Великий, а может, и не очень, композитор Андрон Августовский доживал свой седьмой десяток на даче в элитном поселке Скольниково. Лето, высоченные сосны, чистый воздух и уединение благоприятно воздействовали на его расшатанную нервную систему.
Любимая муза, и по совместительству супруга Андрона, Лидия Васильна всячески оберегала композитора от внешнего мира, взяв на себя основную долю обязанностей по дому и саду.
Уют в колониальном стиле, завтраки на лужайке, аристократичный шпиц Сольфи (сокращенно от Сольфеджио) в ногах у хозяина, классическая музыка Августовского на старых грампластинках. Все было идеально. Пока не появились вредители.
«Вредителям» было лет по восемнадцать, они въехали в соседний дом без предупреждения и объявления вой.ны. В первую же ночь после их приезда Августовские проснулись от резких рычащих звуков, доносившихся с соседнего двора.
Беруши не спасли, Андрон Михалыч подскочил на кровати после очередного раскатистого «Р». Прислушался и понял, что «Р» звучит на немецком:
- Eins! Hier-r-r kommt die Sonne! Zwei! Hier-r-r kommt die Sonne![1]
[1] Раз, и светит солнце - перевод с немецкого, отрывок из песни группы «Rammstein»
От басов у Августовских дребезжали окна и фарфоровый сервиз в шкафчике. Лидия Васильна нащупала в темноте выключатель, и яркий свет залил спальню. Сольфи, поджав уши, метался в дверном проеме, не зная куда деться.
- Что это? Дрюня, что это?
- Вой.на, -констатировал Августовский.
Он встал с кровати, надел меховые тапочки, прошуршал к окну, открыл его и гаркнул что есть силы:
- Можно потише! Люди спя-я-ят.
Напрасно только рвал глотку, на фоне немецкого индастриал-метал его крик был подобен песчинке в вихре торнадо.
- Вот с.волочи! – проворчал Андрон Михалыч уже себе под нос, захлопнул оконную створку, и пошел к лестнице, ведущей на первый этаж.
- Ты за снотворным? – робко спросила вдогонку Лидия Васильна.
- За ру.жьем! - был решительный ответ.
Лидия Васильна ахнула, подхватила Сольфи на руки и поспешила за мужем в чем была: сиреневой шелковой ночнушке и чепчике с кружевами.
Вывернув наизнанку все кухонные полки и шкафчики, ру.жье Августовский не нашел. Зато под руку попалась пузатая трехлитровая бутылка самогонки, припрятанная на всякий случай. Случай был подходящий, но Андрон Михалыч уже лет пять как пребывал в завязке, поэтому лишь брезгливо поморщился и передал бутылку супруге, буркнув: «Перепрячь!».
- Где ру.жье?! – грозно спросил он, пошарив под мойкой и не найдя там ничего, кроме труб.
- Тык я его сдала в аренду местному охотнику, разве ж я дома такое держать буду…
Андрон чертыхнулся и отправился разбираться с соседями без во.ору.жения.
Обнимая одной рукой бутыль, другой собаку, причитая «Ох, Божечки мо-и-и», Лидия Васильна ходила туда-сюда по кухне и была похожа на многодетную мать, вставшую в пять утра накормить младенцев. Вскоре любопытство пересилило страх, и она рискнула выйти на крыльцо, оставив свои сокровища в прихожей.
Ор с соседского двора становился невыносимым. Августовский пыхтел как вскипевший самовар, но, пока дошел до соседской калитки, во.инственность его улетучилась, уступив место привычке решать вопросы как подобает настоящему мужчине – договоренностью.
Для начала он заглянул в щель забора. Соседи отмечали новоселье с размахом: стол во дворе ломился от разнообразных блюд, выставленные у крыльца колонки, размером с человека, вибрировали как при турбулентности, две полуголые девицы в шортах и купальниках отплясывали зажигательные танцы. Молодой парень с выбритым пауком на затылке крутился у мангала, обмахивая шашлыки китайским веером.
Августовский подергал калитку. Не заперто. Он прошел во двор и остановился в шаге от мангала. Девушки, увидев незнакомого мужчину, перестали танцевать и теперь смотрели на него в упор, переминаясь с ноги на ногу и улыбаясь кривыми пьяными улыбками. Одна из них убежала в дом, но вернулась через секунду с другим парнем, видимо, хозяином дома. Тот достал из кармана пульт и направил его в сторону колонок.
Музыка затихла. Августовский облегченно вздохнул и потер заложенные уши. Парень, жаривший шашлыки, обернулся. В правой ноздре его сверкало серебряное кольцо. Хозяин даже не удосужился сойти с крыльца, смерил гостя взглядом и выдавил раздраженное:
- Че надо?
- Тишины, - Андрон Михалыч надеялся на понимание.
- Езжай в лес, и будет тебе тишина! – парень у мангала смачно сплюнул в сторону, едва не задев носки композиторских мягких тапочек.
Девчонки прыснули со смеха, оценив подкол. Хозяин ухмыльнулся.
- Как вам не стыдно? – укоризненно заметил Августовский – Вот в наше время…
- Какое «ваше время»? Миллион лет до нашей эры? – снова съязвил шутник.
- Иди спать, дедуля! – поддакнул парень на крыльце, - Затычки в помощь.
Девчонки тоже воодушевились.
- Может, ему тампоны дать? Говорят, помогает, если в уши засунуть…
Истерический хохот резанул по музыкальному слуху Августовского, как гвоздем по стеклу, убив последнюю трепыхающуюся нервную клетку.
Хозяин снова врубил музыку. Шашлычник вернулся к шашлыкам. Девушки сели за стол, поглядывая на гостя, перешептываясь и давя смешки в кулак.
Андрону Михалычу пришлось вернуться домой ни с чем. Униженный, он проворчал со своего двора, грозя кулаком в сторону соседей:
- Ну, я вам навалю!
- Наваляешь ты хотел сказать, - поправила мужа Лидия Васильна, все это время караулившая на улице.
- Завтра узнаешь, - глядя на выбежавшего встречать Сольфи, загадочно улыбнулся Августовский – Я им устрою какафонию!
Он хоть и никогда не был в инженерных вой.сках, но наутро «за.ми.нировал» вра.же.ское поле в лучших традициях ми.нерного дела – по одной «ми.не» от Сольфи на каждую ступеньку соседского крыльца. А, чтобы отвести от себя подозрение, нарисовал на земле по бокам от садовой дорожки несколько лосиных следов. В обед нарушители порядка проснулись, решили покурить, а заодно прикончить оставшуюся закуску. Вышли и вляпались по самое не хочу. Парень с пауком на затылке поскользнулся и головой влетел в одну из колонок, опрокинув ее и разбив динамик.
- Знай наших! – хихикнул Андрон Михалыч, наблюдая за соседскими действиями в бинокль из окна кухни. Довольный Сольфи суетился у его ног, как будто понимал, что в победе есть и его заслуга.
- Идите обедать, победители мои! – улыбнулась Лидия Васильна, всегда верившая в мужа.
В то лето Августовский вдохновился на написание еще одной мелодии в своем разнообразном репертуаре и назвал ее «Эра Андрона». В поселке на какое-то время стало тихо. А ру.жье Лидия Васильна вернула в дом. На всякий случай.
#рассказы #рассказыИрэнБорецкая #соблюдатьтишину #тихийчас #дачныеистории #знайнаших #нарушителиспокойствия #молодыедерзкие #испорченныйотдых #дачныйюмор #изжизнисоседей