В 2020 году в журнале "Nature" вышла одна из самых заметных работ по археогенетике викингского мира. Международная команда исследователей проанализировала ДНК 442 древних людей из регионов, связанных с эпохой викингов. Результаты заметно скорректировали привычный образ "типичного викинга".
Геном не опирается на саги и поздние культурные представления. Он показывает родство, миграции, смешение популяций и иногда меняет картину прошлого сильнее, чем десятки интерпретаций. Именно это произошло и здесь. Чем больше мы узнаем по костям, зубам и древней ДНК, тем яснее становится: перед нами был не замкнутый мир однотипных северных воинов, а сложная, мобильная и очень разная по происхождению средневековая сеть людей.
Вот пять выводов, о которых сегодня можно говорить гораздо увереннее, чем еще несколько десятилетий назад.
Рацион викингов был разнообразным
Когда речь заходит о питании викингов, воображение часто рисует мясо, пиво и пиры. Но археология и изотопный анализ костей показывают более сложную картину.
Рацион сильно зависел от региона. В прибрежных районах Скандинавии важную роль играли рыба и другие морские ресурсы. Во внутренних областях большее значение имели продукты животноводства и злаки. Иными словами, питание викингов не было одинаковым для всех. Оно менялось в зависимости от местности, сезона и образа жизни.
Генетические данные добавляют еще один важный штрих. Способность переваривать молоко во взрослом возрасте в Скандинавии того времени уже была довольно распространена, хотя точные доли зависят от конкретной выборки и региона. Это хорошо сочетается с археологическими данными о молочном хозяйстве. Поэтому молоко, сыр, сыворотка и масло были не случайным дополнением к рациону, а важной частью пищевой базы.
И это многое объясняет. Общество, которое активно плавает, торгует, воюет и осваивает новые земли, не может держаться на одном только мясе.
Мир викингов был открыт для постоянных контактов
Саги давно намекали, что викинги плавали далеко. Но геномика показала, насколько плотными были эти связи.
Исследование 2020 года в "Nature" выявило заметные следы смешения между скандинавскими группами и населением Британских островов, Балтики, Финляндии и некоторых более южных регионов Европы. Причем движение шло не в одну сторону. Люди не просто уплывали из Скандинавии. Они возвращались, оседали в колониях, вступали в браки, перевозили детей, зависимых людей, союзников и ремесленников.
На словах это кажется почти очевидным. Но именно ДНК показала, что викингский мир был не узким этническим коридором, а пространством постоянных контактов. И тут особенно важно вот что: культурная принадлежность и биологическое происхождение далеко не всегда совпадали. Человек мог быть похоронен как викинг, жить в викингской среде и участвовать в ее экспансии, но при этом иметь предков не только из Скандинавии.
Это существенная поправка. Она меняет не только картину походов, но и само понимание того, кем были викинги.
Привычный образ викинга оказался слишком упрощенным
Вот где старая картинка особенно заметно расходится с данными.
Геномные исследования не подтверждают представление о викингах как об однородной группе светловолосых северян. Авторы работы показали, что в популяциях эпохи викингов было заметное разнообразие по происхождению, а значит, и по внешности. Поздний образ "блондина с косами и бородой" оказался культурным упрощением, а не точным портретом эпохи.
Это не значит, что светловолосых скандинавов не было. Конечно, были. Но рядом с ними в викингском мире жили и люди с иным генетическим фоном, связанным с Британскими островами, восточными регионами Балтики и югом Европы. Если совсем просто, "типичный викинг" в биологическом смысле оказался куда менее типичным, чем принято считать.
Здесь особенно хорошо видно, как поздние национальные представления упрощают прошлое. Они тяготеют к цельной и ровной картинке. А древняя ДНК почти всегда показывает смешанную и подвижную реальность.
Женщины участвовали в переселениях активнее, чем считалось
Один из самых известных примеров появился еще до большой статьи в "Nature". В 2017 году в "American Journal of Physical Anthropology" вышла работа о знаменитом захоронении Bj 581 в Бирке, Швеция. Погребение с оружием, двумя лошадьми и игровым набором долго считали мужским. Но ДНК-анализ показал, что этот человек был биологически женщиной.
Это не означает, что все общество викингов нужно теперь описывать как полностью симметричное по гендерным ролям. Наука так не работает. Одно захоронение не отменяет весь социальный контекст. Но оно точно не позволяет сохранять слишком простую схему, в которой мужчины действуют, а женщины только ждут на берегу.
Кроме того, генетические и изотопные исследования по Северной Атлантике показывают, что в переселениях участвовали не только мужчины. Особенно хорошо это видно на материале ранней Исландии, где у части первых поселенцев по материнским линиям прослеживается заметный гэльский вклад, связанный с Британскими островами. Это значит, что колонизация шла не как движение одних только мужских дружин.
А дальше начинается самое важное. Если женщины участвовали в миграциях, переездах и освоении новых земель активнее, чем долго предполагали, то и сам викингский мир стоит представлять не как цепочку чисто мужских походов, а как более сложную систему семей, союзов и переселений.
Они следили за собой лучше, чем думают
Средневековье в массовой культуре часто связывают с грязью, дымом и полным отсутствием бытового ухода. Но археология викингского мира снова вносит поправку.
В скандинавских и связанных с ними поселениях находят очень много гребней, пинцетов, бритв и других предметов ухода за собой. Это не редкие исключения, а обычные бытовые вещи. Такой набор плохо сочетается с представлением о людях, которым было безразлично, как они выглядят.
Есть и письменные свидетельства. В английских хрониках викингов порой описывали как людей, которые следят за волосами, одеждой и баней. Источники такого рода нужно читать осторожно: они поздние и не всегда беспристрастные. Но в сочетании с археологическими находками они складываются в вполне правдоподобную картину. Викинги явно уделяли внешнему виду больше внимания, чем от них обычно ждут.
И тут есть еще один важный момент. Ухоженность в средневековом обществе была не только вопросом красоты. Это еще и социальный сигнал. Чистая одежда, расчесанные волосы, аккуратная борода и хорошие украшения работали как маркер статуса, дисциплины и привлекательности.
Болезни тоже были частью мира
Есть еще один факт, который стоит держать в голове. В 2020 году в "Science" вышла работа, в которой исследователи сообщили о древних линиях вируса оспы у людей эпохи викингов. Это важно не потому, что кто-то всерьез относил появление оспы в Европе только к Новому времени. Суть в другом: эволюционная история вируса оказалась глубже и сложнее, чем предполагали некоторые прежние реконструкции.
То есть викингский мир был не только миром торговли, мореплавания и войн. Это был еще и мир патогенов, перемещений и биологического давления на популяции. А где есть плотные контакты между регионами, там почти всегда рядом и болезни.
Что это меняет в нашем взгляде на викингов
Древняя ДНК не упростила историю викингов. Она сделала ее объемнее.
Перед нами уже не плоский символ северной брутальности, а мир людей, которые по-разному выглядели, по-разному ели, много перемещались, смешивались с соседями, переселялись семьями и жили в более сложной социальной среде, чем подсказывает привычная картинка. Викингский мир оказался не однородным, а живым, подвижным и переплетенным.
Так что, если кто-то снова скажет, что викинг - это просто высокий блондин с топором, можно спокойно ответить: археология и геномика рисуют гораздо более сложный портрет. И именно поэтому он так интересен.