За 400 лет до нашей эры греческий скульптор Леохар создал бронзовую статую бога Аполлона, только что выпустившего стрелу из лука. Сам оригинал был утрачен, но во II веке появилась его римская копия — мраморный юноша с колчаном за спиной и идеальными пропорциями тела.
Большую часть своей истории эта скульптура считалась абсолютным эталоном мужской красоты. Ее называли вершиной античного искусства, синонимом эстетического совершенства. Эту славу статуе обеспечила фигура, которую можно назвать главным «промоутером» античности в Новое время.
Как скульптура стала иконой
В 1506 году статую нашли на руинах виллы римского императора Нерона. Аккурат в разгар эпохи Возрождения статуя попала в коллекцию папы Юлия II. Ее установили в Бельведере — одном из зданий Ватиканского дворца, что в переводе означает «прекрасный вид». Расположение подарило шедевру его знаменитое имя.
Решающий вклад в славу «Аполлона» внес немецкий ученый XVIII века Иоганн Иоахим Винкельман. Он назвал статую «высшим идеалом искусства среди всех произведений, сохранившихся от древности». Винкельман восхищался в ней «благородной простотой и спокойным величием». Эта формулировка стала девизом для классицизма — целой эпохи в искусстве. Его современник Шопенгауэр называл Аполлона Бельведерского высшей ступенью человеческого преимущества, а голова бога муз казалась ему «вполне отрешенной от тела».
Приговор через 400 лет
Но к XIX веку зенит славы Аполлона остался позади. Новое поколение творцов начало бунтовать против слишком правильной, почти застывшей красоты. В то время как классицизм требовал гармонии и ясности, новая эпоха искала эмоции, мятеж и даже намеренную неправильность. Идеалы романтиков шли вразрез с безмятежным совершенством античного бога.
Родилась легенда, что Аполлон Бельведерский настолько надоел художникам, что они буквально раскололи гипсовые слепки с него и пустили их в дело. Историк Дмитрий Самин писал об этом так: мол, набрав полный карман этих «осколков», художники швыряли их в учеников, крича: «Нате вам вашего Аполлона!» Возможно, это лишь метафора, но она идеально передает усталость от «правильного» искусства.
Вот как известный критик-романтик Уильям Хэзлитт отозвался о статуе, которую боготворили еще недавно:
«На Аполлона Бельведерского положительно противно смотреть, какой-то театральный франт с плохими пропорциями...»
На смену античным канонам пришли «Дискобол», Венера Милосская или Лаокоон — статуи с драматичными сюжетами и мощной энергетикой, которые стали отвечать современным потребностями в эмоциональном искусстве.
Что осталось сегодня
Сегодня «Аполлон Бельведерский» все еще занимает почетное место в музее Пио-Клементино Ватикана. Его значение для истории искусства огромно — он, как и любая культовая вещь, прекрасно отражает свой контекст. Вспомните, как стремительно меняются идеалы в современном мире: еще вчера пышнотелые красотки считались эталоном, а сегодня популярны модели «бегемотик». Идеалы меняются всегда и везде — так почему это должно было миновать скульптуру?
Вы можете сами оценить «скучность» этого произведения, найдя его изображение в сети. Скорее всего, вы увидите не «театрального франта», а гармоничного и прекрасного античного бога, который и правда мог вдохновлять поэтов и художников веками.