В ходе Большого террора 1937-1938 гг. в СССР было буквально выкошено целое поколение победителей Гражданской войны, в числе которых немало военачальников, стоявших у истоков Красной армии. Среди них - бывший генерал Павел Павлович Сытин (1870-1938), поводом для ареста и гибели которого стали отголоски Гражданской войны.
Заслуги перед Советами
Павел Сытин - безусловно, выдающаяся фигура отечественной военной истории. После революции в числе первых генералов старой армии он добровольно пошел на службу к новой власти, став военным специалистом РККА и одним из ее создателей. Командовал районом завесы (войск, прикрывавших демаркационную линию с немцами, установленную после Брестского мира), был начальником дивизии, военруком Южного участка отрядов завесы, а с осени 1918 г. - командующим советским Южным фронтом, который создал практически с нуля.
Выкладываться приходилось полностью. Еще 28 июля Сытин жаловался другому бывшему генералу М.Д. Бонч-Бруевичу:
"Тяжелая, напряженная работа последних шести месяцев в связи с четырехлетней боевой, строевой службой на войне совершенно подорвали мой организм, и я к ужасу своему почувствовал, что с каждым днем силы мои слабеют... организм человека в моем возрасте может не выдержать, и в этом возрасте его уже не поправишь... вставая в 7 часов утра, ложиться приходится не ранее 1-2 час[ов] ночи. Целый день проходит в каком-то кошмаре, и к вечеру совершенно теряешь рассудок от усталости"1.
Читайте "Родину" в Макс - подписаться
Возможно, Сытиным двигало соперничество с прежними товарищами по старой армии. Известный перебежчик из РККА генерал А.Л. Носович, печатавшийся под псевдонимом А. Черноморцев, отметил, что Сытин якобы однажды заявил: "Против меня Антон Деникин. Мы с ним одного корпуса2 и одной академии. Посмотрим, чья возьмет"3.
Читайте также:
Почему в 1921 году в Крыму красные расстреляли белых после амнистии
Другой несомненной заслугой Сытина перед советской властью стала его миссия в Грузию в 1920-1921 гг., где он служил военным атташе. Несмотря на материальные сложности и недостаточный штат сотрудников, Сытин развил поразительную активность, в короткий срок создал собственную агентурную сеть и начал снабжать центр важнейшими данными не только о положении в самой Грузии, но также о Закавказье, государствах Причерноморья и даже о белых в Крыму и на Кавказе. Сытин смог заблаговременно предупредить руководство РККА о подготовке в белом Крыму десанта на Кавказское побережье4. В результате десант был встречен советскими войсками и разгромлен. Работа Сытина по выявлению связей белых с северокавказскими повстанцами также внесла лепту в ликвидацию антибольшевистских организаций. Данные Сытина сыграли свою роль и в советизации Армении и Грузии в 1920-1921 гг., а ряд прогнозов Сытина о развитии Закавказья и межнациональных отношениях там сохраняет свою актуальность и по сей день.
Гражданская война в России 1917-1922 годов (СМОТРЕТЬ ФОТО)
За свой вклад в победу красных Сытин не был удостоен никаких наград. Только к десятилетию РККА в 1928 г. он получил золотые часы с надписью "Стойкому защитнику пролетарской революции от РВС СССР" и грамоту, а в 1935 г. Сытину предоставили персональную пенсию5. Вполне заслуженный им орден Красного Знамени он так и не получил.
Неидеальная биография
Однако биография Сытина по многим параметрам была неидеальной с точки зрения властей. Прежде всего, это был потомственный дворянин и царский генерал, то есть уже классово чуждый элемент. Родной брат Павла Иван Сытин, также генерал, осенью 1918 г. дезертировал из Красной армии и в бытность военным экспертом советской делегации в Киеве бежал к белым. Впоследствии он эмигрировал из России.
В биографии П.П. Сытина был и непродолжительный арест в ноябре 1918 г. из-за измены видного военспеца А.Л. Носовича, также бежавшего к противнику6. Сытина тогда подвергли домашнему аресту "в связи со сбивчивыми показаниями и объяснениями Сытина по поводу командированных им лиц без ведома и согласия членов Ревсовета и самовольной отправкой в Тамбов ворона с невыясненным грузом"7.
