Татьяне было сорок девять. Она работала бухгалтером в небольшой фирме, занималась налогами. Считала чужие деньги двадцать пять лет.
В понедельник утром она встала без четверти семь. Сварила маме овсянку, налила чай. Разбудила дочь — той был двадцать один, второй курс, платное, экзамены через две недели. Поехала на работу. По дороге зашла в аптеку — у мамы кончились таблетки. И вспомнила, что в среду дочь должна сдать пять тысяч за учебник, который ей зачем-то нужен.
В пятницу пришла зарплата. Пятьдесят пять тысяч. После аптеки, учебника, коммуналки, продуктов — на кофе с подругой оставалось, если повезёт.
Это была её жизнь.
Татьяна уже несколько лет хотела начать своё. Когда-то училась на дизайнера интерьеров — это была её первая профессия, до того как пришлось зарабатывать. У неё был хороший вкус, чувство пространства, заказчики, которым она помогала бесплатно — соседке, подруге, маминой коллеге — всегда говорили: «Тань, ну ты талант».
Она и сама это знала. Но к мысли о том, чтобы уйти из бухгалтерии, всегда был один и тот же ответ.
«Я не могу. На мне мама, дочь, ипотека. Я добытчик. Сорвусь — никто не подхватит.»
И это было правдой. За ней действительно никого. Брат уехал. Подруги помогали советом, но не деньгами.
Она много раз пробовала по выходным. Бралась за заказ — небольшую кухню или прихожую — и каждый раз обнаруживала, что нет сил. Возвращалась с работы в восемь, ужин, мама, дочь, посуда, бельё. К десяти садилась за компьютер — и в одиннадцать уже не могла отличить эскиз от пятна.
Заказчики уходили. Она снова думала: «Подожду до отпуска, тогда возьмусь по-настоящему». Отпуск приходил, но к нему она была уже выжата так, что хотелось только лежать. И она лежала. А в сентябре снова шла в офис.
Так двадцать пять лет.
И ещё она до сих пор втайне мечтала встретить в своей жизни человека, с которым можно построить отношения. Мечта казалась ей временами глупой — кому она нужна такая, в которой ничего своего не осталось, одно сплошное «надо». Но иногда так невыносимо «скребли кошки на душе», что она открывала какое-нибудь приложение знакомств. Пролистывала мимо тех, кому нужны были умницы и красавицы — с самооценкой давно уже было не очень. Кто-то писал ей одиночное «привет», она отвечала. И на этом диалоги висли. Через полчаса она засыпала с телефоном в руке.
А в семь утра снова надо было варить кашу.
— Любаша Ветер