Основа развития цивилизации, во всяком случае европейской – обмен пространства на время или скорее наоборот. Довольно рано появились средства для более выгодного обмена. Лошади и верблюды, а на реках – плоты и лодки. Позже появились механические средства – поезда и корабли. Возникла отдельная категория людей – путешественники. Они занимались только обменом своего времени на пространство. Чем более совершенные и скоростные средства появлялись, тем больше пространства оказывалось доступно. Массовое использование этих средств привело к тому, что пространство стало кончаться. Преодолев много препятствий, претерпев лишения и трудности, в конце пути можно встретить не открытие, а стол, покрытый красной скатертью и духовой оркестр даже на вершине Эльбруса.
Оказывается, это была просто дорога и все трудности были дорожными. Раз пройденное пространство становится дорогой подобно потери девственности. Для того, чтобы опять придать перемещению в пространстве функцию пути, необходимо дополнительные обременения. В Иерусалим ходили не просто пешком, а надевали вериги. Или весь путь проводили на коленях, а еду просили в дороге.
Само путешествие определяется постоянно сменяющимися картинками вокруг или за окнами. Поэтому человек, летающий самолетом не может считаться путешественником - картинка за окном практически не меняется. А вот где картинки постоянно меняются, так это в телефоне. В метро таких путешественников полно.
Настоящий путешественник ездит поездом. Его истинность подтверждают вареная курица и крутое яйцо. Экзистенциальный вопрос – что было в начале – решается практикой. Подобно тому, как в бане решают, что в начале надевать – майку или трусы.
А вот путешествующий в пост может спокойно есть, так как его время занято пространством, и он выключен из обыденности.