Однако роковым для Сытина оказалось то, что он выступил оппонентом И.В. Сталина в конфликте на Южном фронте той же осенью 1918 г.
Конфликт со Сталиным
Суть инцидента сводилась к стремлению Сталина как члена Реввоенсовета (РВС) фронта и его сторонников ограничить власть командующего - беспартийного военспеца. Сталин пытался вмешиваться в оперативные и кадровые вопросы, препятствовать установлению единоначалия. Всё это ставило под угрозу полномочия Сытина, который, разумеется, начал отстаивать свои права и получил поддержку руководителей Красной армии - председателя РВС Республики Л.Д. Троцкого и главкома И.И. Вацетиса.
Читайте также:
Личность Сталина: приговор истории ему будет вынесен нашими потомками
Стороны обменялись резкими телеграммами. 3 октября главе правительства В.И. Ленину из Царицына была направлена телеграмма Сталина и его соратников, в которой резко критиковался Троцкий, а Сытина характеризовали как "человека не только не нужного на фронте, но и не заслуживающего доверия и потому вредного. Губить фронт ради одного ненадежного генерала мы, конечно, не согласны"8. Также говорилось о необходимости партийного обсуждения поведения Троцкого, ставящего военспецов-предателей выше видных партийцев, что угрожает интересам фронта и революции. Кроме того, Сталин 3 октября написал Ленину личное письмо, в котором требовал поставить Троцкого в рамки, а также называл Сытина заведомым предателем9 (что являлось ложью).
В тот же день Троцкий приказал Сталину не вмешиваться в оперативные дела штаба. В случае неисполнения угрожал принять суровые меры10, а главком И.И. Вацетис 4 октября телеграфировал Троцкому с копией Сталину: "Действия Сталина разрушают все мои планы..."11. Сталина вызвали в Москву, где он имел беседу с Лениным и впоследствии был переведен на другую работу. Полномочия Сытина как единоначальника были признаны, а приведший красных к победе курс Троцкого на массовое привлечение старого офицерства в новую армию утвердился.
Однако эта история не забылась и стоила Сытину жизни двадцать лет спустя.
Слив от Радиатора
Инцидент 1918 г. Павлу Павловичу припоминали не раз. В августе 1934 г. он был уволен из армии, а уже в январе 1935-го в газете "Правда" в специальном выпуске о борьбе за Царицын была опубликована упомянутая выше телеграмма Сталина12. Сытин, чтобы восстановить свое доброе имя, начал собирать материал для ответа и в июне того же года составил доклад наркому обороны К.Е. Ворошилову. В нем он писал, что на протяжении пяти месяцев "просмотрел все архивные материалы того времени и собрал справки от лиц - участников Гражданской войны"13. Перечислял свои заслуги перед революцией, доказывал, что предан советской власти и был назначен командовать фронтом В.И. Лениным, а критическая телеграмма обусловлена общим недоверием к военспецам, а также "преступными" распоряжениями Троцкого.
Читайте также:
Через несколько лет ситуация повторилась, но уже с фатальными последствиями. Дело в том, что в советских политических реалиях второй половины 1930-х гг. дискуссии эпохи Гражданской войны воспринимались и интерпретировались совершенно иначе, чем двадцатью годами ранее: былая поддержка Троцкого, давно высланного из СССР и объявленного "прихвостнем фашизма", становилась клеймом, а оппоненты Сталина, пусть и в прошлом, объявлялись "врагами народа". У Сытина не было шансов.
В сентябре 1937 г. Сытин устроился в Центральный архив Красной армии вольнонаемным научным сотрудником кабинета наглядных пособий отдела научной разработки Гражданской войны. Его работа там оценивалась исключительно высоко14, но спокойно трудиться ему не дали.
3 февраля 1938 г. датировано совершенно секретное агентурное донесение в 5-й отдел Главного управления государственной безопасности НКВД от источника под псевдонимом Радиатор. В документе сообщалось, что "в Центральном архиве Красной армии15 работает бывший генерал царской армии Сытин, который в 1918 году, во время Гражданской войны, одно время командовал Южным фронтом.
