Реплика. Бросилось в глаза аккурат на маршруте следования мимо одного недавно атакованного куренными БпЛА промышленного объекта. Нужно сказать, чуть-чуть не попали, по неизвестной причине дерьмолёт класса «Лютiй» просто рванул в небе, а его ведомый забурился в сторону девственной чащи, уже вторую неделю лесниками да пёселями разыскивают.
Не суть, неподдельный интерес ватажной маршрутки вызвало громкое заявление великого лидера великой оппозиционной партии эсеров товарища Сергея Миронова из Государственной Думы:
«Задача руководства компаний ТЭК и других системообразующих предприятий обеспечить надёжную защиту своих объектов. Я призываю правительство дать им прямое указание и оперативно принять необходимые подзаконные акты. Компании должны не просто иметь право на защиту, а обязанность.
Все это надо было сделать ещё вчера, но ещё важнее обойтись без волокиты и вранья сегодня, чтобы провести выборы и минимизировать экономический и экологический ущерб от нападений врага!»
Обойдусь без обидных и солёных военно-морских эпитетов в адрес лидера «Справедливой России», завещанных государем Петром Алексеевичем всему служило-служивому люду на века. Но, поскольку под данной новостью в одном МАХ-канале начитали всей ватагой малый томик восторженных воплей «Даёшь!», «Так и надо!», «Пусть клятые кровопийцы-буржуины сами себя боронят!» и так далее, решили у думного боярина поинтересоваться некоторыми деталями предлагаемого процесса.
Начнём от забора. В прямом смысле слова. То есть, ограды тех самых объектов «компаний ТЭК и других системообразующих предприятий». Последний рубеж обороны здесь должен быть представлен многослойными средствами радиоэлектронной борьбы (РЭБ). Поскольку чаще всего на завершающем участке полёта беспилотники активно используют активные/пассивные головки самонаведения с постоянно работающим высотометром, системой спутниковой навигации. Некоторые по сей день прилетают с 4G-модемами и российскими SIM-картами, модулями связи для подключения к LTE-сетям.
Но после практики тотального отключения мобильного Интернета номер наведения по телеметрии в большинстве случаев не проходит, потому противник переходит на альтернативные методы наведения. Через mech-коммуникацию с ретрансляторами, но чаще с опорой на автономные бортовые системы с элементами ИИ. Об этом уже слёзы льют наши заклятые партнёры на британщине да американщине, страдают куренные упыри.
Ну хорошо, допустим. Пойдём по проложенной тропке-стёжке соседей, уже в течение года бьющихся кастрюлями о бетонную стену «частной ПВО» за счёт средств предпринимателей. Коим разрешили защищать свою промышленную недвижимость и активы по собственному разумению. На то янки тиснули огромное интервью командувоча управления РЭБ казяцкого пешего войска некоего Скорецкого. Фактически поставившего косой крест на затее.
Во-первых, бизнесмены не обладают должными компетенциями в сфере ПВО и РЭБ в частности, им нужно всё сурово, быстро, дёшево и шоб наглухо. Привлекают в качестве консультантов частных лиц, демобилизованных по ранениям специалистов не самых высоких чинов, откровенных невежд «диванных войск», обладающих отрывочными или несистемными знаниями по вопросу без постоянного нахождения «в теме» новинок.
Нарушают злостно главный принцип организации ПВО, сложнейшего многокомпонентного механизма поиска, обнаружения, уверенного сопровождения, подавления и уничтожения воздушных угроз. Не подле атакуемого объекта, а за многие десятки (даже сотни) вёрст от него. Непрерывно воздействуя на вражеский припас зенитными средствами огневого поражения и/или РЭБом. Давя каналы управления и обратной связи, заглушая спутниковую навигацию и бортовые системы позиционирования.
У получивших «добро» на собственные РЭБ-инициативы хуторских бизнесменов случилось то, что и должно было произойти. Утыкав объекты антеннами и тарелками, они в большинстве случаев парализовали военные системы объектовых и позиционных ПВО, порой доводя мощность своих «коммерческих глушилок» до запредельных значений. Укладывая набок даже самые устойчивые системы связи натовского образца в радиоэфире.
