Глава 139. Торги
Когда связь прервалась, Мария была в шоке. Ей было трудно принять тот факт, что Ренат – единственный человек, к которому она могла обратиться за помощью, предал её. В отчаянии она принялась звонить всем родственникам и знакомым, но те либо не отвечали, либо отказывались помогать под разными предлогами.
Тогда она попыталась связаться с помощником Карима Плотникова.
- Здравствуйте, это Мария Власова. Пожалуйста, передайте господину Плотникову, что…
Но голос в трубке перебил её.
- Господин Плотников в последнее время очень занят. У него нет времени на деловые встречи и вопросы. Приносим свои извинения.
Этот отказ окончательно выбил её из колеи. Она снова набрала номер Плотникова.
- Это Маша! – резким тоном заявила она без предисловий, - И я вам не какая-нибудь попрошайка! Передайте ему, что я единственная, кто может вылечить его ноги, но с одним условием. Я уверена, что он согласиться.
- Госпожа Власова, - спокойно ответил ей помощник Карима, - вы, очевидно, многое пропустили, пока были под следствием. Господин Плотников уже не пользуется даже тростью, и ваши услуги ему больше не требуются. Пожалуйста, больше не беспокойте его.
Мария в недоумении повысила голос.
- Что? Это невозможно! Кто его вылечил? Кто врач?
- Насколько я осведомлён, - сдержанно ответил помощник, - это был кто-то из аптеки «Гиппократ». В последнее время она у всех на слуху.
Мария в шоке уставилась на свой телефон. Однако, она решила не сдаваться, и позвонила ещё двум владельцам небольших компаний, от которых в прошлом отмахнулась, посчитав недостойными себя. Однако, оба с негодованием отказались, едва она заговорила о предложении своих медицинских услуг.
- Госпожа Власова, если бы я до сих пор ждал вас, то уже был бы мёртв!
- Мою болезнь давно вылечили в аптеке «Гиппократ». Вам больше не нужно опускаться до лечения кого-то, вроде меня.
Их слова были подобны пощёчине. После множества отказов Мария вспомнила.
- Аптека «Гиппократ»? Это та мелкая аптека в глухом переулке, убогая забегаловка, где работают дилетанты? Как они могут лечить то, что не под силу даже мне?
Заболевания людей, которым она звонила, были почти неизлечимы, но все они утверждали, что их вылечили в аптеке «Гиппократ».
Мария ввела в поисковую строку название аптеки, и с изумлением поняла, что аптека «Гиппократ» успела прославиться не только в стране, но и во всём мире. Их прямые трансляции били по просмотрам даже показатели больницы №1.
Захудалая аптека, которую Мария когда-то высмеивала, теперь стала сенсацией. Гнев сдавил ей грудь, не давая дышать.
«Но, как этим неудачникам такое удалось? – метались в её голове мысли, - Они просто воспользовались нашими проблемами, чтобы оказаться в центре внимания. Из-за Регины погибли люди, а она всё равно пытается нас затмить!»
Некоторое время спустя Мария снова позвонила Ренату.
На этот раз она согласилась на все его требования, даже на те, которые раньше считала немыслимыми. Однако, у неё было одно условие. Она придёт к нему только после того, как больница будет выкуплена.
Ренат без колебаний согласился, но в его голосе Мария уловила нечто расчётливое.
- Ты уверена, что тебе стоит появляться на аукционе? Не забывай, что люди теперь пристально наблюдают за твоей семьёй. Если ты появишься там, да ещё с такой крупной суммой неизвестного происхождения, то может начаться новое расследование. Лучше доверь это кому-нибудь другому, а сама приезжай ко мне.
В его словах, несмотря на её сомнение, было разумное зерно.
- Хорошо, - согласилась она.
Настал день аукциона, и больница №1 должна была уйти с молотка. Торги начинались с ошеломляющих ста миллионов.
Регина тоже не пошла на аукцион. Вместо себя она наняла посредника, который действовал от её имени, а сами торги она собиралась смотреть в прямом эфире.
В Сапровске было не так много людей, способных выложить такие деньги, чтобы купить больницу. По этой причине на аукцион пришли не более дюжины человек.
Регина устроилась в плетёном кресале посреди своей стеклянной оранжереи, лениво крутя в пальцах кисть. Нанося на холст скупые мазки, она одновременно смотрела прямую трансляцию с аукциона.
Трансляцию вели для удалённых покупателей, обеспечивая им полную конфиденциальность, в то время, как камеры фиксировали всё, происходящее на аукционе.
Взгляд Регины стал пристальнее, когда она заметила в зале Рената. Что же он задумал? Неужели решил возобновить отвратительную торговлю человеческими органами?
