⚠️ Важно! Эта статья написана на основе этнографических источников, народных поверий и личного опыта. Я рассказываю о тех необъяснимых вещах, которые случаются в жизни каждого, но о которых не принято говорить вслух.
Друзья, сегодня я откроюсь вам немного больше, чем обычно. Расскажу то, о чём в своей жизни не люблю распространяться — знают только самые близкие. Это случилось после того, как не стало моего отца. Те, кто давно со мной, в курсе. А кто недавно — после ухода отца со мной начала происходить чертовщина. Странные видения, необычные ощущения… такое не забывается и не объясняется простыми словами.
Тогда, в юности, я пыталась найти ответы, ездила по монастырям. В одной из таких поездок, в Благовещенском мужском монастыре в Нижнем Новгороде, я купила две иконы. А третья — Спас — осталась у меня после смерти отца.
И вот из всего множества образов меня притягивали только эти три. И эта тяга была неосознанной, почти физической — как будто кто-то невидимый водил моей рукой.
Почему именно они? Почему одни иконы словно зовут к себе, а другие оставляют равнодушной?
Часть 1. Тайна икон: почему одни «откликаются», а другие нет
В народной среде к иконам всегда относились не просто как к священным изображениям, а как к живым существам. Об этом писал ещё академик Борис Успенский в своей монографии «Филологические разыскания в области славянских древностей»: «Народное отношение к иконам в ряде моментов обнаруживает несомненный языческий субстрат». Древние славяне верили, что образ может быть обиталищем души — не просто напоминанием о святом, а местом его незримого присутствия.
Именно поэтому в старину икону воспринимали как почти живое существо. Её «кормили» — ставили перед ней еду, зажигали лампады, разговаривали с ней. Считалось, что икона может как помочь, так и наказать. Этот страх перед иконой, перед её способностью к возмездию, и есть тот самый «языческий субстрат», о котором писал Успенский.
Отсюда и рождалось странное, на первый взгляд, деление образов на «милостивые» и «грозные». В народе верили: к одним святым можно прийти с любой нуждой — они всегда помогут. К другим — только с чистыми помыслами, иначе накажут.
А тогда, в юности, эти три иконы словно указывали мне путь. Возможно, они и были теми самыми вестниками, что помогли выбраться из того тёмного времени, когда реальность смешивалась со странными явлениями, а единственным ответом было — искать.
Часть 2. Николай Чудотворец: «Русский Бог», который слышит всех
Первым в моём списке всегда был Николай Чудотворец. Почему же он так откликается в душе? В народной традиции этот святой занимает особое, почти необъяснимое место. Иностранцы, посещавшие Московию, с удивлением отмечали: «Русский не молится Богу, он поклоняется святому Николаю». А Джакомо Казанова, побывав в России в XVIII веке, писал: «Воистину, это их семейный Бог».
Но почему так случилось? Дело в том, что под личиной христианского святого наши предки продолжали почитать древнего языческого бога Велеса — «скотьего бога», покровителя скота, богатства и подземного мира. Когда на Русь пришло христианство, культ Велеса не исчез — он перешёл на Николая Чудотворца.
Вот лишь несколько примеров того, как языческий бог «спрятался» под обликом святого (я много об этом уже писала, повторюсь лишь коротко):
- Покровитель скота и диких зверей. Западные славяне до сих пор молятся Николаю при выгоне скота и называют его «патроном скота». Волков в народе называли «псы Николая».
- Хозяин воды и дорог. На Русском Севере святого Николая почитали как «морского бога». Ему молились перед плаванием, его иконы — «Никола Мокрый» — вешали на корабли.
- Заступник бедных и обиженных. В отличие от грозного Христа-Судии, Николай Чудотворец был «доступен» каждому — и князю, и последнему нищему.
Именно эта многоликость, эта связь с земным, с домом, с лесом, с водой и сделала Николая Чудотворца «своим» для русского человека. И если меня к нему «тянуло» — значит, моя душа откликнулась на этот древний, глубинный зов, на связь с природой и предками, которую он в себе хранит.
Часть 3. Серафим Саровский: святой, который не судит
Третий образ — Серафим Саровский. Здесь всё было по-другому. Если Николай Чудотворец — это «заступник», а Христос — «Судия», то Серафим — «утешитель».