Сытин был близок к Троцкому и являлся его ставленником.
Политическое лицо Сытина как человека, не заслуживающего никакого доверия и вредного для советской власти, охарактеризовали т.т. Сталин и Ворошилов 3 октября 1918 года в телеграмме, направленной тов. Ленину"16. Далее приводилась всё та же злополучная телеграмма.
Донесение завершалось указанием на "пособников" Сытина: "Этому Сытину начальник Центрального архива Красной армии [М.И.] Соколов поручил подобрать документы по обороне Царицына и написать статью к 20-летию РККА17.
Это было известно начальнику отделения военно-исторического отдела Генерального штаба РККА Смирнову (ныне исключенному из ВКП(б)), но он ничего не предпринял для отстранения Сытина от этой работы"18.
Попал в жернова
На следующий день, 4 февраля, в "Красной звезде" вышла статья А. Кораблева "Бои у Бекетовки", в которой живописалась героическая оборона Царицына в 1918 г. во главе со Сталиным, бичевался "иуда Троцкий", а о Сытине говорилось как о "ставленнике" последнего, который "не только не организовал оперативной помощи [Царицыну], но и перестал сообщать в Царицын об обстановке у соседей"19, что позволило белым прорваться на подступы к Царицыну.
В ответ Сытин составил письмо на имя начальника издательства "Красная звезда" и возмущался, что "автор т. Кораблев позволил себе навесить на мое честное, преданное советской власти имя позорный, грязный ярлык ставленника предателя Троцкого.
Читайте также:
Найден подлинник мемуаров дочери Сталина - там есть намек на его убийство
Я глубоко возмущен этим по меньшей мере легкомысленным поступком Вашего автора, который, не имея веских основательных доказательств, позволил меня ошельмовать в печати. Если бы я был действительный ставленник иуды-предателя Троцкого, то наверно меня наш любимый железный нарком тов. Ворошилов не назначил бы меня (так в тексте - Авт.) в 1927 г. приказом № 161 для особо важных поручений при РВС СССР.
Если бы я был ставленником врага народа Троцкого, я бы не был награжден лично тов. Ворошиловым высшей категорией начсостава К-13 и не получил бы персональной пенсии Наркомата обороны СССР.
Я прошу полной реабилитации моего честного имени в ближайших номерах Вашей уважаемой газеты"20. К письму прилагалось предметное опровержение. Было ли это письмо отправлено - неизвестно. Но после обнаружения агентурного донесения становится понятно, что статья в газете не была случайностью.
Начальнику Центрального архива Красной армии бригадному комиссару М.И. Соколову Сытин писал 5 февраля, что "в последнее время в нашей повседневной печати... напечатаны статьи, в которых проявлена предумышленная тенденция опорочить мое доброе имя"21. Павел Павлович называл упреки в том, что он ставленник Троцкого, оскорбительными и просил назначить доверенное лицо обследовать его деятельность как командующего фронтом "и тем обеспечить мне возможность привлечь к ответственности зарвавшегося клеветника"22. Обследовать события 1918 г., чтобы опровергнуть Сталина, никто не собирался, а вот опальному военспецу в тот же день пришлось уволиться "по собственному желанию".
Сытин обращался к наркому К.Е. Ворошилову, его заместителю армейскому комиссару Е.А. Щаденко и начальнику 2-го отделения управления начсостава РККА интенданту 2-го ранга Чеканову с просьбой о заступничестве и защите. Играя по навязанным эпохой правилам, Сытин указывал, что возмущен ситуацией, а ранее уже пострадал от "врагов народа" и "предателей", видных советских военных деятелей Б.М. Фельдмана и Я.Б. Гамарника (первый уже был расстрелян, а второй покончил с собой)23]. В письме Щаденко он ссылался на "слова нашего Великого Вождя и Учителя тов. Сталина, который 5.3.37 сказал: "Нельзя причислять к японо-германским агентам троцкизма тех, которые имели случай пройти по улице, по которой когда-то проходил троцкист""24.