Аукционист открыл торги, как и было объявлено, со ста миллионов, увеличивая стоимость лота на миллион за каждую ставку. После нескольких повышений ставок, Ренат внезапно поднял цену до ста двадцати миллионов. Он был готов поднимать цену до ста пятидесяти миллионов, но не больше, иначе был риск разориться.
И вдруг, сидевший неподалёку от него, всего через три ряда впереди, мужчина, представлявший удалённого участника торгов, поднял руку и выкрикнул:
- Двести миллионов!
В зале воцарилась полная тишина. Скачок со ста двадцати миллионов до двухсот ошеломил всех. По залу пополз шорох, а потом перешёптывания. Кто же сделал такой смелый ход?
Ренат застыл. Он не ожидал, что за эту больницу кто-то выложит двести миллионов. Это было намного больше того, сколько он сам был готов заплатить. Судя по ставке, этот участник был настроен решительно. Если продолжить торговаться, то можно не только разозлить этого человека, но и нажить себе врага. Остальные участники, судя по всему, мыслили также.
Наконец, аукционист поднялся, и, в духе старинных торгов, провозгласил.
- Двести миллионов за прекрасную, технически оснащённую современным оборудованием больницу. Кто поднимет ставку? Неужели больше нет желающих?
Двести миллионов – раз…
Двести миллионов – два…
Двести миллионов – три…
Продано!!!
Регина откинулась на спинку кресла, и спокойно отложила в сторону планшет, по которому следила за трансляцией торгов, словно эта сделка для неё ничего не значила. Снова взяв в руку кисть, она несколькими мазками нарисовала птицу на ветке и сделала более контрастными тени вокруг цветов.
И картина словно ожила.
Глава 140. У гениев нет возраста
Лёгкий ветерок пронёсся по тропинке вдоль озера, когда Кирилл Макарович приветствовал своего старого друга. Денис Жайдаков проделал дальний путь из Бейонда. Вместе они бродили возле сверкающей стеклянной оранжереи, и Денис, очарованный шикарным кустом великолепных роз, не смог устоять перед соблазном войти внутрь. Солнечный свет проникал в оранжерею, где среди цветущих растений стояло плетёное кресло, а на мольберте стояла великолепная картина.
- Моя внучка очень любит это место.
При упоминании о Регине глаза Кирилла Макаровича сверкнули весёлыми искрами.
- Она любит проводить здесь время, и, иногда, сочиняет здесь новые мелодии для фортепиано. Ты же помнишь Макара, моего внука? Ей передался этот удивительный музыкальный талант.
С энтузиазмом рассказывая истории о внучке, ради возвращения которой в лоно семьи, он так упорно боролся.
Увлёкшись рассказом, он не заметил, как его друг переместился в центр комнаты, и там замер перед мольбертом. Оглянувшись, Кирилл Макарович заметил восторженный взгляд, с которым Денис рассматривал картину.
- Что привлекло твоё внимание? – улыбнулся он. - Ты знаешь, говорят, если долго стоять неподвижно, то может заболеть спина.
Сомневаясь, можно ли трогать сохнувшее полотно, Денис обессиленно опустился в кресло напротив картины.
- Кирилл, если я правильно тебя понял, эту картину написала твоя внучка?
На лице Осипова промелькнуло удивление. Какое-то время он молча смотрел на друга, который едва сдерживал слёзы, всматривался в картину, будто та таила в себе бесценные секреты.
- Она просто рисует для собственного удовольствия, когда бывает здесь, – пожал он плечами. – Ничего серьёзного. Почему ты так бурно реагируешь?
Пальцы Дениса дрожали, когда он наклонился ближе.
- Кирилл, - с благоговением прошептал он. - Ты понимаешь, что перед тобой? Эти мазки, этот волшебный танец света и красок – это же утраченное мастерство импрессионизма!!!
- Что? – на лице Кирилла отразилось замешательство. Он был далёк от тонкостей изобразительного искусства. Его мир вращался вокруг цифр, и только одно искусство занимало его – искусство переговоров.
- Ты даже не представляешь, что это такое! – с волнением продолжал Денис, вскочив с кресла, – Двадцать лет назад в Эрзале я видел, как картина в таком же стиле ушла с молотка на аукционе за триста двадцать миллионов!
Он едва мог спокойно стоять.
- Где твоя внучка? Мне необходимо немедленно поговорить с ней!
Бросив растерянный взгляд и на картину, и на своего друга, Кирилл Макарович почувствовал растущее недоверие.
