К двум книгам, ставшим для хорошего русского, крымского, евпаторийского писателя Сергея ОВЧАРЕНКО достойным творческим итогом 2024-2025 годов, влекомая целью «Земляки должны знать, какие произведения можно с гордостью поставить на свою книжную полку!», я заинтересованно присматривалась-примерялась пару месяцев. Пока не подоспело спасительное для совести осознание: тесно! Тесно мне в строгих рамках литературной рецензии. Потому что и небольшой по формату, но объёмный по содержанию первый опыт автора в прозе с многообещающим названием «Про зелёную шапочку», выпущенный в Донецке «Издательским домом Анатолия Воронова», и солидный поэтический том «Стихи из глубины души», опубликованный в Симферополе за счёт средств бюджета Республики Крым ИД «СеЖеГа», информационно дополняя друг друга, прямо и недвусмысленно требовали рассматривать их исключительно в свете биографии создателя. Ибо представляют собой оба издания великолепную иллюстрацию того, как малая родина поэта формирует, взращивает, питает его мировоззрение, устои, личность. А поэт, состоявшись, моделирует культурные устои малой родины.
…«Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда!..» — воскликнула однажды великая Ахматова. Но и великие — не всегда истина в последней инстанции. И им можно возразить: «Почему — только «из сора»-то, Анна Андреевна?! Вы сами, проведя несколько юных лет в Евпатории, узнали доподлинно, что компактный, светлый, гостеприимный, колоритный, просоленный морским бризом, романтичный, щедрый на вдохновение для творцов во всех сферах искусства городок этот — далеко не «сор»!».
Ведь именно такой — харизматичной, эксклюзивной, неподражаемой, ироничной и одновременно чопорно-провинциальной — словно изображение на фотобумаге, проявляется наша «маленькая Одесса» на первых же страницах сборника коротеньких юмористических баек-анекдотов. И сразу становится ясно: обязывающий, обкатанный многими мэтрами жанр автор выбрал не случайно. Автор — плоть от плоти хитро запутанных в средневековый клубок, но тенисто-добрых в летний зной улочек, сдержанно-мягкого наката морского прибоя на вечерний пляж, шумного и немного застенчивого многоязычия земляков. А рассказывать о себе, о корнях и почве уместно только так — без самолюбования, с лёгкой ностальгической улыбкой.
Как и довоенные мальчики Бориса Балтера, послевоенный парнишка с улицы Урицкого Серёжка Овчаренко шансы стать бездельником и шалопаем, на которые во все времена богато бытие полной искушений курортной провинции, благополучно упустил. Хотя и святошей не был, и манили огни курзала, куда в сезон каждый вечер спешил на работу отец Георгий Васильевич — музыкант духового оркестра. Как раз об этом —«Курортные истории» и «Байки духового оркестра», две первые главы сборника ярко-смешных, стопроцентно автобиографичных, наполненных мгновенно узнаваемыми пейзажами и ситуациями историй. На особом месте среди которых — пронизанный щемящей грустью мини-рассказ «Девятый» на связь не вышел!». Убедительное подтверждение того, что хулиганистый обладатель искромётного чувства юмора мог вырасти только таким, каким вырос — беззаветно любящим близких, Родину и суть своего народа. Правильным по всем десяти скрижальным заповедям.