В народной традиции Серафим Саровский стал героем фольклора, потому что оказался невероятно близок и доступен простому человеку. Ещё при жизни к нему шли как к прозорливому старцу. В народных рассказах о Серафиме нет места суду и наказанию. В них — кормление медведя, стояние на камне, облагораживание родника. Это образ лесного старца, живущего в гармонии с природой и со зверями. Он не требует — он даёт. Не судит — он исцеляет.
Для меня, в те годы, когда я ездила по монастырям в поисках ответов, этот образ стал тем самым «тихим голосом», который говорил: «Всё будет хорошо. Ты не одна».
Часть 4. Спас «Грозный»: икона, которая наказывает за нечистые помыслы
И наконец — третья икона. Та самая, что осталась после отца. Спас «Грозный», который многие боялись, потому что Он «накажет».
В народе это был образ «Спаса Вседержителя». Люди говорили: если подойдёшь к Нему с чистыми намерениями — Он поможет и защитит. А если с помыслами нечистыми — обязательно покарает. Именно эта икона стояла в центре иконостаса, и к ней было особое отношение. Считалось, что этот Спас — «Грозный Судия».
Борис Успенский прямо писал, что «народное отношение к иконам вообще обнаруживает несомненный языческий субстрат». И как раз «наказание иконы» есть один из элементов этого «языческого субстрата».
В фольклоре сохранилось множество историй о том, как святотатцев поражала слепота, немота или внезапная смерть. Считалось, что Спас Вседержитель — это гарант справедливости, но он же и грозный каратель. Если подойдёшь к Нему с душой нараспашку, с чистым намерением — Он станет заступником и защитником. А если с помыслами нечистыми — обязательно покарает.
Для меня, после всего пережитого, этот образ был именно про правду. Тот, кто восстановит порядок, когда вокруг — хаос. И когда мне было страшно, я искала защиты именно у этого строгого, всевидящего лика.
Часть 5. Три лика: заступник, судья и утешитель
Мне кажется, эти три образа — Николай, Христос и Серафим — связаны между собой. Они словно три лика одного целого: заступник, судья и утешитель. Моя душа в юности искала именно этого — чтобы кто-то и защитил, и восстановил справедливость, и просто пожалел. И нашла это в трёх иконах.
Не бойтесь если Вас к ним «потянет». И не стесняйтесь. Это — голос вашей души, которая помнит больше, чем вы можете себе объяснить. А в народе говорят: «Святой сам приходит к тому, кто ему нужен».
Значит, и я им была нужна. И они мне.
Часть 6. Шепоток к образам, которые откликаются
В народе говорили: если икона «тянет к себе» — значит, святой тебя заметил. Значит, он будет твоим заступником, и к нему нужно обращаться в трудную минуту. Вот несколько коротких «шепотков», которые наши бабушки произносили перед любимыми образами — не молитв, а искренних, идущих от сердца слов.
К Николе Чудотворцу.
«Никола, Никола, батюшка-заступник. В дороге не оставь, в доме сохрани, от лихого человека укрой. Будь со мной, как с родным.»
К Спасу «Грозному» (перед иконой Вседержителя).
«Господи, Судия Праведный. Правду мне яви, от неправды защити. Как Ты на небесах, так и в моей жизни пусть будет по совести, по справедливости»
К Серафиму Саровскому.
«Батюшка Серафим, радость наша. Пожалей меня, утешь, помоги. Как медведя приручил, так и мою беду усмири»
Эти слова не нужно учить наизусть. Главное — чтобы они шли из самого сердца.
А у вас были иконы, которые «откликались»? Или, может, чувствовали необъяснимую тягу к какому-то образу? Расскажите в комментариях — я каждую историю читаю и каждой рада ❤️
Навигатор по каналу «Моя избушка на курьих ножках» — здесь собраны все статьи о славянской мифологии, защите дома, родовых обрядах и древних поверьях.
Если вам близки эти темы — о том, как наше прошлое переплетается с настоящим, — подписывайтесь на канал. Мне очень помогают ваши лайки. Если сегодняшний разговор затронул что-то в душе — поставьте ❤️.
Буду рада видеть вас в избушке ❤️