У нас на чердаке всегда был "волшебный" чемодан. Такой удивительный, бежевый с коричневым узором, покосившийся так, что крышка плохо закрывалась, и чемодан как будто всегда ухмылялся. Волшебный он был потому, что там лежали старые рубашки моего деда, которого я не помню, и платья молодости моей бабушки, и сарафаны детства и юности моей мамы, там были рубашки с длинными углами воротников, в которых модничал папа, когда меня еще не было на свете.
На чердак забирались по высокой приставной лестнице, потом закидывали ногу на широченное темно-коричневое от времени бревно, и через него переваливались внутрь. Я знала, что спускаться будет гораздо страшнее, чем забираться туда (я боялась спускаться с крутых лестниц, и до сих пор боюсь), но любопытство и интерес пересиливали страх, и я лезла все равно, с бьющимся заранее сердцем.
Чердак пах пыльными опилками, солнцем, луковой шелухой и тем почти осязаемым духом старого дома, который не могу забыть до сих пор. В падавших из маленького чердачного окна солнечных лучах кружились пылинки, похожие на золотые блестки какой-нибудь феи. Каким-то удивительным образом становились неслышными звуки улицы и двора, зато очень отчетливо различались топот воробьев по крыше, писк птенцов и жужжание огромной случайно залетевшей мухи. Я открывала чемодан и, по очереди или одновременно, наряжалась во все вещи подряд.
Не помню точно когда, но больше 20-ти лет назад я выпросила у мамы в собственность содержимое чердачного чемодана, на котором тренировалась шить и перешивать вещи. Примерно тогда мы переехали в новый дом, и я теперь жалею, что не было у нас тогда фотоаппарата, которым можно было бы сделать цветные снимки старого чердака...
Тогда же, будучи еще почти ребенком, я начала собирать кусочки для настоящего лоскутного одеяла. Сделала из картона выкройки квадрата 10х10 см и треугольника с такими же катетами, и вырезала по ним все попавшиеся лоскутки: как от новых тканей, так и от пострадавших от моих портновских экспериментов "винтажных" вещей. Еще нарисовала на листке в клеточку чертеж-схему одеяла и, при поступлении новых лоскуточков, закрашивала соответствующее количество клеточек (чтобы был виден прогресс).
Квадратики и треугольнички хранились в коробке из под туфель, когда я вышла замуж - забрала коробку с собой. Когда время выдавалось, сшивала треугольнички в квадратики, разглаживала их и складывала опять в коробку.
Не прошло и 20 лет))), как я, наконец, насобирала достаточное количество квадратиков (мне еще свекровь помогла тряпочками) и сшила одеяло для сына.
Я не использовала никаких способов "ускоренной сборки квадратов", а собирала отдельно каждый лоскуток. Сначала в ряды, а потом сшивала ряды между собой. Оно не годится на выставку, им даже как-то неловко хвастаться. Зато каждый квадратик - это история.
Вот этот коричневый в клетку - это шерстяная юбка моей мамы, а фланелевые синие в клеточку - папины домашние рубашки. Синий в ромашку хлопок (как я сходила с ума по этой ткани!) я в девятом классе выпросила у мамы, чтобы сшить на трудах платье с безумным вырезом "а-ля Кармен", но так его и не носила (плохо получилось). Черный с желтыми цветами синтетический квадратик - от маминого халатика, а красный с горохом - от штапельного сарафанчика (ммм, какой он был мягкий), есть там лоскутки от детских пижамок моих и брата, и от дедовых рубашек. Есть лоскутки шелковые, ситцевые, шерстяные, сатиновые и синтетические. Одеялко на синтепоне с х/б подкладом. Стежку не делала, отстрочила только край (на последнем фото видно изнанку).
Мой сын был уже не малыш, но иногда я все-таки приходила уложить его спать, и он спрашивал: "а это от чего квадратик? а этот?" - и я рассказывала историю, что делал его дедушка в этой рубашке, или куда ходил прадедушка в этом костюме. Это делает ближе людей, которых уже нет, и которых мы уже не увидим. И мне кажется, эти лоскутки оберегают и хранят моего ребенка, когда он спит...