Результатами таких упражнений стали поражённые объекты, погибшие десятки расчётов зенитчиков и дроноводов, подавленные системы обнаружения и сопровождения воздушных целей. С большим числом упавших собственных БпЛА-перехватчиков, лишившихся управления. Вывод простой и грустный куренной командувоч сделал: объектовое ПВО/РЭБ «частников» либо должно быть включено в единую систему «информационного поля противовоздушной обороны». Либо отсутствовать как класс.
Пока профессиональные военные не проведут полный аудит рынка средств РЭБ, не выпишут сертификаты соответствия и безопасности. И самое главное — расчертят для каждого объекта карты прикрытия со всех азимутов. Против всех возможных угроз (БпЛА, баллистика, крылатые ракеты), кои надлежит обнаруживать и сопровождать буквально от линии фронта.
Вот такой клубочек разматывается от забора любого полезного объекта. Для того, чтобы антенны РЭБ правильно работали — будь ласка, обеспечь датчики звукометрии на большом удалении, малые РЛС сопровождения, вышки-мачты временные или арендованные, энергетику под всё это, систему связи и управления через WiFi-мосты, спутниковые каналы и т.д.
А самое главное, найди в товарных количествах обученных профессионалов с должными навыками, дисциплиной и постоянно пополняемым багажом знаний о текущих воздушных угрозах. Получить которые они могут только по каналам оборонного ведомства, а не в «Телеге» в частном паблике «Окопный Дроновод имярек». Там же «частному ПВО» будут нарезать боевые задачи, дабы дурной инициативой не рушить построенную военными многоуровневую архитектуру предупреждения и отражения воздушных угроз.
Это про РЭБ сказ был, у коего наивысший КПД примерно 50% в очень умелых руках против беспилотья, ничтожный супротив ракетных опасностей. Если военные пропустили среднелёты и тем паче самолётного типа дальнолёты противника — в дело вступают мобильные огневые группы (МОГ) охраны объекта. Именно так следует понимать первого эсера Миронова. То есть, обутых в чёрное лодырей из ЧОПов бизнесмены будут обязаны перевести в режим несения настоящей и довольно опасной воинской службы?
Ладно. Тогда помимо экипировки, транспорта, сложных систем поиска, обнаружения, сопровождения воздушных целей им потребуются расчерченные секторы контроля/поражения по выверенным спецами направлениям — раз. Высочайшая профессиональная подготовка по обращению с крупнокалиберными пулемётами, малыми зенитными автоматами, дронами-перехватчиками — два. Не «кинетическими», ибо бездушный самолёт малой авиации пластиковой трубкой с моторчиком даже на вершок с боевого курса не столкнуть, нужны анти-дроны с фугасной/фугасно-осколочной БЧ.
И третье. Полное взаимодействие объектовых МОГ между собой, по горизонтали со смежниками, подразделениями ПВО Минобороны РФ в позиционном районе, ситуационным Центром при губернаторе, прочими силовыми структурами и гражданскими службами.
Поскольку почти вся частная и государственная «стратегического назначения» недвижимость находится неподалёку от мест проживания добрых русских людей. Порой втиснута в плотную городскую застройку, точнее... окружена оной за последние десятилетия безудержного строительного бума.
В таких случаях «последний рубеж» для крупняков и зенитных малых автоматов или даже орудий (с автоматическими турелями) придётся строить по всей науке. С учётом десятков факторов. Технических характеристик применяемых средств поражения, общего рельефа местности, расположения зданий, препятствий в контексте потенциальной воздушной угрозы. Называется сие «определением границ сектора обстрела» по ориентирам и азимутам с их углами. С математическим расчётом по времени применения.
