9 мая наша страна отмечает один из самых значимых праздников – победу советского народа над фашистской Германией. Великая Отечественная война стала суровым испытанием для нашей Родины. Победа ковалась не только на фронте, в кровопролитных боях с врагом, но и в тылу, где каждый, от мала до велика, вносил свой вклад в общее дело.
Героиней моего рассказа является Ольга Афанасьевна Дмитроченко, уроженка д. Бугаёвка Погарского района. В основу повествования легли реальные люди и события.
Роковое утро 22 июня 1941 года для советских людей стало не только началом Великой Отечественной войны, но и тяжелейшим испытанием, казалось, длиною в целую вечность. В наш край война ворвалась неожиданно быстро. Уже на пятый день после её начала жители Погарского района увидели в небе фашистские самолёты с чёрными крестами, уверенно нагло летевшими так низко, что казалось ещё чуть-чуть, и можно будет увидеть лётчика. Но рассматривать фашистов никто не собирался. Люди в ужасе прятались в погреба и подвалы. И только несколько несмышлёных пацанов подростков пробежали вдогонку пару десятков метров и швырнули в сторону улетающих бомбардировщиков сухие комья земли. Фашисты летели бомбить Брянск – важный железнодорожный узел. А меньше чем через две недели уже Погарская земля содрогалась от сброшенных бомб у Витемли и Гринёва.
До последних дней никто не верил, что враг придёт в наш дом, а если и придёт, то Красная армия разобьёт его очень скоро. Но вести с фронта приходили все более неутешительные. А из дальних и ближних районов за Десну катился поток беженцев. И 12 августа жители узнали о том, что наш район должен проводить эвакуацию.
В райкоме партии посёлка было принято решение угнать колхозный скот на восток. В деревне Бугаёвке старшим по перегону скота был назначен ветеринар колхоза Коржов Пётр Алексеевич. Вместе с ним в этот нелёгкий путь отправилось ещё несколько односельчан, в том числе и героиня моего повествования – Ольга Афанасьевна Дмитроченко.
Рано утром в окошко избы, где жила Ольга, постучался председатель колхоза. К нему на порог вышла мать. Через некоторое время она медленно вошла в дом, и Ольга поняла, что произошло что-то очень нехорошее. Соскочив с печи, девушка быстро оделась и обняла мать за плечи:
- Что случилось?
На печи в это время безмятежно посапывали младшие брат и две сестрёнки. - Оля, - сказала мама, - Семёнович просит тебя отпустить сопровождать колхозный скот. Его нужно отогнать подальше на восток, чтобы не достался фашистам.
В груди что-то кольнуло и тревожно забилось сердце. Нет, Оля не боялась трудностей и была уверена, что справится с заданием. Ей просто стало очень жаль мать, ведь та оставалась совсем одна с малышами. Отец и старший брат Ваня в первые дни войны ушли на фронт.
Сборы были быстрыми: вчерашняя варёная картошка, бутылка молока, да не успевшие как следует налиться яблоки антоновки. Вот пожалуй и всё. Мама достала из сундука Ванины хромовые сапоги. Они хоть и велики, но ногам все же теплее будет, в лаптях далеко не уйдёшь. Оля оделась, поцеловала мать в морщинистую влажную от слёз щёку и выбежала из дома. Ком подкатил к горлу, но девушка смогла себя сдержать и уверенно направилась к ферме.
Ветеринар Пётр Алексеевич уже успел выгнать коров, сложить на повозку нехитрый провиант, топор, котелок и сковороду. В это время подошёл председатель Василий Семёнович и положил на воз увесистый мешок:
- Это вам в дорогу хлеб, соль, мука и картошка. Смотрите там…
Он похлопал по крупу гнедого Воронка, в словах и движениях председателя чувствовалось волнение. Пожелав в дороге удачи, Семёнович направился к дальнему сараю, в котором на зиму хранилось сено.
Тридцать семь коров насчитывало колхозное стадо. Больше десятка из них были уже в запуске. А остальных нужно было доить в дороге. Оля прошла в сарай, взяла два ведра и большую алюминиевую флягу. Всё это уложили на повозку. Затем вспомнила, что нужна марля, чтобы цедить молоко, но возвращаться назад не стала – плохая примета.
