Всем привет! Продолжаем наш литмоб с Хелен Визард, писательницей, которая называет себя "диванным археологом". У Хелен - романы и повести о Древнем Египте: атмосфера пустыни, песков, гробниц и фараонов. Для читателей - отрывок повести об архитекторе с трудным именем: Кайи Менмаатра Са Ранеф, по прозвищу «Мери Тамит».
Отрывок
Статный, чуть ниже среднего роста мужчина, не спеша шел по песчаной глади к царской усыпальнице на окраине Мен-Фе. Он опирался на резную трость, увенчанную головой ибиса. Утренний ветер, не успевший прогреться под солнечными лучами, путался в его полуседых волосах, не по моде длинных и непристойно распущенных. Золотистый песок недовольно похрустывал под искусно плетеными сандалиями из нильского тростника. Мужчина остановился, поежился и еще сильнее закутался в льняной плащ, скрывавший дорогое оплечье из зеленоватых бусин и набедренную повязку, касавшуюся земли и закрепленную на бедрах широким длинным поясом.
Египтянину было уже за пятьдесят, хотя внешне он выглядел намного моложе. Только глубокие морщины вокруг глаз указывали на давно ушедшую юность. Он шел, погрузившись в свои мысли, и изредка поглядывал на дорогу. Его беспокоила новая прихоть Владыки Обеих земель и то, как он – царский архитектор, ученик самого Имхотепа – справится с такой непосильной задачей. Царь Сен-Неферу приказал перестроить усыпальницу своего отца, которую Имхотеп возвел в лучших традициях своего времени. Но разве мастаба в двадцать локтей высоты была достойна хранить останки могущественного Гора Нечерихета? Сен-Неферу жаждал увековечить не только имя предка, но в первую очередь прославить свое и как успешного полководца, и как строителя. Сначала он хотел возвести необыкновенный по своей красоте дворец, для чего десятки кораблей были нагружены до верху смолянистым кедром и отправлены в Та-Кемет. Но дворец – жилище смертных, хозяева которого меняются по несколько раз за человеческую жизнь. А гробница – вечное, даже если сотрется ветром и песком имя усопшего, люди будут передавать его из уст в уста из поколения в поколение.
Добравшись до места, архитектор вздохнул, устало присел на кирпичную ограду, некогда бывшую ему по плечо. Прошло всего десятилетие, а ветер уже наполовину замел творение Имхотепа безжизненным песком.
«Тут нужен не я, а мой отец… – с горечью произнес египтянин, вычерчивая тростью на сыпучей поверхности план всей гробницы. – Почему Джосер доверил строить гробницу Имхотепу, а не ему?.. Политика и войны – удел амбициозных, а строительство – сильных духом и умом. Имхотеп был слишком самоуверенным и тщеславным для архитектора…»
Кайи снял с пояса кожаную флягу с водой, сделал несколько глотков. В голове мелькала мысль, что он знает решение, что такое было и очень давно. Только вот что? Мужчина и сам не заметил, как погрузился в воспоминания, увлекавшие его в далекие времена, когда о строительстве этой усыпальницы шли горячие споры, а он был мальчишкой с непроизносимым именем Кайи Менмаатра Са Ранеф и носившим в стенах родного дома ласковое прозвище «Мери Тамит». Такое необычно длинное имя ему дал отец, Ранеф, – царский архитектор и троюродный брат фараона Джосера. Родитель всегда казался странным человеком. Хотя, гении всегда были не от мира сего.
Интересно? Тогда почитайте другие произведения Хелен на АТ: