоть до 1905 года. У людей, желавших сохранить старую веру, оставался только один выход. Нужно было уходить от властей как можно дальше в глухие леса и на самые окраины империи. Маршрут длиной в 350 лет Их исторический путь напоминает сценарий грандиозного приключенческого фильма. Сначала общины бежали в С

Триста пятьдесят лет назад они ушли из России, спасаясь от церковной реформы. Прошли через Сибирь, Китай, США и оказались в Боливии. Сейчас их там несколько тысяч, и они живут как в семнадцатом веке. Совершенно добровольно. Разбираю историю поразительной консервации культуры в условиях джунглей.

Цена старой веры

Раскол Русской православной церкви произошел в 1650-е годы при патриархе Никоне. Часть верующих наотрез отказалась креститься тремя перстами и принимать новые богослужебные книги. Государство объявило несогласных вне закона.

Старообрядец
Старообрядец

Историк Андрей Дворниченко в своих работах по истории русского религиозного раскола описывает, как старообрядцы подвергались жесточайшим преследованиям вплоть до 1905 года. У людей, желавших сохранить старую веру, оставался только один выход. Нужно было уходить от властей как можно дальше в глухие леса и на самые окраины империи.

Маршрут длиной в 350 лет

Их исторический путь напоминает сценарий грандиозного приключенческого фильма. Сначала общины бежали в Сибирь и на Дальний Восток. Когда в двадцатом веке туда пришла советская власть с ее раскулачиванием и колхозами, старообрядцы двинулись через границу в Маньчжурию. Но коммунизм вскоре настиг их и в Китае.

Пришлось снова собирать вещи. При поддержке международных организаций в середине прошлого века их переправили на кораблях в Южную Америку. По данным исследователей старообрядчества, в Боливии и соседних странах сейчас проживает несколько тысяч потомков тех самых русских эмигрантов. Их главным центром стала боливийская провинция Санта-Крус-де-ла-Сьерра.

Деревня семнадцатого века

Русское географическое общество подробно документировало жизнь этих поселений в экспедициях двухтысячных годов. Картина открывается совершенно фантастическая.

Девушки в сарафанах
Девушки в сарафанах

Посреди густых тропических зарослей стоят аккуратные деревянные избы с резными наличниками. Мужчины носят густые окладистые бороды и подпоясанные косоворотки. Женщины ходят с покрытой головой и в сарафанах до пят. У них огромные семьи, где по десять или двенадцать детей. Они сами строят дома, выращивают фасоль и сою на продажу, сами шьют себе одежду и категорически отвергают современный мир. Во многих деревнях телевизор, смартфон или интернет считаются грехом.

Язык и пироги

Изоляция сработала для них как идеальная машина времени. В этих деревнях говорят на уникальном старорусском языке, сохранившем слова и обороты из восемнадцатого века. Богослужения идут строго по-церковнославянски.

Тут возникает потрясающий исторический парадокс. В боливийской деревне, где никогда не видели снега и Москвы, бабушки пекут пироги точно так же, как их пекли в Нижегородской губернии в 1680 году. Местная кулинарная традиция оказалась прочнее любого государства.

Россия периодически пытается вернуть этих людей. После девяностых годов часть общин действительно вернулась, и им выделили земли в Приморском крае. Но подавляющее большинство осталось в Южной Америке. Они привыкли к климату, к своей независимости и к тому, что боливийское государство вообще не вмешивается в их внутренние дела.

Пирог
Пирог

Шутилин считает

Люди в боливийских джунглях не имеют российского гражданства. Они никогда не видели Кремля и проголосовали бы против подавляющего большинства реформ последних трехсот лет. Меня эта история поражает не своей тропической экзотикой, а невероятной настойчивостью. Люди три с половиной века держатся за свой уклад, уходя все дальше и дальше от цивилизации. Не потому, что ищут лучшей материальной жизни. А потому, что категорически не хотят меняться. Это можно называть слепым упрямством, а можно называть великой верностью себе.

Но при всем этом они говорят по-русски, молятся по-русски и хоронят своих близких по-русски. Они русские? По-моему, абсолютно да. Просто другие.

Что делает человека русским, гражданство, язык или культурный уклад?

А в группе ВК можно читать короткие посты и смотреть видео. Присоединяйтесь.

Детали быта и маршруты миграции я сверял по материалам экспедиций Русского географического общества и научным трудам по истории раскола. А как вы считаете, нужно ли государству пытаться вернуть этих людей на историческую родину? Пишите ваше мнение в комментариях.

Читайте другие материалы:

Почему в Нидерландах не вешают шторы на окна, а в России это норма

В СССР выпустили 3 миллиарда значков. Каждый советский человек носил их, но не всегда по своей воле