- Но она никогда ничего не рассказывала о живописи. Она всегда говорила только о своей любви к музыке, к медицине, и немного о гонках.
Едва он произнёс эти слова, как почувствовал всю абсурдность происходящего. Если верить Денису, то получалось, что Регина обладала талантом во всех сферах. Всё, к чему она прикасалась, становилось совершенством? Но ведь так не бывает!
А в глазах Дениса вспыхнуло пламя зависти.
- Ты, ведь, сейчас не просто хвастаешься, да? Она же вундеркинд во всех областях! Это просто невероятно! Предупреждаю тебя, Кирилл, если я сегодня не встречусь с ней, то всю жизнь буду тебя за это попрекать!
Услышав угрозу друга, старик Осипов открыл рот, собираясь позвать слугу. Однако, прежде он успел это сделать, за открытой дверью послышался стук каблуков, и в оранжерею вошла Регина, держа в руках коробку с красками. Заметив внутри двух мужчин, она остановилась.
- Здравствуйте, - скромно поздоровалась она, - дедушка, представь мне своего друга.
Радостно сверкнув глазами, он представил их друг другу.
- Регина, это Денис Жайдаков, мой дорогой друг из Королевской Академии Искусств Бейонда.
Денис быстрыми шагами преодолел разделявшее их расстояние и, едва переведя дух, спросил.
- Это ты написала эту картину?
Регина бросила недоумённый взгляд на картину и скромно кивнула.
- Я просто нарисовала её ради забавы. Ей ещё нужно высохнуть.
На лице господина Жайдакова отразилось недоверие.
- Ты говоришь, что написала это ради забавы? Но, это же невероятное мастерство! – его эмоции били через край. – Каждый элемент: композиция, палитра, тонкие переходы между тенью и светом… ты владеешь такими техниками, которые мне пока ещё не даются! По правде говоря, это ты должна стать моим учителем!
От изумления дед Регины застыл на месте. Перед ним стоял его ровесник, и всё же он был готов назвать её своим наставником. Он удивлённо покачал головой.
- Денис, - он удивлённо качнул головой, - ты абсолютно уверен в этом? Ей же всего двадцать…
Но глаза Дениса сияли от восхищения, и он прервал друга.
- У гениев нет возраста! Скажи, у какого мастера ты училась? Дед говорил, что ты учишься. А ты не рассматривала возможность учится за границей? Ты на каком курсе? Может стоит открыть обучающий курс?
Поставив коробку с красками на столик, Регина тихо усмехнулась.
- Господин Жайдаков, вы слишком преувеличиваете мои заслуги. У меня никогда не было формального учителя. В основном я смотрела видео с мастер-классами и изучала работы других художников в Интернете. Честно говоря, я вообще не считаю себя экспертом
Денис от волнения чуть не подпрыгнул.
- Но… если ты не эксперт, то тогда кто же? Ты слыхала о Мироне Блатникове из Сапровска? Уже в пять лет он стал моим учеником – невероятно талантливый ребёнок. И всё же – он уступает тебе!
Глава 141. Её мечта сбылась
Грудь Кирилла Макаровича наполнилась гордостью, а подбородок слегка приподнялся, как у семнадцатилетнего юнца, когда он наблюдал за воодушевлением своего друга. Семья Осиповых обладала выдающимся наследием: каждый из них родился с талантом, который расцветал даже в самых суровых обстоятельствах.
Старик осторожно отвёл Дениса в сторону.
- Ладно, ладно. Моя дорогая внучка в основном уделяет внимание медицине. Живопись – это не совсем её стихия.
Регина тихонько рассмеялась.
- Сегодня утром я собрала замечательный травяной чай. Дедушка Денис, если хотите посидеть в тени, то я сейчас его заварю, и принесу сюда.
Лицо старого искусствоведа просияло от счастья.
- Конечно же!!!
Регина вернулась с чаем и аккуратно разлила его по чашкам. Денис, утомлённый долгой дорогой и дневной жарой, сделал несколько глотков. Захватывающая беседа об искусстве так увлекла его, что он не заметил, как опустошил свою чашку. Когда солнце начало садиться, он, наконец, встал.
- Ничего не понимаю, - сказал он, - обычно, уже к середине дня, я чувствую себя совершенно разбитым, но сегодня… Я чувствую себя отдохнувшим.
Кирилл Макарович тоже кивнул, подтверждая слова своего приятеля. Сегодня и он чувствовал себя более энергичным, чем обычно.
Денис попросил Регину плеснуть ему в чашку ещё пару глотков.