Стадо прогнали по знакомой до боли улице на шлях, ведущий в Трубчевск. Алексеевич, как и положено заправскому пастуху, шёл впереди. Подросток Павлик, усевшись на повозку, ехал сзади, горделиво поглядывал по сторонам, ища завистливых зрителей своему такому важному поручению. Но бугаёвская ребятня ещё спала и только дым, вырывающийся из труб домов говорил о начинающемся новом дне. Каким он будет, этот день? ...
Ольга шла с левой стороны стада, её подруга Зина должна была следить за бурёнками справа. Грустные мысли о расставании с дорогими для неё людьми постепенно ушли. И вдруг в небе показался нестройный косяк журавлей. Казалось, каждый очередной взмах крыльев птицам давался очень и очень нелегко. Девушка подумала, что даже им тяжело расставаться с родными местами и мысленно пожелала птицам лёгкого перелёта. Вскоре показался соседний посёлок Федоровский, а дальше по шляху Хотьяновка, Любовня, Тёмное. Эти деревни девушка знала. А там, за Трубчевском, начиналась неизвестность…
Шёл восемнадцатый день их пути. За это время отелилась Зорька, и её вместе с маленьким бычком пришлось оставить в хуторе Зырянка соседней Орловской области. Алексеевич взял расписку с местного председателя колхоза. А вот за трёх коров, которые обессилев пали по дороге, расписку брать не у кого. И хотя в сентябре травы ещё оставались сочными, коровы постепенно худели. Почти у всех пропало молоко. Да это и понятно, за день приходилось преодолевать расстояние в 50 и более километров, а ночевать под открытым небом. Порядком устали и люди. Запасы продуктов давно закончились и часто завтрак, обед и ужин состоял из кружки молока, запечённой в углях картофелины, подобранной на поле, да редких яблок колхозных садов.
Однажды, поредевшее стадо нужно было перегнать через речушку, преградившую путь в лесу на территории Липецкой области. О том, что когда-то здесь был мост, напоминали сиротливо торчащие из воды покосившиеся и порядком подгнившие деревянные столбы. Павел проворно вырубил длинную жердь орешника и уверенно направился вброд. Но не успел он сделать и трёх шагов, как земля ушла из-под ног, и мальчишка с головой окунулся в осеннюю холодную воду. Пётр Алексеевич бросился было спасать паренька, как тот вынырнул из воды и самостоятельно выкарабкался на берег. Эта леденящая ванна не прошла бесследно даже несмотря на то, что одежду просушили на костре. Вскоре он закашлял, а через день поднялась высокая температура. Хорошо, что на пути пролегало большое село Криньки, где Павла оставили у местной учительницы.
И снова дорога. Чем дальше от дома уходила Ольга, тем чаще и чаще её мысли возвращались в родную Бугаёвку. Скоро ли закончится их путь, как там мама с детьми, живы ли отец с братом? Она посмотрела на свои ноги. Правый сапог был перевязан тонким кожаным ремешком, который Алексеевич отрезал от уздечки, так как подошва в нём до половины оторвалась. Нога постоянно была мокрой и мёрзла. Девушка подумала о том, что Ваня поколотил бы её, если бы узнал, что стало с его сапогами. Ольга грустно улыбнулась, посмотрела на небо: «Журавли, наверное, уже давно долетели до тёплого моря. Счастливые, они не знают, что такое война. А может это и хорошо. Пусть хоть птицы будут счастливы».
Через два дня Пёрт Алексеевич сообщил, что оставшихся коров передаст в руки председателя колхоза «Призыв» Тамбовской области и девушкам можно возвращаться домой. Сам он записался в военкомате добровольцем на фронт.
Ольга Афанасьевна вместе с подругой вернулась в родную деревню, оккупированную фашистами, в начале февраля 1942 года.
Судьба Ольги Афанасьевны мало чем отличалась от тех, кто пережил страшное время оккупации, кто потерял своих отцов, братьев, мужей в годы военного лихолетья. Она была тяжёлой. На войне не бывает лёгких дорог и у каждого она своя.
Эту историю рассказала Дмитроченко Александра Григорьевна. Ольга Афанасьевна была её тётей.
С каждым годом все дальше уходят от нас события Великой Отечественной войны. Давно распаханы траншеи и сгладились непогодой окопы, ушли в вечность участники тех грозных времён, но человеческая память снова и снова обращается к прошлому, где никто не забыт и ничто не забыто!