1. Цения и Ярил
— Ты готова? — спросил Ярил. Его голос был низким, тяжёлым, как раскалённая лава.
— Нет, — ответила Цения. — Но это не важно. Мы не в силах что-то изменить. Мы можем только принять и пережить.
Они разговаривали так уже три тысячи лет. Иногда короткими фразами, иногда долгими изматывающими диалогами. Цения волновалась, дышала глубже обычного. Ярил вспыхивал, потом успокаивался и согревал Цению своим ровным теплом. Последние годы они постоянно говорили о переходе.
Они оба знали: переход предопределён. И его время вот-вот наступит.
— Не отвлекайся, — сказал Ярил. — У нас мало времени.
— Я не отвлекаюсь. Я прощаюсь.
Каждый раз готовясь к переходу она прощалась с собой. Перестраивала внутренние слои, выравнивала потоки, проверяла прочность связей и оплакивала себя.
Время пришло.
— Параметры в норме? — спросил Ярил.
— Да. Всё стабильно.
— Твой внутренний ритм?
— Чуть учащён. Но в допустимых пределах.
— я тоже в норме.
Цения вздохнула. Её поверхность колыхнулась, где-то в глубине родилась слабая дрожь.
— Я волнуюсь, — призналась она.
— Я знаю. Всё будет хорошо. Так, как всегда.
2. Заседание
В конференц-зале было душно. Официальная часть для прессы и широкой общественности завершилась четыре часа назад. Остался самый важный, закрытый раунд переговоров мировых элит по вопросам климата.
— Господа, у нас есть не более ста пятидесяти лет. Ледники тают, вулканы просыпаются, солнечная активность растёт. Рельеф меняется стремительно. Количество природных катаклизмов достигло максимума. Мы должны решить, кому достанутся территории.
— Территории? — переспросил представитель одной из стран. — Мы должны решить, какие народы достойны жить дальше.
По залу пробежал шёпот, потом аплодисменты.
Они обсуждали квоты, технологии, изоляцию, защитные купола. Строили модели, делили материки, договаривались о союзах. Заслушали итоговый доклад ведущих специалистов-климатологов. Он закончился фразой:
— Без паники. Мы успеем. У нас почти полтора века.
Времени было достаточно, чтобы всё подготовить.
Они были уверены в этом.
3. Цения и Ярил
— Осталось Три часа сорок семь минут, — сказал Ярил.
— Знаю.
— Ты дрожишь.
— Это ветер.
— Ветра здесь нет.
Цения молчала. Она думала о том, что оставит позади. Океаны, которые она так долго наполняла. Горные цепи, которые поднимала с таким трудом, зелёные холмы и заливные луга. Всё это было её телом, её памятью.
Это был не первый переход, но всегда было трудно. Трудно представить, какой ты будешь после. Какой будет твоя поверхность: будешь ли ты покрыта огромными пустынями или вечнозелёными лесами, а может, ты станешь планетой, где великие горы тянут вверх свои вершины и нет ни капли воды, или планетой, сплошь покрытой океанами. Они не знали.
— Ты будешь со мной? — спросила Цения. — Вдруг ты не захочешь быть рядом после перехода?
— Я буду всегда с тобой. Не переживай. Мы не первый раз проходим через это.
— Да, это правда, я зря переживаю. Скоро всё закончится, и мы изменим орбиту и станем другими. Тысячи лет будем любоваться и узнавать друг друга заново.
— Три часа ровно, — прошептала она.
Ярил, которого люди почему-то называли Солнцем, и Цения, которую люди называли Землёй, готовились к последнему повороту перед переходом. Они понятия не имели о существовании какого-то микромира на своей поверхности. Они жили своей жизнью.
4. Цари природы
Заседание закончилось. Документы подписаны, территории распределены, союзы закреплены. Глава комиссии улыбался в камеры:
— Мы сделали это. Мы решили все спорные вопросы, у нас есть чёткий план, мировой порядок под нашим контролем.
Вертолёты и лимузины развозили участников по домам. Довольные, уверенные, они верили, что у них есть ещё сто пятьдесят лет. Что можно успеть вырастить и обеспечить детей, внуков и подарить им власть над этим миром.
Один из царей, сидя в машине, посмотрел на часы и подумал: «какая тишина вокруг, наверное после шума заседания так. До полуночи ещё далеко. Успею заехать в пару интересных мест»
Но он уже не успевал.
Просто у кого-то были другие планы.