Всем соблазнам «лёгкой жизни» стали противовесом орден Красной Звезды и девять боевых медалей бати, прошедшего Великую Отечественную от Киева до Вены (духовный этот опыт сын позже осмыслил в своих книгах «За памятью отца» и «Журавлиное счастье войны»). Основополагающими образцами для подражания выбрал умный парень нежно любимую маму Галину Николаевну, всю жизнь преподававшую в начальных классах, и эталон невероятной силы характера русской женщины — бабушку Клавдию Феодосьевну. Помните, уважаемый читатель, пронзительно-страшную историю о том, как осенью 1941 года, в отчаянной попытке спасти больных костным туберкулезом детей, наш город организовал эвакуацию маленьких пациентов евпаторийских санаториев «Пионер» и им. Н. К. Крупской в курортный посёлок Теберда? Помните, что творили с ними вскоре ворвавшиеся на Кавказ гитлеровцы и их приспешники? Эпизоды Нюрнбергского трибунала не подлежат ведь забвению… Так вот именно учительница-словесник Клавдия Богатырёва, прихватив дочку-подростка, отправилась тогда вместе с тремя медсёстрами и героем-доктором Мироном Зиновьевичем Кесселем сопровождать закованную в гипсовые «панцири» лежачую или с трудом передвигавшуюся на костылях детвору в возрасте от 3 до 15 лет. И была со своими воспитанниками до конца растянувшегося на два года ада — оплакивала расстрелянных и умерщвленных в «газвагене», поддерживала моральный дух в чудом выживших, дождавшихся освобождения…
…Пока везли дорогой битою,
Враги дошли до этих мест,
И дети стали им защитою:
На крыше штаба — красный крест.
.
По этажам сновали писари.
В подвале (пыль и тусклый свет!)
Лежали маленькие рыцари,
Чьи «латы» – гипсовый корсет,
.
Шепча обветренными губками:
— Назло вам, фрицы, будем жить!
Вы нас травили «душегубками»,
Но веру не смогли сломить,
.
Что эту вашу власть облыжную
Ждёт справедливый приговор…
Ребят спасли отряды лыжников —
Они спустились ночью с гор.
.
Вернулись дети в Евпаторию —
В полуразрушенный вокзал…
Их снова ждали санатории
И люди — те, кто их спасал.
.
Они герои все — по совести,
Что справедливей всех наград…
Так позже написала в повести
Одна из выживших девчат.
.
На старом фото — дети. Рядышком,
Возле одной из целых дач —
Медтёти три да мама с бабушкой,
И Кессель — самый главный врач.
Из первых уст узнавал мальчишка реалии исторической правды, не предполагая даже, что однажды зафиксирует их в чеканных строках. Стихотворение «Теберда» — одно из сильнейших у Сергея Овчаренко.
А ещё рядом с ним с рождения была подруга мамы, потрясающая крёстная — одно из звеньев культурного кода Евпатории, обладатель энциклопедических знаний в области мировой литературы вообще и стихотворчества в частности, основатель и отважная «берегиня» городского Клуба любителей поэзии Ада Харитоновна Эренгросс. Формировала из воспитанника тонкого лирика, способного увидеть красоту и гармонию всегда, везде, во всём? Чувствовала врождённый дар и старательно взращивала его? Возможно.
Вот только становиться поэтом, писателем, «инженером человеческих душ» вьюноша Серёжа с младых ногтей точно не мечтал и не стремился.
Шестнадцатилетний паренёк окончил среднюю школу № 3 — ту самую, «с окнами на море», что была изначально мужской гимназией, которую в своё время оканчивал Илья Сельвинский. Не добрав одного балла при поступлении в институт, в евпаторийском сельском профтехучилище получил специальность «электромонтёр сельской электрификации 4 разряда» и пришёл в предприятие «Горсвет». Незабываемым стал первый рабочий день:
«Новая спецовка, холщовая сумка с пассатижами, отвёртками, контролькой и целым кругляшком дефицитной синей изоленты. С лёгким волнением захожу в бытовку бригады, знакомлюсь с бригадиром Лёней, электриками Колей и Тимофеичем, водителем Сашей и с трепетом жду своего первого рабочего задания.
— На велосипеде умеешь? — слышу вопрос. — «Гастроном» у «Южанки» знаешь? Дуй туда! Вот тебе пятёрка, купишь две «Перцовки», хлеба полбуханки, кильки и пачку «Примы». Лётом!
После работы бригада дружно отметила пополнение в составе».
Незабываема и первая, сразу отданная маме зарплата — 33 рубля с копейками. Слёзы мамы: сын стал совсем взрослым!