Читайте также:
Загадка 1919 года: кто из красных командиров освободил Пермь от белогвардейцев
Но политическая мимикрия не помогла. Уже 27 февраля Сытин был арестован, а еще через полгода, 22 августа того же года, расстрелян (примерно месяцем ранее был расстрелян и поддержавший Сытина в 1918-м И.И. Вацетис). На казнь Сытина отправили лично И.В. Сталин и В.М. Молотов, подписавшие 20 августа 1938 г. список № 2 бывших военных работников, подлежавших суду Военной коллегии Верховного суда СССР, в котором значились 208 человек, которых предписывалось осудить по 1-й категории (расстрел)25. Военной коллегии оставалось вынести заранее известный приговор по обвинению в участии в "контрреволюционной организации". Прах одного из создателей РККА был захоронен в Коммунарке Московской области. Супруга Сытина после этого заболела и умерла, а дочь, работавшую медсестрой, уволили, лишив права на пенсию. В 1957 г. Сытина реабилитировали за отсутствием состава преступления.
Эта история оставляет вопросы, требующие ответов. Можно ли считать гибель Сытина личной местью Сталина? Думается, нет, ведь он не пострадал в первую волну репрессий против военных в начале 1930-х гг., а в 1938-м оказался в числе многих жертв. Мог ли бывший генерал уцелеть, не случись конфликта осени 1918 г.? Возможно. Однако в жестоких реалиях Большого террора политическая актуализация событий двадцатилетней давности обрекала Павла Павловича на смерть.
- 1. РГВА. Ф. 3. Оп. 1. Д. 57. Л. 180-180 об.
- 2. На самом деле А.И. Деникин и П.П. Сытин вместе учились в Киевском пехотном юнкерском училище и в Николаевской академии Генерального штаба.
- 3. Черноморцев А. Подвойский, Сытин и другие // Донская волна. 1919. 17.02 [02.03]. N 8 (36). С. 10.
- 4. Центральный исторический архив Грузии. Ф. 1874. Оп. 1. Д. 1. Л. 123; Д. 2. Л. 27. Подробнее см.: Ганин А.В. От военпреда товарища Сытина. Советская военная разведка в Грузии о Белом Крыме // Родина. 2014. N 5. С. 132-135; Его же. Советская военная разведка в Грузии в 1920-1921 годах. Миссия Павла Сытина // Государственное управление. Электронный вестник. 2014. N 43. Апрель. С. 207-251.
- 5. РГВА. Ф. 37976. Оп. 1. Д. 85. Л. 15, 63 об.
- 6. Подробнее см.: Носович А.Л. Белый агент в Красной армии: Воспоминания, документы, статьи / под ред. А.В. Ганина. М.; СПб., 2021; Ганин А.В. Белый агент при Сталине. Жизнь и борьба генерала Носовича. М., 2022.
- 7. РГВА. Ф. 6. Оп. 4. Д. 894. Л. 10.
- 8. Сталин И.В. Труды. М., 2017. Т. 10. С. 128.
- 9. Там же. С. 126-127.
- 10. РГВА. Ф. 1. Оп. 4. Д. 30. Л. 7.
- 11. РГВА. Ф. 5. Оп. 1. Д. 148. Л. 53.
- 12. Правда. 1935. 03.01. N 3 (6249). С. 1.
- 13. Архив правнука П.П. Сытина А.Б. Попова-Гогунцова.
- 14. РГВА. Ф. 37976. Оп. 1. Д. 85. Л. 70.
- 15. Ныне - Российский государственный военный архив.
- 16. Центральный архив Федеральной службы безопасности России (ЦА ФСБ). Ф. 3. Оп. 5. Д. 1369. Л. 58. Благодарю Н.В. Петрова за указание на этот источник.
- 17. Отмечалось в начале 1938 г.
- 18. ЦА ФСБ. Ф. 3. Оп. 5. Д. 1369. Л. 58.
- 19. Кораблев А. Бои у Бекетовки // Красная звезда. 1938. N 28 (3878). 04.02. С. 3.
- 20. Архив А.Б. Попова-Гогунцова.
- 21. Там же.
- 22. Там же.
- 23. РГВА. Ф. 37976. Оп. 1. Д. 85. Л. 73.
- 24. Архив А.Б. Попова-Гогунцова.
- 25. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 417. Л. 244.
Автор: Андрей Ганин