Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
За гранью истории

Он оказался не тем, за кого себя выдавал: великая тайна выдающегося, врача

В 1809 году из Лондона в Эдинбург отправился корабль, на борту которого был молодой человек — невысокого роста, худощавый, с твёрдым намерением изменить свою судьбу. Его ждали медицинские университеты и карьера военного врача. Впереди его ожидали долгие годы жизни, путешествия по разным странам и выдающаяся роль в снижении смертности среди солдат британской армии. Этот человек вошёл в историю под

В 1809 году из Лондона в Эдинбург отправился корабль, на борту которого был молодой человек — невысокого роста, худощавый, с твёрдым намерением изменить свою судьбу. Его ждали медицинские университеты и карьера военного врача. Впереди его ожидали долгие годы жизни, путешествия по разным странам и выдающаяся роль в снижении смертности среди солдат британской армии. Этот человек вошёл в историю под именем Джеймс Барри— главный медицинский инспектор южноафриканских колоний, блестящий хирург и человек с непростым, вспыльчивым характером, не боявшийся открыто спорить с начальством. Однако его главная тайна так и осталась нераскрытой при жизни.

25 июля 1865 года в Лондоне в своей постели умер Джеймс Барри — генерал-инспектор медицинской службы британской армии, известный военный врач. После его смерти разразился скандал: горничная, готовившая тело к погребению, обнаружила, что покойный был не мужчиной, а женщиной, причём рожавшей. Расследование показало: под именем Джеймса Барри всю жизнь скрывалась Маргарет Энн Балкли — первая в Европе женщина-хирург, которая сорок лет служила в армии под мужским именем, чтобы иметь возможность заниматься медициной.

Газета «The Manchester Guardian» тогда писала:

«Невероятно, но факт: женщина четыре десятилетия была офицером британской армии, участвовала в дуэлях, не раз вступала в споры, имела диплом врача и работала хирургом!»

В XIX веке женщине в Европе было практически невозможно получить медицинское образование и стать хирургом. Поэтому министерство обороны Великобритании постаралось замять скандал: Маргарет Энн Балкли похоронили под мужским именем и званием генерала на кладбище Кенсал-Грин, все документы были оформлены на имя Джеймса Барри, а материалы дела засекретили и отправили в архив. Тайна Джеймса Барри надолго ушла в забвение.

-2

Почти сто лет спустя, в 1950 году, историк Изобель Рэй, работая с военными архивами, обнаружила секретные документы о знаменитом хирурге. Заинтересовавшись его биографией, она выяснила: генерал на самом деле был женщиной, дочерью ирландского лавочника из Корка и племянницей художника Джеймса Барри. В архивах также содержалась версия о том, что в юности Маргарет стала жертвой насилия и родила ребёнка, однако подтверждений этому не нашлось. Тайна была раскрыта, но не стала достоянием общественности из-за отсутствия других доказательств.

Лишь в начале XXI века уролог Майкл дю Пре из Кейптауна, заинтересовавшись историей Джеймса Барри, нашёл дополнительные подтверждения. Он обнаружил письма, часть из которых была подписана Маргарет Энн Балкли, а часть — Джеймсом Барри. Почерковедческая экспертиза подтвердила их идентичность. Письма были опубликованы в журнале New Scientist, а на их основе доктор Майкл написал книгу «Джеймс Барри: женщина, опередившая своё время».

***

Маргарет Балкли родилась в 1789 или 1795 году в семье ирландского лавочника из Корка. Точная дата неизвестна, так как Маргарет всю жизнь приходилось подделывать документы. Она была очень способной, особенно в точных и естественных науках. В юности она мечтала стать врачом, но понимала: женщине это невозможно.

-3

Когда отец Маргарет разорился, семья оказалась в долгах, и мать с дочерью переехала к своему брату — художнику Джеймсу Барри в Эдинбург. В ноябре 1809 года они прибыли туда морем. Вскоре после приезда дядя умер, и Маргарет решилась на отчаянный шаг: она подделала документы на его имя и поступила в Эдинбургский университет как мужчина. С этого момента она больше не снимала мужскую одежду.

Единственное письмо, подписанное её настоящим именем, датировано 14 декабря 1809 года — после этого имя Маргарет нигде не встречается.

С 1810 года начинается биография Джеймса Миранды Стюарта Барри (полное имя). Он блестяще учился в Эдинбургском университете, был освобождён от платы и получал стипендию. Через три года стал армейским врачом и служил в колониях — Индии, Южной Африке, Канаде, на Мальте, Тобаго и Ямайке. О нём говорили как о враче, который лечил всех без различия по цвету кожи или положению. Джеймс был известен не только смелыми операциями, но и сложным характером: у него не было друзей, только слуга Джон с Ямайки.

-4

В 1825 году он стал армейским хирургом. Многие удивлялись, как юноша с женственными манерами и внешностью подростка смог занять такую должность. Несмотря на успехи, сослуживцы его недолюбливали из-за вспыльчивости и склонности к конфликтам. Джеймс всегда носил с собой саблю и не раз вызывал соперников на дуэль.

Однако его профессионализм и ответственность были вне сомнений: он быстро дослужился до генерала.

В 1826 году в Кейптауне Джеймс Барри первым среди британских хирургов успешно провёл кесарево сечение с выживанием матери и ребёнка. Он не только оперировал раненых, но и добивался улучшения санитарии для солдат и местных жителей, боролся за чистоту в больницах. За это его назначили медицинским инспектором.

В 1857 году Джеймс Барри вышел в отставку и поселился в Лондоне с верным слугой и собакой Психеей. Через восемь лет он умер от дизентерии и был похоронен с воинскими почестями.

-5

Однако служанка София Бишоп, готовившая тело к погребению, обнаружила: покойный был женщиной и рожавшей — об этом свидетельствовали растяжки на животе. Это разоблачение могло остаться тайной, если бы не нарушение последней воли Барри: он завещал кремировать тело без вскрытия и подготовки. Почему это не было исполнено — неизвестно.

Сенсация быстро попала в прессу, вызвав переполох в военном ведомстве. Однако военные опровергли слова служанки, тело кремировали, а на кладбище Кенсал-Грин установили памятник с надписью: «Доктор Джеймс Барри, Генеральный инспектор армейских госпиталей». Доступ к личному делу был закрыт почти на сто лет... На что только не шли...