Для чего каждый участок воздушного пространства прогоняется через специальный калькулятор «мёртвых зон» и секторов обстрела, намертво вколачиваемый в головы зенитных расчётов. С умением проводить «анализ параметров целей» (тип воздушной угрозы, скорость, высота полёта, возможные поправки на движение, умение бить на упреждение, вдогон или навстречу, темп стрельбы и прочее) из расчёта зон поражения.
Это математика начертательная, если что. С дальними, верхними и нижними границами в параметрической системе координат. С забубёнными биссекторными осями и прочими плоскостями да векторами-курсами.
Накинем сюда погодные условия с временем суток, условия/уровни видимости, препятствия по азимутам, и самое главное — ответственность. Не перед директором предприятия, а Законом. Если необученный расчёт разнесёт «крупняком» на самодельной турели (не прошедшей драконовские испытания на «учёт динамических возможностей орудия») высотный дом. Не говоря о более могущественных средствах поражения зенитной артиллерии.
Выводы накоротке. Выпрыгивать с запредельными по... недомыслию (скажу так вежливо) инициативами в предвыборный период можно, наверное. Но не лидерам парламентских партий, у них для подобного безумного говорения наборов букв есть немало безмозглого партийного актива. Если же без оскорблений и практически, то создавать необходимо не объектовое ПВО уважаемых корпораций и компания, а заняться наконец-то подразделениями территориальной обороны. На базе имеющегося у «БАРСов» приграничных губерний практического опыта. Он разный, но имеется.
Коль нельзя приставить к каждому стратегическому объекту инфраструктуры батарею «Панцирей» в связке с «Торами», то «сверхмалое ПВО» строить нужно на уже имеющейся базе. Только не столь убогой по остаточному принципу. Бизнес вполне способен создать в каждом регионе собственный Фонд Обороны, оснастив «барсиков» малыми РЛС, акустическими, телекоммуникационными, тепловизионными и прочими системами обнаружения воздушных угроз. Транспортом, снаряжением, амуницией, дополнительными выплатами, качественной полигонной учёбой.
Зенитчики, особенно ствольного разряда — очень дорого, долго, трудно и муторно. Миллионы сожжённых БК и расстрелянных в хлам стволов, драконовская палочная дисциплина с полным автоматизмом действий и пониманием ответственности. Потому командовать такими дружинами должны профессионалы высшей пробы, и спрос с личного состава должен быть соответствующий. Поскольку такие отряды «самообороны» являются действительно последним рубежом. Триариями, гвардией.
Нынешние «БАРСы» отличаются высокой мотивацией, многофункциональны, гибкие в управлении, умеют обращаться с оружием, знают дисциплину. Потому подбросить им должное снаряжение с вооружением и оборудованием, прикрепив к Большим Дядям ПВО/ПРО, большого труда не составит. Предварительно умучив на полигонах. Не стрельбой из дробовиков по тарелочкам (хотя и такой навык бесценен), а как положено.
Любимая Родина в закромах такого зенитного добра с боекомплектом для ссаживания дерьмолётов имеет на столетие вперёд непрерывной войны. А вот спецоборудования, прицелов, СУО, тепловизоров, малых РЛС и кучи всяких датчиков до новейших систем связи — увы. Здесь и нужны «купеческие деньги». Для покупки снаряги двойного назначения, унификации и переделки транспортных средств, оборудования центров МТО и прочего для солдатского быта/учёбы инвентаря с оборудованием. А что до военных специалистов, способных правильно организовать несение службы с боевой работой, тут тоже проблемы не вижу. Имеются в товарных количествах.
Потому господам законодателям советуем: делом займитесь настоящим. Законами. Позволяющими регионам и Министерству Обороны комплектовать подразделения сверхмалой ПВО. Проведите ревизию действующего законодательства с его ограничениями (на каждом шагу!) использовать военизированные части в интересах Армии и силовых структур. Упорядочите систему управления и командования по единой схеме, программы подготовки, правила использования материальной части. Что... страшновато от предстоящего объёма работы? Проще выползти и брякнуть какую-нибудь лютую дичь вместо вдумчивого труда? Тогда понимаем.