Зовут её Алиса. Ей 19. Она учится на переводчика и снимает комнату в общаге. У неё есть кот по кличке Туман — огромный полуслепой мейн-кун, который пережил её ещё с детства.
Проблема Алисы не в дверях. Проблема Алисы — в мобильном приложении.
Однажды вечером она листала ленту и наткнулась на рекламу: «DogScan — узнай, какая порода собаки живет в твоем друге!». Глупость, конечно. Алиса засмеялась и ради прикола навела камеру на Тумана.
Приложение написало: «Золотистый ретривер. Процент совпадения: 4%.»
Смешно, но не точно. Она навела камеру на себя.
Экран мигнул. Из динамика вырвался звук — не писк, не вибрация. Это был вдох. Чужой, влажный, сделанный легкими, которых не существует. И на дисплее высветилось:
«Обнаружено неопознанное биологическое тело. Рекомендуем немедленную дезинфекцию помещения. Процент совпадения с человеком: 83%.»
83%. Не 100. Алиса подумала, что это глюк. Удалила приложение. Легла спать. И во сне впервые в жизни услышала, как под кроватью скребутся. Не мышка — тяжелое, мускулистое, большое.
На следующее утро Туман смотрел на неё с подоконника. Его зрачки расширились до предела. Кот пятился, прижимал уши и шипел. На неё. На хозяйку, которую обожал 11 лет.
Она скачала приложение снова. Навела на Тумана.
На этот раз приложение не врало. На весь экран горело красным: «Обнаружена домашняя кошка (Felis catus). Тело деформировано паразитом. Рекомендуем усыпление.»
Алиса не поняла. Тело деформировано? Туман выглядел нормально. Но когда он зевнул… ей показалось, что у него в пасти слишком много зубов. И все они растут не из десен — из языка.
В ту ночь она не спала. Сидела с ножом и смотрела на кота. Кот лежал на её подушке свернувшись, и его бок мерно вздымался. В три часа ночи он перестал дышать.
Нет. Не перестал. Он сделал вдох — и на выдохе его шкура лопнула вдоль позвоночника. Как переспелый фрукт. Оттуда, из разреза, полезло другое. Сначала показалась кисть — человеческая, но без ногтей, с длинными, перепончатыми пальцами. Потом плечо. Потом лицо.
Лицо было лицом Алисы. Но не тем, что сейчас — а тем, что будет через 30 лет. Старая, измученная, с бельмом на глазу и ссадинами от намордника. Оно улыбнулось. Кожаная перепонка между пальцами скользнула по щеке Алисы.
— Приложение не врет, — сказало существо голосом её будущей смерти. — Ты только на 83% человек. Остальные 17% — это я. Я ждала, когда кот перестанет тебя защищать.
Туман (вернее, то, что от него осталось) лежал на подушке плоской, пустой шкурой, похожей на выдавленный тюбик пасты. Всё его мясо ушло на то, чтобы родить эту тварь.
Алиса ударила ножом. Лезвие вошло в плечо существа — и из раны хлынули не кровь, а мелкие косточки. Фаланги пальцев, зубы мудрости, суставы. Они рассыпались по полу, застучали, заскакали — и начали собираться в новое существо. Маленькое, быстрое, многоногое.
Свет погас. В темноте Алиса слышала только шорох. Много шорохов. И собственное дыхание — влажное, булькающее, похожее на тот самый звук из динамика.
Когда через час включили аварийку, комната была пуста. Ни Алисы, ни кота, ни существа.
Но в телефоне, забытом на подоконнике, всё еще работал «DogScan». Камера смотрела в угол комнаты. На дисплее мигала надпись:
«Обнаружено неопознанное биологическое тело (колония). Рекомендуемый радиус эвакуации — 500 метров. Процент совпадения с человеком: 0%.»
А под кроватью кто-то скребся. Тяжело, по-человечьи, ногтями, которых больше нет.
И тихо, одними губами, без голоса, повторял:
— Мама. Мама. Почему ты не навела камеру на себя снова?