Но тут подоспел весенний призыв 1972 года…
Служба в армии — особая пора в жизни любого мужчины. И по зарисовкам глав «Армейские байки, или Три недели «губы» и «Весенняя проверка» явственно видно, как, служа сперва в Латвии, затем в Чехословакии, парень мужает, матереет и… вдруг обретает неодолимую потребность складывать слова в рифмованные строки. Именно об этом — не байка даже, а пронизанная светом новелла «За любовь и за стихи» Из разочарования в девчонке, которая не дождалась, из омута «карих с весёлыми зелёными искорками глаз» полковой библиотекарши на последней страничке тетради сержанта Овчаренко по тактике и проклюнулось несмелое, как подснежник:
Среди воной суеты и бесконечных построений
Один в полку оазис вижу я:
Там много книг — и тонких, и толстенных,
Там отдыхает в тишине душа моя…
Предмет платонического восхищения по имени Лена вскоре уехала — её мужа-лейтенанта перевели в другую часть. А стихи — стремление фиксировать душевные порывы в строках — остались с Сергеем Овчаренко навсегда. Хоть и устроил «аншлюс» опытам типа «Болит душа, избитая уставом…» дурак-замполит, который объявил «крамольную» тетрадку, где уже были строчки о маме, о доме, о море, о друзьях-товарищах, запрещённым тогда срочникам «дневником». Хоть и пришлось сержанту, наотрез отказавшемуся тетрадь порвать, отсидеть трое суток под арестом «за невыполнение приказа старшего по званию».
Так и хочется продолжить спор с гением: «Вот, уважаемая Анна Андреевна! А вы говорите: из «сора» стихи растут…».
В конце 1974 года недавно демобилизовавшийся электрослесарь завода «Вымпел» Овчаренко поступил на подготовительное отделение Севастопольского приборостроительного института. Байки разделов «Мы все учились понемногу» и «Шуркины приколы» до сих пор украсили бы любой фестиваль КВН оригинальными репризами «из жизни советского студента». Одни «Матовые стены» — подробная инструкция, как с помощью запрета нецензурщины собрать средства на ремонт комнаты в общежитии, — чего стоят! Михаил Задорнов высоко оценил бы.
Шесть лет спустя Сергею Овчаренко приходится с Евпаторией и Крымом ненадолго расстаться: по распределению он (уже остепенившийся, женившийся на медсестре физиотерапии Татьяне) уезжает в Туркмению — работать в ПО «СредАзТрансГаз» на компрессорной станции газопровода «Средняя Азия — Центр». Но пуповина судьбы оказывается неразрывной: серьёзно заболевает мама — и сын возвращается в родной город. Пять лет служит в Евпаторийском морском порту: сначала мотористом, затем капитан-кранмейстером плавкрана «Ганц-25».
А потом переходит в электромонтажную организацию «ССУ-464». Которой и отдал четверть века, пройдя путь от электромонтажника до заместителя директора. Вот они, эти годы — в сочных картинках, узнаваемых объектах и лицах главы «Мы строили наш дом, строили…». Три школы (№ 14, 15 и 16), несколько детских садов, новые линии трамвая, хирургический корпус горбольницы и блок «Б» завода «Вымпел», два санатория, насосные станции, несколько десятков многоквартирных домов строились порой с такими приключениями и курьёзами, что без параллелей с литературной классикой («Аннушка сейчас подойдёт!»), вспоминая, ну никак было не обойтись…
Но тонкая душевная организация инженера-проектировщика (официально оформив пенсию в 2009 году, Сергей Георгиевич начал работать в проектной организации и проектными работами занимается до сих пор) требовала и иных его контактов с миром. Не случайно же почти сорокалетний отец семейства однажды нашёл свою армейскую тетрадку со стихами, заведённую взамен экспроприированной замполитом, захотел переписать, отшлифовать себя двадцатилетнего. И… навсегда погрузился в основное своё предназначение, в более чем серьёзную работу — литературную деятельность.
