Весной наши леса и степи расцвечиваются нежными красками первоцветов. В дикой природе Самарской губернии ботаники насчитывают десятки видов раннецветущих растений. Однако то, что радует глаз, для экологов – повод для серьезной тревоги. Хотя отдельные виды пока сохраняют устойчивые популяции, значительная часть флоры оказалась на грани выживания и требует немедленной охраны.
Главная беда, как ни парадоксально, не изменение климата и не пожары, а людская тяга к прекрасному. «К сожалению, именно красота и раннее цветение делают эти растения особенно уязвимыми. Главный лимитирующий фактор – это массовый сбор на букеты, когда вырываются целые популяции, иногда даже вместе с луковицами», – комментирует ситуацию кандидат биологических наук, доцент Самарского государственного социально-педагогического университета Валентина Ильина.
Эксперт поясняет: многие первоцветы размножаются исключительно семенами. С точки зрения биологии, каждый сорванный венчик – это несостоявшееся потомство, убитый росток новой жизни. К этому добавляются и косвенные потери: «Срывая цветки, человек не только наносит вред растению, но и лишает кормовой базы проснувшихся шмелей, пчел и других насекомых-опылителей, для которых первоцветы являются единственным источником пищи ранней весной», – добавила Валентина Ильина.
В министерстве природных ресурсов и экологии Самарской области подчеркивают: спрос рождает предложение. Именно желание горожан купить первый весенний букетик толкает браконьеров уничтожать краснокнижные виды. В региональную Красную книгу занесены прострел раскрытый (сон-трава) и прострел луговой, желтоцвет весенний и волжский (известные как горицвет или адонис), ветреницы алтайская и волжская, рябчик русский, тюльпаны Биберштейна и Шренка, а также ирис (касатик) низкий, сибирский, солелюбивый и безлистный. К слову, настоящих подснежников (галантус) в самарской дикой природе нет – так в народе ошибочно называют почти все ранние цветы.
При участии ученых Самарского университета и Самарского ботанического сада запущена программа реинтродукции – то есть возвращения исчезающих видов в родную среду. Специалисты отбирают образцы, выращивают в питомниках и затем высаживают на особо охраняемых природных территориях.
Яркий триумф этой кропотливой работы – пион тонколистный, тот самый аленький цветочек из сказки. В первом издании Красной книги Самарской области (2007 год) он значился как полностью исчезнувший вид. Благодаря усилиям биологов, поднявших популяцию с 1994 года, растение удалось вернуть в природу. Ко второму изданию (2017 год) пион тонколистный из списков исключили – выжил.
Однако полагаться лишь на подвиги ученых не стоит. Экологический инспектор минприроды Ольга Мартынова предупреждает: «При поступлении в министерство сведений о причинении вреда растениям, занесенным в Красную книгу Самарской области, эконадзор проверяет их принадлежность к краснокнижным видам и принимает меры по привлечению виновного к административной ответственности». В соответствии со ст. 8.35 КоАП РФ гражданину грозит штраф от 2500 до 5000 рублей с конфискацией орудий добычи. Региональный закон (ст. 8.5) также предусматривает наказание – от 1500 до 2500 рублей.
– Просим жителей быть сознательными и не покупать первоцветы, тем более краснокнижные. Покупая их, человек поощряет незаконный сбор, который ведет к дальнейшему сокращению численности редких растений и их полному исчезновению, – резюмировала Ольга Мартынова.
Кстати
Любопытно, что подснежники, которые так ждут жители губернии, в диком виде у нас не растут вовсе: настоящий род Galanthus предпочитает более влажные и теплые леса Кавказа и Средиземноморья. В Самарской области за подснежники массово принимают пролески, хохлатки и гусиные луки – эти виды не имеют со знаменитым белым цветком никакого ботанического родства.