добычу и экспорт до 5 млн баррелей в сутки? Вряд ли это произойдет молниеносно, учитывая, что Ормузский пролив все еще перекрыт

добычу и экспорт до 5 млн баррелей в сутки? Вряд ли это произойдет молниеносно, учитывая, что Ормузский пролив все еще перекрыт.

М. С.: Да, более реалистичный сценарий – постепенное наращивание производства. В ближайшие 12-18 месяцев страна, вероятнее всего, будет двигаться к уровню выше 4,5 млн баррелей в сутки, если геополитическая ситуация, экспортная инфраструктура и судоходство через Ормузский пролив позволят это сделать.

То есть речь идет не о мгновенном нефтяном шоке, а о постепенном высвобождении дополнительного объема, который раньше сдерживался системой ОПЕК+.

ВЗГЛЯД: Почему ОАЭ не вышли из ОПЕК+ раньше, а пошли на этот шаг именно сейчас? Боялись резкого падения цен на нефть?

М. С.: Да, такой риск был одним из главных факторов, который раньше сдерживал ОАЭ от выхода. Если бы Эмираты вышли из альянса в условиях спокойного рынка и резко увеличили добычу, то это могло спровоцировать падение цен на нефть. Для любой нефтедобывающей страны важен не только физический объем добычи, но и итоговая выручка. Если цена нефти падает с 80 до 50 долларов за баррель, то даже рост добычи на 20-30% может не компенсировать потери от снижения цены. Абу-Даби не заинтересован в хаотичном обвале рынка. Именно поэтому момент выхода из альянса так важен.

ОАЭ выходят из ОПЕК+ неслучайно в период, когда нефтяные цены поддерживаются геополитической премией, перебоями поставок и проблемами с судоходством через Ормузский пролив. Министр энергетики ОАЭ фактически дал понять, что момент выбран осознанно.

ОАЭ физически не могут сразу залить рынок дополнительными миллионами баррелей. Значит, их выход не провоцирует немедленного обвала цен. Когда же судоходство восстановится, страна уже будет свободна от квот и сможет постепенно увеличивать добычу. При этом цены, вероятно, будут снижаться, но необходимость пополнения стратегических и коммерческих запасов после кризиса поддержит спрос на дополнительные баррели. Если Brent после пиковых уровней опустится, например, к 80-90 долларам, для ОАЭ это все еще может быть комфортным сценарием.

ВЗГЛЯД: Чем еще опасен выход ОАЭ для нефтяного рынка? Не приведет ли это к полному развалу сделки ОПЕК+?

М. С.: Главная опасность не столько в появлении на рынке дополнительных эмиратских баррелей. Гораздо важнее то, что этот шаг подрывает сам принцип дисциплины внутри ОПЕК+. ОПЕК+ работает только тогда, когда участники верят: коллективное ограничение добычи выгоднее, чем индивидуальное наращивание производства. Если же один крупный производитель выходит из системы, получает свободу действий и при этом выигрывает, остальные начинают задаваться тем же вопросом: зачем нам ограничивать себя, если можно продавать больше?

Выход ОАЭ может стать сигналом для других стран, что квоты больше не являются неприкосновенными. Даже если другие участники не выйдут формально, они могут начать хуже соблюдать ограничения, увеличивать добычу сверх согласованных уровней или требовать пересмотра собственных баз.

Особенно болезненно это для Саудовской Аравии. ОАЭ – не маленький производитель и не периферийный участник рынка. Это технологически сильная, финансово устойчивая страна с серьезными резервными мощностями и амбициями. Потеря такого участника ослабляет ОПЕК+ не только количественно, но и символически.

Ранее из ОПЕК уже выходили Ангола, Катар и Эквадор. Но ОАЭ – гораздо более значимый производитель, поэтому их уход выглядит как более серьезный удар по архитектуре нефтяного управления.

ВЗГЛЯД: Кто еще является потенциально проблемным участником ОПЕК+?

М. С.:  Ирак. Это крупный производитель с серьезными бюджетными потребностями. Багдаду нужны нефтяные доходы для финансирования государства, инфраструктуры и социальных обязательств. Однако Ирак одновременно заинтересован в стабильных и приемлемых ценах, поэтому формальный выход из ОПЕК+ для него пока выглядит маловероятным.

Казахстан также может стать источником напряжения, хотя он является участником ОПЕК+, а не ОПЕК. Его крупные нефтяные проекты требуют загрузки мощностей, а это может вступать в противоречие с ограничениями добычи. Даже без официального выхода Казахстан