Как вывозил одновременно два воза — трудовой и творческий — знают лишь он сам да Господь. Писательство ведь — занятие не для слабаков и не для бездельников-тунеядцев. Только дилетант в этой сфере пожмёт плечами на хрестоматийное у Маяковского: «…Изводишь единого слова ради тысячи тонн словесной руды». Или усмехнётся на признание тоже Владимира, но Высоцкого: «Если на две чаши весов бросить… На одну чашу всё, что делаю помимо песни (кино, театр, выступления, радио, телевидение и так далее), а на другую — только работу над песнями, то, думаю, песня перевесит. Потому что она всё время с тобой живёт, не дает возможности спокойно, так сказать, откинувшись где-нибудь, отдыхать. Она всё время тебя гложет, пока ты её не напишешь…». В отличие от многих праздношатающихся по литературным нивам «стихослагателей», что беспечно отмахиваются от критики их корявых виршей: «Я — творец, я так вижу!», Сергей Овчаренко тоже пахал. Как шахтёр в забое или гребец на галере. Лексически, стилистически, логически выверяя каждую строку. И это в ритме быта, когда на стихи оставался лишь двадцать пятый час суток.
Вехи пути уже признанного Мастера— впечатляют.
Официально обозначив 1993 год началом стажа в литературе, шесть лет спустя Сергей Овчаренко принял эстафету у своей крёстной, возглавив Евпаторийский клуб любителей поэзии. С 2000 года он — один из первых членов Союза русских, украинских и белорусских писателей АРК. С 2002 года — член Международного содружества писательских союзов (МСПС), которое возглавлял тогда подписавший членский билет крымчанина старейшина писательского цеха Советского Союза и России Сергей Михалков. С 2009-го (ещё глубоко украинского!) года Сергей Георгиевич — член Союза писателей России.
Две трети из 14 изданных им книг — о родном городе. Неиссякаемом источнике вдохновения и неизбывной первой любви. Словно в зеркале может любоваться собой южная красавица Евпатория, скользя взглядом по строфам «Сказок улицы Урицкого», «Двух городов», «Старых дворов», «Ночи колдовства», сборников ««Зимнее. Весеннее. Летнее. Осеннее», «Альбом листая фотографий старых». «Это чудо моё – Евпатория!..». Стихи — изящные, но с чётко просматривающимся мужским характером — мгновенно вызывают ассоциацию и с искренностью легендарного дореволюционного городского головы Семёна Эзровича Дувана («Вместе с вами я люблю Евпаторию, люблю так горячо, как только можно любить родину…»), и с завещанием не менее уважаемого горожанами первого секретаря горкома компартии Валентина Васильевича Петунова: «Любите Евпаторию — древнюю и прекрасную. Делайте всё, чтобы она стала лучше и краше».
Сергей Овчаренко — делал и делает. Инженер-строитель строит ещё и нравственно-патриотический дух города. За 30 с лишним лет в периодических изданиях и коллективных сборниках, выходивших в Крыму, России, Беларуси, на добандеровской Украине, в Германии, Израиле, Австралии, Великобритании опубликовано свыше 500 его стихотворений о «благословенной Керкинитиде» и «сказочной Тавриде». Проведено восемь сотен выступлений перед слушателями — как взрослыми, так и юными, для которых и чудесные детские стихи поэт писал, и семь лет редактировал альманах детского творчества «Солнечный зайчик» Сергей Георгиевич — учредитель и организатор Международного фестиваля «Поэтический маршрут. Трамвайчик №…», которому уже 17 лет и который в 2023 году решением правления Союза писателей России стал лауреатом премии «Слово-23». Сергей Георгиевич — учредитель Евпаторийского культурно-просветительского общества им. А. Ахматовой, член Дувановского и Балтеровского комитетов в г. Евпатория, член Общественного совета горотдела МВД РФ по Евпатории.
Скромный до тщательно скрываемой застенчивости, дипломант 2-го Международного Волошинского конкурса лауреат премии им. С. Э. Дувана, обладатель 1 премии Международного конкурса «Лира Боспора-2008». лауреат премии АР Крым, лауреат Всероссийской премии им. Н. Гумилева, лауреат премии «Общественное признание-2009», лауреат литературной премии «Славянские традиции» званиями публично не кичится. Наградами — медалями: «2500 лет Евпатории», «Воссоединение Крыма и Севастополя с Россией», «Николай Рубцов», «5 лет воссоединению Крыма и Севастополя с Россией», «80 лет освобождения Крыма и Севастополя» — на всех перекрёстках, как иные собратья по перу, не бряцает.