- Что в этом чае? – с любопытством спросил он. – Я перепробовал столько травяных сборов для поддержания здоровья, но этот какой-то особенный. Он и сладкий, освежающий и одновременно согревающий. А ещё он странно успокаивает.
- Это моя собственная смесь. В магазинах вы такого не найдёте. Я готовлю его для таких людей, как вы, которые допоздна рисуют, а потом страдают от тендовагинита.
- Откуда ты узнала о моём состоянии?!!! – потрясённо выпалил гость.
Регина лишь пожала плечами.
- Я заметила, как вы держите чашку. Но ситуация не вызывает опасений. У меня есть ещё несколько таких пакетиков. В сочетании с вашим обычным лечением, они помогут вам легче переносить дискомфорт.
Жайдаков некоторое время хранил молчание, а затем, немного позавидовав Кириллу, сунул руку в карман пальто, и протянул ей визитку.
- Я проведу в Сапровске ещё несколько дней. Заходи как-нибудь в студию. Может, мы сможем вместе порисовать?
- С удовольствием, - кивнула Регина.
Расхаживая по гостиничному номеру, который она сняла на окраине Сапровска, Мария не выпускала из рук телефона, ожидая новостей. Вскоре телефон завибрировал, и она увидала сообщение от Рената.
«Мы сделали это».
С бешено колотящимся сердцем, она позвонила ему.
-Ты правда сделал это?
Ренат ждал её звонка, развалившись на диване с бокалом вина в руке.
- Конечно! Я потратил целое состояние, чтобы заключить эту сделку для тебя. Теперь твоя очередь сдержать обещание. Меня просто убивает мысль о том, что ты сидишь дома одна, а я не могу к тебе прикоснуться.
Мария, повернувшись к зеркалу, увидела своё сияющее отражение. Её сердце радостно трепетало. В своём воображении она уже видела, как возвращает больницу к жизни, как восстанавливает репутацию семьи Власовых и становится настоящей спасительницей семейного дела.
- Приезжай сегодня вечером, - с застенчивой улыбкой ответила она, продиктовав адрес, - и я позабочусь о том, чтобы тебя достойно вознаградили.
Закончив разговор, Ренат громко расхохотался.
- Она, что, и вправду думает, что стоит всех этих хлопот?
На экране ноутбука, стоявшего на столе, светилось изображение фальшивого свидетельства о приобретении больницы №1, созданное в фотошопе.
После целой недели, проведённой с Ренатом, Мария наконец-то получила возможность отдохнуть. Зайдя в ванную, она разглядывала в зеркале грудь и шею, покрытые следами страстных поцелуев. Поморщившись, она схватила пудру, и попыталась всё замаскировать.
Глядя на Рената, который всё ещё лежал в постели, она крикнула ему.
- Больница №1 теперь наша! Когда я смогу снова её открыть?
- Не стоит торопиться, - откликнулся он, лениво откинувшись на подушки. – Чтобы снова открыть больницу, необходимо нанять персонал, оформить разрешение и согласовать все документы. На это уйдут месяцы, если не год.
- Но ты же знаешь, - с раздражением воскликнула Мария, - что я не могу так долго ждать! Ты же работаешь с поставщиками медицинского оборудования и командой Вадима. Попроси его об одолжении. Он наверняка сделал бы всё быстрее.
- Попросить Вадима? – Ренат задумчиво почесал подбородок. – Хорошо, я позвоню ему на днях.
«Ишь ты, - презрительно усмехнулся он про себя, - помощь у Вадима».
Вадим уже проводил в отношении его расследование, так что Ренату сейчас следовало помалкивать и держаться подальше от этого человека.
Успокоившись, Мария кивнула.
Но, всего два дня спустя, ей на глаза попалось объявление о наборе персонала в больницу №1. Застигнутая врасплох этим известием, она схватила телефон и набрала Рената.
- Почему ты мне не сказал, что они уже набирают сотрудников? Я должна сама проводить собеседования с кандидатами. Почему меня не уведомили?
Ренат тоже не ожидал такого быстрого развития событий. Его мысли лихорадочно метались.
«Кто же за всем этим стоит?» - гадал он.
Раздражённый её паническим тоном, он, тем не менее, спокойно произнёс.
- А почему бы тебе тоже не отправить резюме? Если ты сразу займёшь должность главврача, то у Вадима могут возникнуть подозрения. Он решит, что я дёргаю за ниточки ради тебя. – Ренат смягчил голос, - начни с позиции простого врача. А, как только начнёшь работать, я прослежу, чтобы ты быстро поднялась.
- Хорошо, - ответила Мария, - я поняла.
Она решила ему поверить, хотя в душе испытывала сильное сомнение.
Продолжение