С Первомаем, друзья! Пока вы открываете дачный сезон, мы тут покопались в истории и выяснили, что главный пролетарский праздник родился не в Кремле, а из крови и баррикад Чикаго. И у него есть тёмная сторона, о которой в советских учебниках писали скупо. 1 мая 1886 года около 40 тысяч человек вышли на улицы Чикаго. Они требовали не денег, а времени — восьмичасовой рабочий день, два выходных в неделю и запрет детского труда. Тогда 15-часовая смена считалась нормой. Полиция попыталась разогнать толпу, кто-то швырнул бомбу, и грянула Хеймаркетская бойня. Погибли полицейские, были убиты демонстранты. Восьмерых активистов арестовали, четверых казнили, хотя улики были, мягко говоря, шаткими. Но кровь не погасила протест, а разожгла его. Уже через три года, в 1889-м, Второй Интернационал объявил 1 мая Международным днём трудящихся — в знак солидарности с теми, кто полег на Хеймаркет. Так американская трагедия стала нашим праздником. В Российскую империю традиция пришла быстро. В 1890-м в Ва