Зато, если судит, то — справедливо, честно, непредвзято. И его постоянно приглашают в жюри поэтических конкурсов «Лира Боспора», «Черноморские рифмы», «Ялос», «Вишнёвый сад», «Крымский первоцвет».
Зато, если дружит, то щедро. Защищая, поддерживая, продвигая соратников. И творческие проекты с друзьями получаются многогранными, взаимодополняющими. Такими, как фото-поэтические альбомы «Евпаторийские времена года» и «Так, видимо, угодно было Богу…», опубликованные совместно с поэтом Ольгой Бондаренко и фотохудожником Александром Кустовским, художественно-поэтический альбом «О Евпатории с любовью!», изданный совместно с художником Олегом Нарыковым, сборник «Нить памяти», выпущенный совместно с начальником Евпаторийского санатория Министерства обороны РФ им. Е. Глинки Юрием Пономаренко…
Впрочем, абсолютно все качества характера поэта и человека Сергея Овчаренко можно «считать» и со страниц главной на данный момент его книги — «Стихи из глубины души».
«Каждое стихотворение Сергея Овчаренко — это маленькая кинематографическая новелла, наполненная хорошо улавливаемым настроением, живыми персонажами, осязаемым воздухом и легкой и светлой ностальгией... Его стихи восстанавливают, материализуют, оживляют и одухотворяют ушедшую эпоху так, как не сможет никакой самый добросовестный, точный и детальный исторический документ. Их населяют не отвлеченные «лирические герои», а реальные и живые современники... Ими можно было бы «заселить» целую городскую улицу», — предваряют серьёзный, на полтысячи страниц, том слова тоже знакового евпаторийца, писателя, литературоведа, лауреата международных премий Евгения Никифорова.
Сам Сергей Овчаренко — в каждом «кадре». Разделы «Сказки улицы Урицкого» и «Пройдёмся, друг, по юности…» — картинки детства, отрочества, весны жизни, первых больших потерь… Раздел «Незнакомке» — о самом сокровенном. Раздел «Поэтам» — виртуальные беседы с теми, кто стал для него эталоном. «Мне не забыть», «Нить памяти», «Возвращение домой», «СВОих не бросаем» — потрясающая хронология мыслей, чувств, переживаний, связавших в сознании Великую Отечественную, Русскую весну-2014, СВО…И снова, словно живая вода на сердца читателей, в разделах «Города прекрасней нет для меня…», «Крым наш», «Крым. Круглый год» — настоящие увлекательные экскурсии по Евпатории и полуострову, строгие классические поэтические формы, яркие, запоминающиеся оригинальные образы.
А апофеозом всему — «Ода Крыму». Безусловно, лучший вариант гимна нашей перевернувшей основы миропорядка республики.
Крым наш — источник божественной силы,
Крым — это мудрый и дружный народ,
Крым наш навечно вернулся в Россию,
Смело нарушив истории ход.
.
Припев :
Крым наш един, неотделим,
Памятью предков и Богом храним!
Непобедим, неповторим,
Славься в веках благодатный наш Крым!
.
Крым — это степи, долины и горы,
Древней Тавриды хранящие код,
Крым — это пляжи и Чёрное море,
Лист виноградный на зеркале вод.
.
Припев.
.
Крым — неразрывная связь поколений –
Нежно страной и народом любим,
Крым как восторг, торжество, как знаменье,
Орден жемчужный — Республика Крым.
.
Припев:
Крым наш един, неотделим,
Памятью предков и Богом храним!
Непобедим, неповторим,
Славься в веках благодатный наш Крым!
Славься в веках!
Славься в веках!
Славься в веках благодатный наш Крым!
Что ж, уважаемый читатель, многие города нашей страны могут гордиться тем, что стали малой родиной поэтов. У Евпатории тоже есть свой Поэт.
Татьяна ДУГИЛЬ,
член Союза журналистов России и Союза писателей России.